Вы знаете этот фильм наизусть. А вот как сняты иные сцены, поди и не догадывались. Падал не Никулин, «идиот» родился случайно, а один киноляп вы не замечали почти 60 лет. Загляну с вами за кулисы.
ГРАНИ ИСКУССТВА
Сегодня любое чудо на экране дорисует компьютер. Нажал кнопку, и готово. А я ещё застал другое кино, где всё делалось вручную: дымом, фанерой, куклой, смекалкой и человеческой смелостью. Кухню эту я знаю изнутри, не понаслышке. И, честно говоря, та, рукодельная магия была хитрее иной нынешней графики.
А чтобы вам было понятнее, разберу всё на одном фильме, который вы наверняка знаете наизусть, на «Бриллиантовой руке». Вы пересматривали её десятки раз, повторяете реплики на память, а вот как сделаны некоторые сцены, поди и не догадывались. Так что устраивайтесь поудобнее, сейчас будет интересно.
Секрет первый: с вертолёта падал не Никулин. Помните финал? Машину с Горбунковым поднимает в воздух вертолёт, и Семён Семёныч вываливается из багажника с огромной высоты. Так вот, с высоты падал, конечно, не живой Никулин. Для этой сцены изготовили куклу в полный рост, точную копию артиста, с его лицом и фигурой. Дело для тех лет обычное, безопасное и, как видите, на экране не отличишь.
А вот из-за этой куклы вышел курьёз, который до сих пор пересказывают. Реквизит хранили в гостинице, где жила вся съёмочная группа. И как-то уборщица заходит в подсобку, а там под простынёй лежит «тело Никулина». Бедная женщина обомлела, и по округе мигом разлетелся слух: артист погиб на съёмках! А это был всего лишь манекен для сцены падения. Представляете, каково было живому и здоровому Юрию Владимировичу узнать о собственной «кончине»?
Секрет второй: и на арбузной корке падал тоже не он. А теперь самое любимое. Та самая сцена у аптеки, где Семён Семёныч поскальзывается, роняет бессмертное «Чёрт побери!» и получает гипс. Знаете, чьи ноги в кадре в момент падения? Не Никулина! Но обо всём по порядку. Сперва героя вообще хотели подскользнуть на банановой кожуре, по классике. Да только банан в советском Баку был жутким дефицитом. Раздобыли с трудом пару килограммов, но, как вспоминали участники, под хороший коньяк их быстро уговорили, а кожуру извели на бесконечные дубли. Махнули рукой и взяли арбуз, благо их в Баку было хоть завались.
Но и с арбузом беда: Никулин, при всём своём цирковом прошлом, никак не мог красиво наступить на корку и упасть как надо. Дубль за дублём, всё мимо. А выручил Леонид Каневский, тот самый контрабандист, что гипс накладывал. Он торопился на поезд в Свердловск, и предложил: давай подменю. Натянул брюки и туфли Никулина и поскользнулся мастерски, с первого же дубля. Сам Каневский потом смеялся: нижнюю половину Никулина в этой сцене сыграл я, а верхнюю он сам.
А теперь, друзья, мой профессиональный совет: пересмотрите эту сцену внимательно. В спешке монтажа осталась накладка, которую не замечали почти 60 лет. На арбузной корке мелькают коричневые туфли, а Никулин-то весь фильм обут в чёрные! Вот вам и хвалёное старое кино, тоже, оказывается, не без греха. Но в этом-то и всё его живое обаяние.
Полвека миллионы зрителей пересматривали эту сцену и не видели подмены. А теперь увидите. И, поверьте, будете пересматривать с особым удовольствием.
Секрет третий: одна боль в кадре была настоящей. Но там, где не было дублёров и кукол, живым актёрам доставалось по-настоящему. В сцене, где Горбункова при помощи крана, подвешенного к вертолёту, вытаскивают из катера, случилась беда. Тяжёлый подъёмный механизм неожиданно ударил Никулина по голове. И тот момент, где Семён Семёныч страдальчески сжимает губы, это не игра. Это настоящая боль, живая реакция на удар.
Вот она, цена кино без компьютера и подстраховки. Не было кнопки «отменить», не было цифрового дублёра, не было второго шанса. Камера крутится, кран бьёт по-настоящему, а ты играй. За той магией стояли не программисты в тёплом офисе, а смелые люди, рисковавшие здоровьем ради нескольких секунд на экране.
Секрет четвёртый: как родилось знаменитое «идиот». А вот случай, который я особенно люблю, потому что он показывает, как из накладки на площадке рождается классика. Снимали сцену рыбалки у скалы, где Лёлик-Папанов под водой насаживает рыбу на крючок незадачливому Горбункову. Вода ледяная, у технарей что-то всё не ладится, и беднягу Папанова заставляют нырять дубль за дублём, снова и снова в стылую воду.
И вот после очередного захода Анатолий Дмитриевич выныривает, и в сердцах рявкает на нерадивого ассистента одно-единственное слово: «Идиот!». Да так смачно, так по-настоящему это прозвучало, что Гайдай мгновенно ухватился и вставил это «идиот» прямо в картину. Только адресовали его теперь уже не озябшему ассистенту, а Геше-Миронову. Вот так, друзья, живая ругань замёрзшего актёра стала крылатой фразой, которую вы повторяете до сих пор.
В кино половина гениального рождается не по сценарию, а из накладок, оговорок и счастливых случайностей. Надо только успеть это поймать. Гайдай умел.
Секрет пятый: заграницу играл Баку. А помните «заграничный» город, по которому гуляют герои? В те годы выехать на настоящую съёмку за рубеж было почти невозможно. И «заморский» город сыграл наш Баку, его старая часть. Чтобы зритель поверил, художники развесили повсюду вывески на чужих языках, а общие планы снимали хитро, с помощью макетов, маскируя обычные здания под мечети и минареты.
И ведь сработало на все сто! Вся страна была уверена, что герои разгуливают по настоящей загранке.Вот это и есть работа художника-постановщика, человека, чьё имя зритель в титрах едва пробегает глазами, а ведь именно он создаёт на экране целые миры. Из фанеры, краски, вывесок и фантазии. Без единого пикселя графики.
Отделим факт от мифа
Миф: «На корке поскользнулся Никулин, а в начале это был банан». И то, и другое неверно: в кадре ноги Каневского, а корка арбузная (банан в Баку не достали) вернее не совсем так, но сегодня не об этом. Присмотритесь к цвету туфель, и увидите подмену сами.
Факт: спецэффекты старого кино, это куклы, макеты, трюки вживую и операторская смекалка. Где сегодня рисует компьютер, тогда работали руки, голова и смелость. А лучшие находки, вроде того самого «идиот», и вовсе дарил случай.
Вопрос к вам
А вы замечали раньше эту подмену с туфлями? Признавайтесь. Пересмотрите ведь теперь эту сцену И какие ещё любимые фильмы разобрать вот так, по косточкам, заглянув за кулисы? Пишите в комментариях, читаю каждого. Секретов из-за кулис у меня припасено ещё немало, на целую серию хватит.
Если дочитали до конца, спасибо, что заглянули со мной за кулисы. Знаете, я не против компьютерной графики, она своё дело делает. Но по той, рукотворной магии скучаю. Потому что за ней стояли живые люди, их смекалка, их риск, их холодная вода и набитые шишки. И именно поэтому мы любим эти фильмы до сих пор. Живое, оно живое и есть, никакой кнопкой не заменишь.
Читайте также: