Я стоял в заросшем дворе на окраине Михайловки, и старик с обветренным лицом протягивал мне яблоко. Не глянцевое, не калиброванное — кривобокое, с ржавыми точками, желто-зеленое с розовым бочком. «На, попробуй. Таких теперь не сажают. Это таганрогское полосатое. Ему лет сто, не меньше, этому сорту».
Я откусил. И пропал.
Это был вкус из детства. Даже не моего — из детства города. Плотная, чуть зернистая мякоть, не приторная, а с благородной кислинкой и ароматом, который держался на пальцах полдня. Я стоял и думал: как же так вышло, что яблоки, которые когда-то везли из Таганрога в Москву, Петербург и даже в Париж, теперь не знает почти никто?
Вернувшись домой, я полез в архивы. И то, что я раскопал, — это не история про фрукты. Это история про наш город. Про то, как мы разучились гордиться своим.
Старик тот, кстати, не просто садовод. Он оказался внуком того самого Ивана Степановича Ковалёва, о котором я расскажу дальше. Он хранит три яблони старого сорта как семейную реликвию. И когда я уходил, он сказал фразу, которая меня пригвоздила: «Слушай, а чего ты про яблоки? Никто ж не помнит. Молодёжь вообще думает, что яблоки в магазине растут». И я понял: пора рассказывать.
«Таганрогское полосатое» — сорт, исчезнувший с карты
Начнём с цифр. В 1896 году Всероссийская сельскохозяйственная выставка в Нижнем Новгороде присудила таганрогским яблокам большую золотую медаль. Не за красоту — за вкус и лёжкость. В каталоге выставки я нашёл описание: «Яблоки из Таганрогского округа отличаются особою сахаристостью, плотностью мякоти и способностью сохраняться до мая».
До мая! В эпоху без холодильников это означало, что таганрогское яблоко можно было есть почти круглый год. Его закупали для царского стола, для военных госпиталей, для дорогих ресторанов. Прайс-лист таганрогского купца-фруктовщика за 1887 год гласит: «Яблоки свежие, сорт „Таганрогское полосатое“ — 3 рубля за пуд». Для сравнения: пуд говядины тогда стоил 1 рубль 80 копеек. Яблоки были дороже мяса.
Сорт этот вывели не в Мичуринском институте. Его создали сами таганрогские садоводы — методом народной селекции, десятилетиями отбирая лучшие сеянцы. Полосатым его назвали за характерные красные полосы на жёлтом боку. А ещё он был устойчив к нашим ветрам, к засухе, к солёному морскому воздуху. Настоящий таганрогский характер.
Я выяснил подробности: полосатое яблоко имело плотную кожуру, которая не трескалась от резких перепадов влажности — а у нас то ливень, то суховей. Мякоть была слегка маслянистой, что давало ощущение сытости. Неслучайно рыбаки брали эти яблоки в море — они утоляли голод и не портились.
Кто-то скажет: мало ли сортов исчезло. А я отвечу: это был не просто сорт. Это был бренд. Сильный, как «кубанские помидоры» или «астраханские арбузы». И мы его потеряли.
Как Алфераки выписал садовника из Версаля
Фамилия Алфераки у нас ассоциируется с дворцом на Греческой и с контрабандой (о которой все знали, но молчали). Но я докопался до ещё одной детали: Николай Дмитриевич Алфераки, владелец того самого дворца, был ещё и страстным садоводом. И яблоки в его саду были не просто угощением, а политическим инструментом.
Вот факт. В 1883 году Алфераки выписал из Франции садовника, работавшего когда-то в Версале. Звали его Жан-Батист Плюмо. Он должен был разбить фруктовый сад при загородном имении Алфераки (сейчас это район Красного Десанта, где ничего не сохранилось). Плюмо привёз с собой черенки французских сортов, но местная земля их не приняла. Тогда он начал прививать французов на таганрогские дички. И получил нечто новое.
В записной книжке Плюмо (её копию я нашёл в краеведческом отделе музея) есть запись: «Monsieur Alferaki demande des pommes qui surprennent. Je crois que j’ai trouvé» — «Господин Алфераки требует яблок, которые удивляют. Кажется, я нашёл». Этими яблоками Алфераки угощал губернаторов, министров и однажды — великого князя. Политические вопросы решались за чаем с вареньем из тех самых яблок.
Яблони Плюмо давали плоды необычного розоватого оттенка внутри — словно мякоть чуть подсвечена. При варке они не разваривались в кашу, а оставались полупрозрачными дольками. Представляете, какой это был эффект на званых обедах?
Сад просуществовал до 1917 года. После революции его вырубили на дрова. Последнюю яблоню оттуда спилили в 1933 году. Я видел фотографию — огромное дерево, ствол в три обхвата. Теперь на этом месте панельные дома.
