И это выглядит крайне серьезно
Все, у кого есть хоть немного здравого смысла, уже давно предсказывают OpenAI крах, причем крах во многом созданный самой компанией. Было болезненно очевидно, что такая бизнес-модель не выглядит устойчивой.
Их продукт невероятно дорогой, почти не дает нормального эффекта масштаба и, возможно, впечатляет определенный тип нарциссов и льстецов. Но он просто не приносит достаточно денег, чтобы покрывать безумные операционные расходы.
OpenAI больше похожа не на устойчивый бизнес, а на черную дыру, которая бесконечно пожирает деньги.
🌀 Внутри тебя уже есть всё для вкусной жизни!
Любовь к себе — это не про походы в спа. Это про возвращение к своей истинной природе.
✨ Большинство ищет мужчину или веселые компании, чтобы закрыть пустоту внутри себя. Но пустота — это не дыра. Это портал.
Ты бежишь к другим, когда забываешь путь к себе. Перестрой свой навигатор!
☯️ Душа пробуждает тебя через знаки, случайных людей, мастеров. Они видят твой свет, даже когда ты его не замечаешь.
Вернись к себе вместе с Тантрой с жизнью. Оттуда начинается магия. Подпишись!
Многие, включая меня, уже предполагали, что компания скоро может обанкротиться. Но теперь выясняется, что корабль OpenAI тонет гораздо быстрее, чем ожидали даже самые мрачные скептики.
Объясню.
Эта информация появилась благодаря Эду Зитрону, который получил эксклюзивный доступ к документам OpenAI для предстоящего IPO. В них были раскрыты реальные финансовые показатели компании за 2024 и 2025 годы.
Но прежде чем перейти к этим данным, нужно немного контекста.
Сейчас OpenAI — частная компания. Это значит, что у нас нет полного и прозрачного доступа к ее финансовой отчетности. Поэтому аналитикам приходилось строить оценки по отдельным намекам и фрагментам информации, которые оставлял Сэм Альтман.
Хотите узнать, какими были прогнозы по финансам OpenAI на 2025 год?
В самом оптимистичном варианте один внешний отчет предполагал, что OpenAI покажет чистый убыток в 8 миллиардов долларов за 2025 год. Это уже было бы резким ухудшением по сравнению с 2024 годом, когда компания потеряла 5 миллиардов и фактически была вынуждена опираться на финансовую поддержку корпоративных партнеров.
И я хочу подчеркнуть: убыток в 8 миллиардов долларов сам по себе был бы ужасной новостью для OpenAI. Потому что он показывал бы, что по мере роста компания не сокращает потери, а увеличивает их.
А это означает очень неприятную вещь: сколько бы OpenAI ни росла, она все равно продолжает сжигать деньги.
В более реалистичных прогнозах 2025 год выглядел для Альтмана еще хуже.
В моей прошлой статье я использовал анализ The Information. Там предполагалось, что операционные расходы OpenAI в 2025 году составят 28 миллиардов долларов, а выручка за год — около 11,9 миллиарда. Это давало расчетный чистый убыток примерно 15,6 миллиарда долларов.
Почти вдвое больше, чем в более оптимистичном прогнозе.
Более того, это даже выше некоторых прогнозов по чистому убытку компании за 2026 год, где называлась цифра около 14 миллиардов. При этом те же прогнозы утверждали, что OpenAI может обанкротиться к 2027 году.
Это уже дает представление о том, насколько разрушительными могут быть такие масштабы убытков.
Но другие оценки рисовали еще более мрачную картину.
В прошлой статье я уже разбирал отчет The Information о финансовых результатах OpenAI за первую половину 2025 года. По этим данным, за первые шесть месяцев 2025 года OpenAI получила 4,3 миллиарда долларов выручки, но при этом понесла 17,8 миллиарда долларов операционных расходов. Итог — чистый убыток 13,5 миллиарда долларов.
То есть OpenAI теряла примерно в три раза больше денег, чем зарабатывала. И при таком темпе к концу года могла выйти на чистый убыток около 27 миллиардов долларов.
Получается, уже за первые полгода 2025-го OpenAI превысила оптимистичный прогноз годового убытка в 8 миллиардов и почти догнала более реалистичный прогноз в 15,6 миллиарда — всего за шесть месяцев.
А ее полугодовой убыток оказался примерно втрое больше, чем убыток за весь 2024 год.
Это был резкий скачок.
Теперь, когда контекст понятен, можно перейти к эксклюзивному отчету Эда Зитрона.
Зитрон получил доступ к аудированной финансовой документации OpenAI, подготовленной для будущего IPO. По его словам, эти документы были независимо проверены Financial Times и показывают реальные финансы компании за 2024 и 2025 годы.
Документы подтвердили, что в 2024 году OpenAI действительно потеряла 5 миллиардов долларов.
Но они также показали, что в 2025 году OpenAI при выручке 13,07 миллиарда долларов получила убыток в 38,5 миллиарда долларов.
Это почти восьмикратный рост убытков по сравнению с 2024 годом. И это больше чем на 10 миллиардов превышает даже мои самые пессимистичные прогнозы.
Да, у цифры 38,5 миллиарда есть определенные нюансы. Аудированная отчетность может быть гораздо сложнее и запутаннее, чем кажется со стороны. По мере появления новых данных я и многие другие будем подробнее разбирать эти нюансы.
