Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Святые места

Два оглушительных урока смирения. Непридуманные истории

Две непридуманные истории о настоящем смирении рассказывает настоятель храма святых Космы и Дамиана на Маросейке протоиерей Федор Бородин. Я пришёл в семинарию из совершенно нецерковного мира. Читал Священное Писание, взахлёб читал святых отцов. Для меня весь этот мир открывался как величайший опыт добродетельной жизни. Но на практике, от людей, впервые настоящему смирению я научился у своего друга-семинариста — как раз верующего и церковного человека с детства. Мы, четыре семинариста, летом 1990 года поплыли на двух байдарках по реке Ветлуге. Взяли с собой тушёнку, крупы. Один из нас был старший по возрасту. Он учился до семинарии в институте и был таким администратором, организатором. Как-то само собой получилось, что он стал старшим. С утра, после первой же остановки, он сказал: — Что нам всем вместе вставать с утра? Давайте так: двое дежурных встают, готовят, варят кашу, потом будят остальных. Мы вместе совершаем утренние молитвы, завтракаем, остатки каши берём на обед и плывём дал
Оглавление

Две непридуманные истории о настоящем смирении рассказывает настоятель храма святых Космы и Дамиана на Маросейке протоиерей Федор Бородин.

Первая история

Я пришёл в семинарию из совершенно нецерковного мира. Читал Священное Писание, взахлёб читал святых отцов. Для меня весь этот мир открывался как величайший опыт добродетельной жизни. Но на практике, от людей, впервые настоящему смирению я научился у своего друга-семинариста — как раз верующего и церковного человека с детства.

Мы, четыре семинариста, летом 1990 года поплыли на двух байдарках по реке Ветлуге. Взяли с собой тушёнку, крупы.

Один из нас был старший по возрасту. Он учился до семинарии в институте и был таким администратором, организатором. Как-то само собой получилось, что он стал старшим.

С утра, после первой же остановки, он сказал:

— Что нам всем вместе вставать с утра? Давайте так: двое дежурных встают, готовят, варят кашу, потом будят остальных. Мы вместе совершаем утренние молитвы, завтракаем, остатки каши берём на обед и плывём дальше.

Ну хорошо. На следующее утро мы с ещё одним семинаристом встали пораньше, сварили кашу, разбудили двоих, прочитали утреннее правило, Евангелие и сели есть. Готовить мы не умели.

Старший после первой же ложки поперхнулся и сказал:

— Ладно, готовить всю дорогу буду я.

Потом повернулся к своему другу детства, церковному человеку, и сказал:

— А ты будешь мыть посуду.

У меня прямо всё взвилось внутри, потому что, знаете, удовольствие ниже среднего — после тушёнки мыть посуду холодной речной водой: котелки, черпаки, тарелки.

Я думал, сейчас он начнёт спорить. Он даже бровью не повёл. Сказал:

— Хорошо.

Удивительно совершенно. Я был потрясён. Как будто древний патерик дополнялся на моих глазах. Я увидел, как работает настоящее смирение, как навык в человеке. То есть он не сжимал челюсти, не сжимал кулаки. Для него это было просто.

После окончания учебного заведения этот человек возглавил сначала создание в своей епархии епархиального духовного училища, а потом семинарии. Возглавлял семинарию больше двадцати лет, чрезвычайно любим до сих пор всеми выпускниками, воспитанниками и всей епархией.

И я понял удивительную вещь: в Церкви по-настоящему руководить, именно в Святом Духе, может только смиренный человек.

Смиренный человек всегда слушает мнение любого своего подчинённого. Смиренный руководитель готов поступить не по-своему, если существуют разные точки зрения. Но человек должен быть лично обладателем этой добродетели, и тогда всё, чем он руководит в Церкви, просто расцветает.

Вторая история

Уже будучи священнослужителем, уже будучи настоятелем, я был свидетелем того, как старшее поколение священнослужителей обучает смирению младшее.

У настоятеля всегда есть возможность наказать младшего священнослужителя. Но задача во Христе — не наказать, а исцелить ситуацию. Исцелить человека.

И вот что я видел. Пожилой протоиерей, весь седой, получает к себе на приход молодого, только что закончившего академию диакона, наполненного разными новыми идеями и сознанием своей свободы и своего достоинства. Так, мягко скажем.

Этот диакон во время службы, подавая кадило пожилому настоятелю, считает, что не будет целовать ему руку, как это делается всегда и везде. Потому что это устарело, это не нужно, это прошлый век и вообще унижение. Ему делают замечания другие священнослужители. Он отвечает:

— Я вот так считаю. У нас всё будет по-другому, в нашем поколении.

А настоятель спокойно молится. В очередной раз, когда диакон подаёт кадило, настоятель берёт его руку и начинает её целовать. Молодого сразу пробивает насквозь. Вся эта деланная спесь моментально слетает с него.

И, столкнувшись с проявлением смирения по отношению к себе, он больше не возвращается к этому вопросу.

Как научиться смирению

В Священном Писании сказано: «Просящего у Бога смирения приготовь душу твою к искушению». Мы приходим и говорим:

— Господи, мы хотим научиться любви.

А Он отвечает:

— Любви без смирения не бывает.

Христос нас любит, поэтому Он смиряется до вочеловечения, до крестной смерти. И говорит:

— Хорошо, доченька или сыночек. Буду учить тебя любви. Буду учить тебя смирению.

Надо быть к этому готовым. Господь засучит рукава. Просишь? Хорошо. Мы тебе воспитание организуем. Так что готовимся все.

Текст основан на видео с канала «Духовный дневник». Читайте ещё: