Первый «Джокер» Тодда Филлипса стал зеркалом социального раскола середины десятых: всеобщего социального отчуждения и роста притягательности образа изгоя.
Артур Флек превратился в тёмного идола для маргинализированных слоёв, которые приняли тонкую драму психического расстройства за манифест классовой борьбы, хотя сам режиссёр неоднократно открещивался от подобных (политических) интерпретаций
Однако народная любовь превратилась в жестокую шутку, поскольку у автора возникло искреннее раздражение той самой толпой, которая обеспечила ему миллиардный кассовый сбор и главные актёрские награды мира. Филлипс решил, что зрители слишком примитивны и превратили его высказывание в набор дешёвых мемов. А что на выходе? Режиссёр решил создать сиквел-наказание, призванный проучить непонимающую публику через навязчивый формат тюремного мюзикла.
В итоге мы получили дилогию, показывающую, как режиссёрский снобизм и студийная жадность убивают собственное наследие (причём в кратчайшей перспективе). Пронзительный крик социальной боли превратили в унылый, умышленно-оскорбительный троллинг.
Сиквел настолько вторичный в ирвждебный, что дилогия с разгромным счётом проигрывает тому идеальному варианту, в котором «Джокер» остаётся одним-единственным, самодостаточным фильмом без нелепых продолжений.
Альтернативные названия
Маркетинговые стратегии по адаптации на сей раз оказались бессильны. Поскольку в случае с дилогией перед нами просто прямые переводы.
- Оригинальное название (английский) – Joker / Joker: Folie à Deux
- Русскоязычное название – «Джокер» / «Джокер: Безумие на двоих»
- Франция – Joker / Joker : Folie à Deux («Джокер: Безумие на двоих»)
- Япония – ジョーカー / ジョーカー: フォリー・ア・ドゥ («Джокер: Безумие на двоих»)
Забавно, что локализаторам всего мира пришлось калькировать французский медицинский термин второй части, даже не пытаясь сгладить показную элитарность сиквела (отражавшуюся даже в использовании французского, мда).
Что было за кадром?
История создания дилогии – трагикомедия, когда творческий риск оригинала заменяют циничным расчётом и режиссёрской обидкой во второй. Съёмки оригниала были примером независимого кино (правда, с бюджетом в 55 миллионов долларов), когда Хоакин Феникс жил ролью, теряя 23 кило и погружаясь в бездну безумия. Пока Филлипс наслаждался свободой, публично заявляя, что ни при каких обстоятельствах не снимет продолжение.
Но вот когда кассовые сборы перевалили за миллиард, а фильм схлопотал «Золотого льва», идиллия закончилась. И студия WB начала давить на автора, требуя вернуть героев на экраны ради дополнительного заработка. Получив карт-бланш и раздутый до 200 миллионов бюджет, Филлипс решил не просто снять сиквел, а ещё и насолить всем, кто полюбил оригинал, сдобрив кинопродукт абсурдом:
- внедрил формат мюзикла, чтобы максимально отвратить фанатов экшена и психологического триллера;
- раздул бюджет до неприличных сумм ради сомнительных музыкальных номеров (часть которых даже в финальный монтаж не попала);
- игнорировал любые советы продюсеров и тестовых показов, пытавшихся удержать франшизу от катастрофы.
Результат?
Вместо съёмочной площадки второй части, студия оплатила создание настоящего полигона для режиссёрской мести. Актёры молча отрабатывали контракты, понимая, что участвуют в акте масштабного кинематографического самосожжения.
Вот лучший пример того, что иногда лучшее продюсерское решение – бить режиссёра по рукам и запрещать прикасаться к камере после первого успеха, чтобы не замызгать и без того идеальную историю.
О чём фильмы?
Формально, обе картины – об одном герое. Но вот нарратив у них направлен в диаметрально противоположные стороны, из-за чего дилогия сначала рождает востребованный у аудитории миф, а затем сама же его уничтожает.
В первом фильме ты следишь за мучительным падением Артура Флека, неудачливого комика, которого общество методично ломало, пока он не переродился в символ хаоса и народного мстителя в Готэме образца какого-то 1981 года. Законченная история о том, как равнодушие рождает монстров! И зритель невольно сочувствует сломленному человеку, оправдывая его ярость и финальный триумф над системой.
Сиквел же застаёт Артура уже в лечебнице Аркхэм спустя два года, где он дожидается суда, постепенно отказываясь от альтер-эго, встречая одержимую пациенту Ли Куиннел... И этот же сиквел запускает деградацию (режиссёр считает: деконструкцию) сюжета:
- отрицание Джокера как личности и жалкая попытка Артура стать «нормальным» под давлением адвокатов;
- манипулятивное влияние Ли, которая влюблена в кровавую маску, а не человека, и которая использует эту маскую для собственного спектакля;
- финальное трагичное «осознание собственной ничтожности и беспомощности» без публики (на деле, режиссёр просто пытается чуть ли не закадровым текстом проговаривать своё отношение к Джокеру);
- бесславная смерть от рук случайного сокамерника.
Вторая часть мучает зрителя затяжным судебным процессом, где главный герой (режиссёр его руками) методично разрушает созданное в первой ленте. Превращает собственную жизнь в унылый спектакль для обывателя, оставляя ТЕБЯ с чувством глубокого разочарования вместо катарсиса.
Фантастическое желание Филлипса превратить собственное ЛЕГЕНДАРНОЕ творение в унылый пропагандистский проходняк: просто из-за того, что первый «Джокер» обрёл культовый статус не благодаря, а вопреки задумке режиссёра.
По факту, выходит, что Филлипс – плохой режиссёр. Ведь ему СЛУЧАЙНО удалось снять что-то выдающееся, а затем он СПЕЦИАЛЬНО обмазал это 💩
П – перформанс.
Чем цепляли зрителя?
Визуально и эмоционально дилогия предлагает совершенно разный опыт.
Оригинал брал за душу сырой уличной эстетикой Нью-Йорка семидесятых. Сиквел – пытается шокировать сюрреалистичными постановками в замкнутых пространствах тюрьмы и суда.
Первая лента подарила сцену танца на лестнице в Бронксе, которая стала хрестоматийным примером катарсиса через движение, где каждое па Феникса под виолончель Хильдур Гуднадоттир передавало ощущение освобождения, пусть и болезненного. Не менее мощным было преображение в гримёрке перед эфиром шоу Мюррея Франклина, сопровождавшееся рождением жуткой философии хаоса и туалетными танцами.
Вторая же часть пытается вызывать мурашки иными методами, предпочитая галлюцинаторные музыкальные номера, возникающие посреди ничего (например, тюремных коридоров), что выглядит как набор сомнительных клипов:
- танцы в зале суда (где-то в собственной голове);
- дуэты с Ли, которые выглядят как бродвейские номера (при полном отсутствии смысловой составляющей);
- финальные кадры, оставляющие тебя с пустотой и без эмоционального разрешения конфликтов.
Мастерство оператора безусловно. Ты будешь восхищаться формой. Но содержание...
Что говорили о фильмах?
Реакция мира явно указывает на расхождение между авторским замыслом и зрительским ожиданием.
Если оригинал встретили овациями и наградами, нахваливая смелость и актёрскую игру Феникса, то сиквел обмазался негодованием – и зрителей, и критиков.
Пресса выпускала статьи о явном творческом кризисе и о потере ориентира, а простые зрители уходили из залов и строчили ядовитые комментарии в соцсеточках.
Среднестатистический отзыв сводился к одному: люди не понимали, зачем продавать дорогую антиутопию под видом продолжения хита. Странных моментов была масса:
критики на зарплате нахваливали смелость отхода от канонов, пытались искать отсутствующий смысл и выпячивали техническое совершенство;
зрители требовали вернуть деньги и время, оставляя разгромные оценки и жалуясь на затянутость;
фанаты комиксов... Соболезную.
Сиквел вызвал защитную реакцию у публики.
Что хорошего?
Первый фильм и отдельные части второго могут похвастаться техническим и актёрским совершенством, которое работает на благо сомнительным режиссёрским задумкам:
- пугающая самоотдача Хоакина Феникса, который тянет на себе самые провальные сцены даже второй части;
- визуальное совершенство за счёт работы Лоуренса Шера (оператора);
- вокальные данные и харизма Леди Гаги, которая при всей своей специфичности, на мой взгляд, идеально вписалась в роль.
Технический и актёрский триумф, безусловно, заслуживают уважения. Но лишь подчёркивают масштаб трагедии, когда потенциал потратили на удовлетворение больного режиссёрского эго.
Что плохого?
Провал концепции дилогии слишком очевиден:
- навязчивый мюзикл-формат — убивает темп и атмосферу психологического триллера, заложенную в оригинале;
- умышленное разрушение харизмы Джокера — из символа анархии его превратили в жалкую жертву обстоятельств и манипуляций;
- откровенная ненависть Филлипса к аудитории — за каждым сюжетным поворотом сиквела таится невысказанное (но явное) оскорбление фанатам оригинала.
Эти пороки очевидно перевешивают любые достоинства. Так что задумайся, когда захочешь кассовый успех продолжить сиквелом: может, это уничтожить красоту оригинальной идеи?
Двуликая дилогия: на 7 и 4 из 10
От меня первый фильм «Джокер» 2019 года получает 7 баллов из 10.
Потому что, даже если лично мне не то, чтобы понравился, он был достаточно глубокомысленным и резонансным, чтобы захватить сердца аудитории. Вопреки воле автора, прошу заметить.
Второй же фильм «Джокер: Безумие на двоих» 2024 года получает 4 балла из 10.
Потому что это позор: позор, когда режиссёр ненавидит собственную аудиторию. Позор, когда режиссёр ненавидит собственный успешный фильм. Позор, когда режиссёр собственными руками и умышленно уничтожает явление только потому, что ему не понравилась интерпретация от аудитории.
Кому смотреть?
Как дилогия, этот эксперимент может доставить удовольствие лишь узкому кругу эстетов, готовых простить любые сюжетные дыры ради визуального пиршества.
Подойдёт ценителям актёрской игры Хоакина Феникса и Леди Гаги, любителям авторского кино. А ещё – киноведам, изучающим феномен режиссёрского саботажа.
Остальным же рекомендую посмотреть строго первый фильм, как самостоятельное, самодостаточное высказывание. И проигнорировать второй.
Кому воздержаться?
Всем, кто идёт в кино за эмоциями, драйвом и развитием истории.
Фанатам вселенной DC (потому что это точно не комиксы), а также зрителям, ищущим логичное и динамичное повествование. Ну, и противникам внезапных песнопений посреди драмы.
В больше степени, это относится именно ко второму фильму.
Вывод
Первый «Джокер» был искрой, из которой возгорелось пламя фанатского обожания.
Второй – оказался вонючим дымом. Но не потому, что фанатское обожание выгорело и задымило. А потому что режиссёр сгорел (ну, или какая-то его особенно смердючая часть)
Тодд Филлипс снял сиквел исключительно ради плевка в лицо фанатам оригинала. Тем самым людям, что сделали его богатым! И доказал, что лучшее, что может сделать автор шедевра, так это отойти подальше и больше не трогать грязными пальцами.
Дилогия проигрывает одиночному фильму с разгромным счётом. Рекомендую просто мысленно вычеркнуть вторую часть из истории кино и памяти, чтобы не портить впечатления от оригинала.
P. S. На этом фоне первый фильм, пожалуй, отнесу к рекомендуемым, а второй – к нерекомендуемым.