Банши Инишерина: Анатомия гордыни и цена бессмертия.
След. Хоть раз в жизни каждый из нас задавался вопросом: что мы оставим после себя? Боитесь ли вы бесследно раствориться в мире после своей кончины? Может быть, вы рождены для чего-то большего, и вас будут вспоминать сотни или даже тысячи лет спустя?
Колм — одно из главных действующих лиц драмы «Банши Инишерина» — зациклился на этих мыслях. Из-за страха перед забвением он внезапно решает, что дружба с Подриком, прошедшая сквозь годы, ему больше не интересна. Он стремится к чему-то возвышенному. Он страстно желает, чтобы его музыка прошла сквозь века, как произведения Моцарта .
Однако обычным людям редко суждено познать истинную славу. Здесь стоит вспомнить культовую серию из «Доктора Кто», где главный герой показывает великому Винсенту Ван Гогу, что его творчество стало неотъемлемой частью истории . Но ирония в том, что Ван Гог страдал в настоящем. Стоит ли иллюзия признания в далеком будущем того, чтобы разрушать свою жизнь в сегодняшнем дне?
Carpe diem — «лови момент» — гласит древняя мудрость. Наслаждайся тем телом и тем теплом, что происходят с тобой прямо сейчас. Но персонажа Брендона Глисона этот момент не волнует. Поглощенный манией величия, он не находит покоя в своей «исключительности». Колм хладнокровно уничтожает дружбу, сжигает мосты и ставит жестокие ультиматумы. На каждую искреннюю попытку Подрика восстановить их разрушенный уютный уголок наш эгоистичный творец лишь сильнее затягивает удавку на шее бывшего друга.
Думаю, Мартин Макдона задает нам один фундаментальный вопрос: стоит ли призрачный след в будущем такой страшной, разрушительной цены в настоящем?
Самобичевание: Ловушка гордыни и сломанная логика
Самобичевание. Что должно произойти в вашей жизни, чтобы вы решились причинить физический вред самому себе? А Колму оказалось достаточно лишь того, чтобы бывший друг продолжал с ним разговаривать.
Крошечный ирландский остров Инишерин калечит не только души, но и жизни людей. Впрочем, зря я виню остров — во всем, как всегда, виноваты сами люди. Неспособный остановить своего друга, Колм ставит ультиматум, от которого бегут мурашки по коже: «За каждое твоё слово я буду отрубать себе по пальцу».Большинство людей сочтут подобную угрозу абсурдным блефом, и в 90% случаев они окажутся правы. Но, к сожалению, в этот раз логика бессильна перед человеческим упрямством. Обычная токсичная манипуляция быстро превращается в жуткую реальность — первый окровавленный палец глухо ударяется о деревянное крыльцо Подрика.
Разбирая фильм «Лобстер», мы уже приходили к выводу: человек, запертый в лабиринте собственных рамок, просто не видит иных выходов. Так и Колм. Полностью поглощенный своим эго и тщеславием, он готов физически уничтожать самого себя, лишь бы не сделать один простой человеческий шаг — не признать собственную неправоту.
Символизм: Конец света на одном отрезанном острове.
Символизм. Кто такая Банши?
Старуха Маккормик вечно мелькает в кадрах фильма, пугая своим зловещим внешним видом и неоднозначными репликами . Она — не просто элемент декорации. Она — олицетворение смерти всего Инишерина. Старуха уже знает финал этой истории, но не вмешивается в естественный порядок вещей. Она — та самая Банши, вестница рока, которая просто молча наблюдает.
Но является ли она единственной параллелью с фольклором и мифами? Конечно нет. Когда Подрик — вчерашний безобидный добряк — на полной скорости мчит сжигать дом своего бывшего лучшего друга, на нем надета ярко-рыжая рубаха. Война. Кровавая Гражданская война, которая полыхает на материковой Ирландии, перелетает через пролив и заходит на остров в обличии Всадника Апокалипсиса. И символизирует его именно Подрик .Если даже главный гуманист острова обратился в вестника разрушения, осталась ли на Инишерине хоть какая-то надежда?
Шивон, сестра Подрика — и есть этот угасающий символ Надежды. Умная, начитанная, глубоко любящая девушка, она единственная до последнего пытается вразумить двух ослепших оборванцев. Банши, наблюдая за этим безумием, пророчит, что до конца месяца пожнет две души. Мы ошибочно можем решить, что речь идет о Колме и Подрике. Но главный ужас любой войны в том, что в первую очередь страдают безвинные. Смертоносная коса зависла вовсе не над упрямыми эгоистами. На весы была поставлена душа Шивон.
К счастью, судьба уводит девушку прочь. Шивон спасается, уезжая на материк, и не позволяет местному яду проникнуть в себя. Однако, покидая Инишерин, она навсегда забирает с острова надежду. Надежду на то, что здесь хоть что-нибудь когда-то изменится...
Последний важный символ этого места — зеркальное отражение Шивон, юродивый парень Доминик. Глупый мальчишка, который всегда говорит только то, что думает. Его прямолинейность без промаха бьет по самым уязвимым местам главных героев: Подрика он тыкает носом в то, что тот становится злым лжецом, а над Колмом открыто насмехается из-за его абсурдных ультиматумов. Жаль, что обезумевшим людям не нужна голая, честная правда. Доминика пожинает сам остров — парень находит упокоение на дне холодного озера.
Круг замкнулся. Больше на Инишерине нет ни правды, ни надежды . Остались только выжженная земля, тлеющие угли и Всадник, караулящий свой вечный пост.
Финал: Пепелище у синего моря и вечная война
Финал. Брошенный единственным другом, покинутый любимой сестрой и лишившийся своего самого преданного питомца, Подрик решается на месть. В его вчера еще добром голосе больше не остается сомнений. Он хладнокровно заявляет Колму: «Я сожгу твой дом дотла, разве что собаку твою заберу. И я надеюсь, что когда дом будет гореть, ты окажешься внутри» .
Вот он — финальный аккорд. Конец мира и триумф человеческой глупости. Человек устроен так, что он никогда не успокоится — он всегда найдет себе врагов, даже на другом берегу синего моря.
Конечно же, ни Колм, ни сам Подрик физически не пострадали в том пожаре. Старая Банши мирно сидела на холме и наблюдала за этой картиной. Она-то знала: забирать их тела еще слишком рано. Их души уже мертвы, а это куда страшнее.
Два бывших друга стоят на безжизненном берегу острова. Колм ошибочно считает, что на этом фальшивый долг уплачен, счет сравнялся и война окончена. Но Инишерин уже не изменить. Они обречены до конца своих дней делить этот проклятый клочок земли, смотреть друг другу в глаза с неутолимой злобой и бесконечно вариться в пепле собственной гордыни.