Сегодня выпуск нашей исторической чайной рубрики будет посвящен выдержкам из книги князя Эспера Эсперовича Ухтомского, посвященной путешествию на Восток будущего императора Николая II.
Князь Эспер Эсперович Ухтомский (1861-1921) по отцовской линии происходил из древнего княжеского рода, ведущего историю от Рюрика. Его отец, капитан первого ранга, участвовал в обороне Севастополя, совершал кругосветное плаванье и поход в Нагасаки. Его мать была дочерью адмирала Алексея Самуиловича Грейга и внучкой прославленного адмирала эпохи Екатерины II Самуила Карловича Грейга – поступившего на русскую службу шотландца. После окончания Санкт-Петербургского университета князь Эспер Эсперович Ухтомский начал заниматься историей, религией, культурой и искусством народов Центральной, Южной Азии и Дальнего Востока. Как сотрудник департамента духовных дел и иностранных вероисповеданий Министерства иностранных дел князь несколько раз был командирован в Монголию, Китай, Забайкалье.
В 1890 году началось планирование большого путешествие цесаревича Николая Александровича (будущего императора Николая II) на Восток. Император Александр III рассматривал поездку не только как традиционный для российского престолонаследника этап подготовки к государственной службе, но и как способ заявить об интересах России в Юго-Восточной Азии и Азиатско-Тихоокеанском регионе. Было решено включить в состав сопровождающих цесаревича и князя Ухтомского – как специалиста, «который бы мог служить путеводчиком и впоследствии составить описание путешествия». Путешествие началось 23 октября 1890 года и завершилось 4 августа 1891 года. За это время цесаревич со свитой посетил Египет, Индию, Цейлон (сейчас Шри-Ланка), Яву, Сиам (Таиланд), Сингапур, Китай, Японию и вернулся в Санкт-Петербург через Владивосток, Забайкалье и Сибирь. По итогам князь Ухтомский написал трехтомную книгу, которая стала первым масштабным популярным изданием по культуре и этнографии зарубежного и русского Востока. Первый том под названием «Путешествие на Восток Его Императорского Высочества Государя Наследника Цесаревича. 1890-1891» вышел в свет в 1893 году; второй и третий тома – в 1895 и 1897 годах уже под названием «Путешествие Государя Императора Николая II на Восток (в 1890–1891)». Художественные иллюстрации к изданию выполнил (по сделанным в путешествии фотографиям и зарисовкам сопровождавшего цесаревича художника-мариниста Николая Николаевича Гриценко) популярный на тот момент художник-баталист, график-иллюстратор Николай Николаевич Каразин.
Итак, какими были чайные заметки князя Ухтомского?
ЦЕЙЛОН
«К сожалению, все главное внимание англичан на Цейлоне сосредоточено – как, впрочем, и везде – на быстрой наживе... У «белых» в данную минуту одна idee fixe: чай, приготовление его в необъятном фантастическом количестве и открытие для перепроизводства новых рынков, между прочим, и России».
«До Канди осталось всего 6-7 верст: за близкой горной рекой уже начинаются утопающие в зелени предместья города. Их Высочества проходят пешком со станции Перадении к соседней с нею значительной чайной фактории, чтобы посмотреть на работы по просушке и упаковке чая. Культура последнего, за которую только пробовали взяться голландцы, привита менее века назад: одними плантаторами – китайское растение, другими же более прозорливыми — ассамское (с настоящей родины его). Оно превосходно акклиматизируется как на низменных, так и на возвышенных местах, однако на первых пахучее и сочнее. Над собиранием в корзины молодых и преимущественно годных для приготовления стеблей трудятся наемники и наемницы из южной Индии, прибывающие сюда на плантации положительно за куском хлеба и с мыслью накопить здесь хоть сколько-нибудь денег для дальнейшей борьбы дома с непосильною подчас нуждой... Листья сначала сушатся в жарких комнатах, скатываются затем на машинах особой конструкции, выжимающих сок, и подвергаются брожению, отчего меняют свой натуральный цвет на меднозеленый. Под конец, до того чтобы приступить к сортировке чая, его еще пропускают через пар металлического сушильного прибора».