Но в целом именно 38,5 миллиарда долларов выглядит наиболее реалистичной итоговой цифрой.
Как выразился Зитрон:
«Убытки в 38,53 миллиарда долларов — это астрономическая сумма, гораздо выше, чем ожидало большинство. При этом убытки, судя по всему, резко растут год к году, и я не понимаю, как эта компания может найти путь к какой-либо устойчивости или прибыльности».
С этим трудно не согласиться.
На данный момент нет никаких доказательств, что какая-либо ИИ-компания является прибыльной на уровне инференса, то есть что стоимость обработки запросов к ИИ ниже той суммы, которую платит клиент.
А значит, чем сильнее такие компании масштабируются, тем глубже становятся их убытки. И это даже без учета огромных затрат на обучение моделей.
Стремительный рост потерь OpenAI подтверждает эту теорию и сильно намекает, что масштабирование само по себе не является рабочим путем к прибыльности.
Но есть еще один момент: ИИ приходится продавать себе в убыток, чтобы вообще привлекать клиентов.
Возьмем недавний отчет, где выяснилось, что ИИ оказывается дороже работников, которых он якобы должен заменить, даже когда продается с огромным убытком.
То есть если OpenAI начнет брать с клиентов достаточно денег, чтобы покрывать реальные расходы, ее клиентская база может просто обрушиться. А вместе с ней рухнет и выручка. Убытки же, наоборот, резко вырастут.
Хорошо, но что это значит для будущего?
Эд Зитрон уже заявил, что скоро опубликует гораздо более глубокий анализ этих документов. Если вам интересна тема, стоит следить за его материалами. Уверен, часть анализа будет посвящена именно тому, что это означает дальше.
Но у нас уже есть некоторые подсказки о том, насколько тяжелым для OpenAI может стать 2026 год.
The Information недавно опубликовала отчет о финансовых результатах OpenAI за первый квартал 2026 года. За этот квартал компания получила non-GAAP убыток в 6,95 миллиарда долларов при выручке 5,7 миллиарда.
GAAP — это Generally Accepted Accounting Principles, то есть общепринятые принципы бухгалтерского учета. Это стандарт более прозрачной и честной отчетности. Non-GAAP показатели могут быть довольно обманчивыми, потому что из них можно исключать, например, расходы на реструктуризацию и некоторые виды амортизации.
Из-за этого реальный убыток OpenAI за квартал почти наверняка выше, чем 6,95 миллиарда долларов.
И даже эта цифра уже выглядит плохо.
Если ничего не изменится в оставшиеся три квартала, OpenAI получит non-GAAP убыток около 27,8 миллиарда долларов за 2026 год.
Но мы знаем, что OpenAI теряет клиентов в пользу Anthropic и обсуждает агрессивное снижение цен, чтобы вернуть их обратно. Мы также знаем, что прогнозируемые расходы на вычисления и обучение, оцениваемые примерно в 50 миллиардов долларов, продолжают разрастаться как снежный ком.
Если учесть все эти факторы, а также расходы, скрытые за non-GAAP отчетностью, убытки OpenAI за 2026 год могут оказаться существенно выше, чем в 2025-м.
Есть реальная вероятность, что убыток OpenAI в 2026 году значительно превысит 50 миллиардов долларов. Зитрон даже говорил, что он может дойти до 70 миллиардов, если компания продолжит двигаться по нынешней траектории.
И вот здесь возникает небольшая проблема.
Как отметил Зитрон, на балансе OpenAI всего около 50 миллиардов долларов активов.
Можно было бы подумать, что у компании больше, особенно на фоне недавних заголовков о том, что она якобы привлекла свыше 100 миллиардов долларов инвестиций за последние месяцы от Amazon, Nvidia и других игроков.
Но реальность в том, что большая часть этих инвестиций — это не живые деньги. По сути, это скорее ваучеры или обязательства, позволяющие OpenAI пользоваться дата-центрами инвесторов.
Что все это означает?
Это означает, что OpenAI вскоре может накопить убытки, превышающие стоимость ее активов.
Другими словами, компания движется к банкротству уже в этом году или, самое позднее, в начале следующего, если не получит десятки миллиардов долларов настоящими деньгами.
И даже если такая денежная инъекция произойдет, она, скорее всего, лишь отложит банкротство до конца 2027 года.
Именно этим можно объяснить, почему Сэм Альтман так активно продавливает IPO как можно скорее, несмотря на внутреннее сопротивление.
Теперь мы понимаем, откуда это сопротивление берется и почему OpenAI так отчаянно стремится получить поддержку государства.
OpenAI нужно IPO, чтобы привлечь реальные деньги. Не скидки на вычисления, не партнерские обязательства, а именно живой кэш, который позволит отложить неминуемое банкротство и удержать корабль на плаву еще хотя бы год.
Но при таких финансовых показателях возникает вопрос: кто вообще будет покупать акции OpenAI?
Возможно ли IPO в принципе?
Даже если у OpenAI достаточно статуса мемной компании, чтобы провернуть что-то похожее на трюк SpaceX, это лишь отсрочит банкротство на год. Может быть, на полтора. Не больше.
Финансовая картина выглядит предельно ясно: OpenAI движется к скорому краху.
В каком-то смысле мы и так это знали. Было очевидно, что вся эта конструкция напоминает аварию, которая просто еще не произошла.
Новые данные лишь показывают, что ситуация намного хуже, а момент столкновения гораздо ближе, чем почти все думали.