Из греческого ephemeros, что означает «однодневный». Буквально: то, что живёт один день. Так древние греки называли насекомых-однодневок, цветы, которые не доживают до утра, и богов низшего ранга, слишком хрупких для вечности. Позже слово перекочевало в латынь, затем во французский, и уже оттуда пришло к нам в том виде, в каком мы его знаем сегодня.
Со временем слово выросло из энтомологии в философию. Эфемерным стали называть всё, что существует лишь мгновение: закат, настроение, моду, молодость, счастье. Оно прижилось в поэзии, в живописи, в разговорной речи людей, которые умеют замечать непостоянство мира.
У слова есть особое свойство. Оно не осуждает. Эфемерное не значит плохое или ненастоящее. Скорее наоборот: именно краткость делает вещи острее, точнее, ценнее. Мы не дорожим тем, что вечно. Мы дорожим тем, что уходит.
Японцы возвели эту идею в эстетический принцип и назвали его моно-но аварэ: печальное очарование уходящего. Весенняя сакура прекрасна не вопреки тому, что осыплется через неделю, а именно поэтому. В русской культуре похожее чувство жило в слове «невозвратное», которое так любили поэты XIX века. Пушкин, Тютчев, Фет возвращались к нему снова и снова, не называя по имени, но описывая с пронзительной точностью.
Мы живём в эпоху, которая боится эфемерного. Всё хочется зафиксировать, сохранить, заскринить, оставить в памяти телефона. Мы фотографируем еду, чтобы не забыть вкус. Записываем разговоры, чтобы не упустить слова. Но некоторые вещи ценны именно тем, что не остаются. Ощущение первого снега. Запах книги, которую читал в детстве. Интонация голоса человека, которого больше нет рядом. Всё это эфемерно, и именно поэтому живёт в нас дольше, чем любая фотография.
«Всё проходит» — говорил царь Соломон. Но эфемерное не исчезает бесследно. Оно просто возвращается туда, откуда пришло: в воздух, в память, в то безымянное место, где хранится всё, что мы когда-либо любили.
Используй слово так:
«Это было эфемерное ощущение счастья, как запах цветка, который уже не вспомнить к вечеру».