Цесаревич со свитой посетил, как пишет Ухтомский, чайную факторию английской компании Ceylon Land and Produce Company, основанной в 1884 году.
Остров Ява
«Чайное производство ведется образцовыми способами; в области Преангер, – куда мы скоро поедем, – наиболее занялся им во всеоружии знания и умения некто господин Мунт из Гамбурга. В Лондоне здешний чай конкурирует с китайским и с индийским: растение сюда впервые завезено в 1826 году доктором Зибольдом из голландской фактории в Нагасаки, затем опытные люди добыли дикие чайные кустики из Ассама».
О чайном деле в Китае
«Чайное дело в Китае накануне жестокого упадка. Нужна прямо-таки правительственная поддержка, чтобы его отсрочить или отвратить. Конкуренция Индии и Цейлона убивает экспорт чаев из Небесной империи в Лондон. С 1881 года на 1891 год потребность в них уменьшилась сразу втрое. Хотя знатоки и склонны думать, что это есть только временное извращение вкуса потребителей и что природные достоинства здешнего чая (само собой, при некотором улучшении его культуры!) несомненно привлекут к нему вновь покупателей, — но утрата важного рынка пока налицо. Одна Росссия выказывает прежнюю склонность отдавать предпочтение ханькоусскому и фучжоусскому чаям перед англійскими. Но мы меньше берем продукта, чем брала Великобритания: ее купцы, вдобавок, направляют не домой, а к нам (через лондонский рынок) главную часть приобретаемых ими китайских чаев. В 1886 году на долю русских приходилась всего одна девятая чайных грузов из Ханькоу: теперь же приходится около трети, стоимостью приблизительно на 10-12 миллионов рублей. Понятно, что китайцы должны в данную минуту сильно дорожить подобными клииентами.
КАНТОН
Современное название Кантона – Гуанчжоу.
«В предместье Хонам, рядом с капищами, находятся жилища кантонских богачей Ховква. Их Высочества удостоивают посетить последние, чтобы получить понятие хотя с внешней стороны о жизни состоятельного китайца в стенах родного дома... Нам подносят неподслащенный душистый чай, с плавающими в нем листиками: блюдечки положены на чашки, чтобы удерживать нежный аромат. Пьешь несравненный по качествам туземный напиток, слегка отодвигая крышечку».
ХАНЬКОУ
Цесаревич Николай Александрович посетил Ханькоу – город, где с середины Х1Х века начала развиваться русская чайная торговля, а с 1863 по 1873 год русские купцы выстроили несколько чайных фабрик. В наши дни историческая территория Ханькоу вошла в состав города Ухань.
«Мы здесь, так сказать, на родине и в мире чая: почти всякий разговор естественно сводится к нему». «Качества чая – в прямой зависимости от размеров взростившего их деревца: чем оно ниже, тем лучше сбор – от более рослых, напротив, грубее. Только что ощипанные листья не имеют еще ни специфического аромата, ни горьковато-вяжущего вкуса, по которому его свойства определяются экспертами, пробующими чай. На всякой плантации есть свои тайные вековые приемы приготовления продукта на продажу, ароматизации его, просушки, сортировки (руками или сквозь решето) и т. д. Представители наших фирм до тонкости знакомы с порядком чайного производства и положением этого дела в соседних с Ханькоу провинциях. До последнего времени русские приказчики живали даже в стороне от Янцзы, внутри страны, дабы близко следить за урожаями драгоценного растения».
«С конца апреля по май-июнь, когда в конторы здешних торговых домов ежедневно поступает на пробы до 100-150 разнороднейших чайных сортов, коммерсанты приглашают за дорогую плату так называемых «титестеров» смаковать и обонять предлагаемые образцы. Специалисты по этой части, строго воздерживающиеся от курения и спиртных напитков, должны не только исполнять прямую задачу высказываться о пробуемом чае, но и определять характер урожая и сбора во всяком районе, выступающем с предложениями покупки, а именно: мелок ли или крупен лист, как он свернут и поджарен, однообразен ли его цвет, чем отличается аромат, какие сорта куда направлять для выгодного сбыта и т. д. Результаты исследования и оценки каждогодно записываются в справочные книги, которыми всякая фирма впоследствие и руководится... Экспертами в большинстве случаев служат англичане».