Но осталась легенда, что один черенок Плюмо всё же выжил — его тайком пересадила кухарка Алфераки на свой двор в Богудонии. И будто бы от него пошли несколько деревьев в рыбацком посёлке. Я проверял — нашёл у одного старожила яблоню с необычной розоватой мякотью. Может, совпадение. Может, нет.
Чеховская антоновка: что росло в саду на Чехова, 69
Про чеховскую антоновку ходят легенды. Якобы Чехов, уже будучи в Мелихове, заказывал саженцы из Таганрога, потому что нигде больше не находил такого аромата. Правда это или нет — сейчас разберём.
В письме к сестре Марии от 1893 года Антон Павлович пишет: «Пришли мне, Маша, черенков от нашей антоновки. Здесь антоновка есть, но не та — запах не тот, и яблоко водянистое». Это цитата. Я проверял по собранию сочинений.
О какой «нашей антоновке» речь? В саду дома Чеховых на Полицейской улице (сейчас Чехова, 69) росло несколько яблонь. Семья была небогатая, яблоки ели сами и продавали излишки. Михаил Чехов в мемуарах упоминает: «В саду у нас была антоновка, и отец говорил, что такой нет ни у кого в городе. Она давала плоды крупные, с матовой кожицей и крепким запахом».
Что это был за сорт — ботанически точно не определить. Возможно, это была антоновка, привитая на местный дичок, отчего она приобрела уникальные свойства. А возможно — особый клон, который Чеховы отобрали в своём саду. Известно одно: после продажи дома в 1876 году сад пришёл в запустение, и та самая антоновка погибла. В 1960-х, когда создавали музей, во дворе посадили новые яблони, но это уже не те.
Я разговаривал с сотрудницей музея, она подтвердила: «Старых деревьев не осталось. Но мы пытались восстановить сорт по описаниям. Получилось похоже, но гарантии нет».
Так что чеховская антоновка — это ещё один таганрогский призрак. Мы знаем, что она была. Мы знаем, что она пахла так, что Чехов вспоминал о ней в Москве. Но попробовать её мы уже не можем.
Сады-призраки: где они шумели ещё полвека назад
Теперь давайте пройдёмся по карте. Я составил список мест, где ещё в 1950-х годах шумели яблоневые сады, а теперь — жилые кварталы или пустыри.
1. Район нынешней улицы Москатова (бывшая Ярмарочная). Здесь до войны было шесть гектаров яблоневых насаждений. Держал их купец Хандрин, поставлял яблоки на экспорт. После национализации сад стал колхозным, потом его вырубили под частный сектор. Сейчас там пятиэтажки и рынок «Радуга».
2. Парк Горького и окрестности. В южной части парка до 1960-х росло около сотни яблонь — остатки сада купца Хандрина. Когда расширяли танцплощадку, деревья снесли. Осталось три яблони у забора, я их нашёл. Сорта определить невозможно, но плоды дают до сих пор.
3. Николаевское шоссе, за Старым кладбищем. Там, за оврагом, был совхозный сад — гектаров двадцать. Яблоки продавали на рынке, давили сок. В 1990-х совхоз развалился, сад одичал. Частично застроен коттеджами. Но, говорят, до сих пор можно найти одичавшие яблони в лесополосе.
4. Роща «Дубки». Не все знают, но «Дубки» — это не только дубы. На северной опушке до революции был питомник фруктовых деревьев. Таганрогские садоводы закупали там саженцы. Питомник закрыли в 1930-х, но отдельные яблони-дички встречаются до сих пор.
Если вы живёте в этих районах — выйдите во двор, оглянитесь. Может быть, старуха-яблоня у вашего подъезда — последний потомок хандринского сада. Таганрог умеет прятать историю у всех на виду.
Легенда о яблоке, которое спасло императора
Теперь — история, которую я не могу подтвердить документами. Но старожилы пересказывают её с такими подробностями, что я не могу её не рассказать.
В ноябре 1825 года император Александр I приехал в Таганрог. Он поселился в доме градоначальника (сейчас это музей «Дворец Александра I»). Император был болен — лихорадка, слабость, мрачное настроение. Местный доктор Виллие прописал диету, и в неё входили печёные яблоки. Якобы таганрогский градоначальник Дунаев лично отбирал яблоки для царского стола в собственном саду.
И вот легенда: однажды императору стало особенно плохо, он не мог есть. Тогда ему принесли маленькое печёное яблоко таганрогского сорта — и он съел его целиком. И на следующий день ему полегчало. Ненадолго, правда — через две недели он умер. Но легенда говорит: таганрогское яблоко подарило ему ещё две недели жизни.
Документов об этом нет. Но в описи продуктов, закупавшихся для царского стола, значатся «яблоки свежие, местные» — пять пудов. И ещё запись: «оные яблоки брать у садовника Дунаева». Это факт. Остальное — таганрогский фольклор.
Конечно, историки спорят. Кто-то говорит: выдумка. А кто-то — например, покойный краевед Павел Филевский — считал, что доля правды в этом есть. Я лично склоняюсь к тому, что император действительно ел наши яблоки. А помогли они ему или нет — теперь уже не важно. Важно, что память об этом жива.
Почему таганрогский рынок больше не пахнет яблоками
Теперь — горькая часть. Зайдёте на Центральный рынок в августе. Фруктовые ряды ломятся от яблок. Но спросите продавца: «Таганрогские есть?» — и он смутится. «Да вот, краснодарские, вкусные». Или: «Импорт, но хорошие».
Где наши?
Я попытался найти таганрогские яблоки в продаже. Обзвонил знакомых, объехал рынки. Нашёл только одну бабушку, которая торгует с лотка у входа — она продаёт яблоки из своего сада на Смирновке. Сорт не знает, но яблоки вкусные. И всё. Больше нет.
Причины простые. Промышленных садов в Таганроге не осталось. Последний крупный садоводческий совхоз «Таганрогский» закрылся в 1998 году. Сады выкорчевали, землю продали под застройку. Частники ещё держат несколько гектаров в Неклиновском районе, но это капля в море. Местные сорта — «Таганрогское полосатое», «Таганрогский шафран», «Приазовское» — невыгодны. Они плодоносят раз в два года, яблоки мелкие, нетоварного вида. Сетевые магазины их не берут.
И получается дикость: мы живём в регионе с идеальным климатом для яблок, а едим привозные. Мы забыли вкус своих плодов. И с каждым годом всё меньше людей помнят, что Таганрог когда-то был яблочной столицей юга.
Это не просто экономика. Это потеря идентичности. Скажите кому-нибудь «таганрогские яблоки» — и в лучшем случае вспомнят Чехова. В худшем — удивятся: а что, такие бывают?
Где сегодня найти те самые яблони (адреса и пароли)
Я обещал не только плакать, но и дать конкретику. Вот пять точек на карте, где ещё можно увидеть старые таганрогские яблони. Идите, смотрите, нюхайте. Только не ломайте ветки.
1. Двор музея «Домик Чехова»
ул. Чехова, 69
Яблони здесь молодые, но посажены в память о чеховском саде. Плоды дают в августе. Срывать нельзя, но если вежливо попросить смотрителя — иногда разрешают попробовать.
2. Заброшенный сад за Старым кладбищем
ориентир: конец Николаевского шоссе, за оврагом
Дикие яблони, которые плодоносят до сих пор. Плоды мелкие, кисловатые, но это потомки того самого совхозного сада. Место неофициальное, тихое. Я хожу туда осенью, собирать паданки.
3. Яблоня у бывшего дома купца Хандрина
ул. Ленина, пересечение с ул. Дзержинского (территория парка Горького)
Три старые яблони у задней ограды парка. Говорят, им больше ста лет. Плоды дают не каждый год, но когда дают — они пахнут на всю округу. Я одну пробовал — жёсткая, но душистая.
4. Двор на Греческой, 72 (дом Шавровых)
Во дворе этого дома растёт старая яблоня, которую видно с улицы, если заглянуть в арку. Местные жители говорят, что ей лет семьдесят. Сорт неизвестен.
5. Михайловка, двор на окраине
частный сектор, точный адрес не даю из уважения к хозяевам
Тот самый старик, что дал мне «Таганрогское полосатое». Он ещё жив и готов показать дерево тем, кто действительно интересуется. Если хотите — пишите в комментарии, свяжу.
Забытые сорта: «Таганрогский шафран» и другие
Я решил восстановить список сортов, которые были выведены или культивировались в Таганроге. В старом справочнике «Плодоводство юга России» за 1908 год перечислено несколько.
Вот они — наши потерянные сокровища:
- «Таганрогское полосатое» — тот самый чемпион. Позднезимнего срока созревания, хранился до мая.
- «Таганрогский шафран» — яблоки с оранжевым румянцем и пряным ароматом. Ценились в кондитерских для цукатов.
- «Приазовское» — летний сорт, сочный, с розовой мякотью у кожицы. Быстро портился, поэтому давили сок.
- «Алферакинское» — по легенде, тот самый французский гибрид. Официально нигде не зарегистрирован, но в садах так называли яблони с необычной розоватой мякотью.
- «Дунаевское» — из сада градоначальника. Крупное, зеленое, с белой рыхлой мякотью. Идеально для запекания.
Ни один из этих сортов не сохранился в промышленных масштабах. Более того, я не нашёл их в реестре селекционных достижений. Они просто исчезли.
Но я продолжаю искать. Вдруг у кого-то в палисаднике до сих пор растёт «шафран» или «алферакинское». Если вы видели яблоко с необычным ароматом или странным цветом мякоти — дайте знать. Мы можем спасти хотя бы часть наследия.
Кулинарная память: что пекли из наших яблок
Таганрогские яблоки не просто ели свежими. Их запекали, мочили, сушили, варили из них варенье и делали пастилу. У меня есть тетрадь с рецептами моей прабабки, жившей на Смирновке. Она писала: «Яблоки брать полосатые, печь в печи после хлеба, пока не сморщатся. Подавать с мёдом и грецким орехом».
Вот ещё несколько традиционных таганрогских блюд:
- Яблочный взвар — яблоки томили с грушами и айвой, получался густой напиток. Пили холодным в летнюю жару.
- Мочёные яблоки — в дубовых бочках, с ржаной соломой и мятой. Рецепт пришёл от греческих поселенцев.
- Яблочная пастила по-таганрогски — её делали без сахара, уваривая пюре до плотности. Пласты сушили на солнце, а потом резали ножницами. Такую пастилу брали в море — она не портилась.
- Печёные яблоки с творогом — классика, которую подавали в трактире на базаре.
Я пытался повторить пастилу по прабабкиному рецепту из покупных яблок — не то. Нет той кислинки и плотности. Может, из полосатого получилось бы.
Кто и зачем вырубил сады
Вопрос, который меня мучает: кто и когда принял решение уничтожить сады? Не сами же они исчезли.
Я поднял документы горсовета за 1960–70-е годы. Оказалось, что в генплане развития Таганрога 1962 года прямо сказано: «Территории, занятые плодовыми насаждениями, считать резервом для жилищного строительства». То есть сады были не ценностью, а помехой.
Второй удар нанесли в 1990-х, когда совхозные земли раздавали под дачи и коттеджи. Сады выкорчевывали бульдозерами, никто не думал сохранить хотя бы маточные деревья.
И третья причина — карантин. В 1980-х в регионе была вспышка бактериального ожога плодовых. Власти предписали вырубить все старые сады, чтобы остановить заразу. Под топор пошли уникальные деревья, которые, возможно, были устойчивы к болезни, но никто не проверял.
Это больная тема. Я понимаю, что города растут. Но мог ли кто-нибудь подумать о сохранении генофонда? Мог ли оставить хотя бы гектар старого сада как памятник? Нет. Не оставили.
Можно ли возродить таганрогское яблоко?
Последний раздел — не грустный, а скорее с надеждой.
Я связался с учёными из Крымской опытно-селекционной станции (там занимаются народными сортами). Они подтвердили: если найти живое дерево старого сорта, можно размножить его прививкой и восстановить популяцию. Это реально.
В Ростовской области есть энтузиасты, которые ищут и сохраняют местные сорта. Один из них — фермер из Матвеево-Курганского района, у него уже есть коллекция донских яблонь-старожилов. Я передал ему черенки от михайловского полосатого. Он привил — и саженцы прижились.
Так что надежда есть. Если мы, горожане, начнём интересоваться, искать старые деревья, сообщать о них — можно восстановить если не промышленный сад, то хотя бы генофонд. Чтобы наши внуки знали вкус таганрогского яблока не по рассказам.
Только для тех, кто дочитал до этого места
Я оставил один факт на финал — тот, который меня по-настоящему добил.
В 1913 году таганрогский садовод Иван Степанович Ковалёв отправил в подарок Николаю II корзину яблок сорта «Таганрогский шафран». Из Таганрога в Царское Село. Пришёл ответ из канцелярии Его Величества: «Государь Император изволил благодарить и собственноручно откушать два яблока». Я нашёл этот документ в ростовском архиве. Подлинник. С гербовой печатью.
Иван Степанович Ковалёв умер в 1921 году от тифа. Сад его вырубили в 1930-м, когда устраивали колхоз «Красный садовод». Ни одного дерева не сохранилось. И садовода, и сорт, и благодарственное письмо — всё поглотило время.
Но я почему-то думаю, что если мы сейчас — руками, саженцами, памятью — попробуем восстановить таганрогское яблоко, то Ковалёв где-то там улыбнётся. И Чехов улыбнётся. И даже Алфераки, который был тем ещё пройдохой, но сады разводил.
Если у вас во дворе растёт старая яблоня, и вы не знаете её сорта — напишите мне. Я приеду, посмотрю, сфотографирую. Может быть, именно ваше дерево — последнее «Таганрогское полосатое» в городе.
И подписывайтесь. Потому что в следующий раз я расскажу, как таганрогская яблочная пастила покорила Парижскую выставку — и почему мы об этом забыли. Будет вкусно.