Эту историю вы знаете.
30 апреля 1632 году в Польше умер году король Сигизмунд и начался период выборов нового короля. Оба главных кандидата того года в будущем примерили польскую корону. Владислав Васа и его сводный брат Ян Казимир, полтора десятка лет спустя ставший преемником Владислава. Выборы не переросли в традиционную для Польши гражданскую войну, но длились почти полгода. Элекционный сейм закончил свою работу только в ноябре 1632 года.
Параллельно сейму началась война, сильно влиявшая на настроения выборщиков. 30 июня 1632 года, не дожидаясь истечения перемирия (до него оставались считанные месяцы), Земский собор объявил войну Речи Посполитой. К войне готовились в дипломатическом и военном плане. В русской армии был существенный контингент европейских наемников, шведы поставили крупные партии оружия (возможно английского). Даже донских казаков на время отправили по Волге грабить на Каспии, чтобы обеспечить союз или хотя бы благожелательный нейтралитет турецкого султана и крымского хана.
Вот только с нейтралитетом как-то не сложилось.
Уже в апреле-мае передовые татарские отряды вступили в русские пределы с трёх направлений—Кальмиусским, Изюмским и Муравским шляхами. Главные силы, нескромно оцениваемые историками в двадцать тысяч человек под предводительством мурз Салмаша и Девлет-Гази в июне перешли через Северский Донец и начали разорять юг России уезды. Бои с крымцами произошли под Новосилем, Мценском, Лебедянью и другими южнорусскими городами. В том же году Белгород выдержал два нападения (сначала литовское, затем крымское). В пределах одного новосильского уезда воевода Иван Вельяминов освободил две с лишним тысячи пленников.
Пометки на полях.
Мурзы интересные, но малоизвестные.
Салмаш – брат Кантемира (Темира), хана Буджакской Орды (степь от Днепра до Дуная). Девлета-Гази в источниках найти не удалось, но вторая часть имени указывает на Малую Ногайскую Орду она же Казыев юрт (Кубань). Между этими ордами тысячи километров, еще в 1627-29 они воевали по разные стороны баррикад в крымской смуте (Буджак поддержал своего природного хана Кантемира (Темира), малые ногайцы как и черкесы – его противников во главе с ханом Мехмедом-Гиреем). Победивший в крымской смуте Джанибек-Гирей даже карательный поход на малых ногайцев организовал после победы.
И вдруг такое удивительное единодушие.
И оба упомянутых мурзы не являются главами орд. В случае Буджака это уже упомянутый Кантемир (Темир), в случае Казыевцев – Касым (Касим русских источников).
Масштаб атаки и статус вождей трагически друг-другу не соответствуют. Такие орды не зазорно вести хану/калге/бию, мирзы как-то много на себя берут. Ну или численность атакующих завышена.
Крымцы они, кстати оба условные.
Царь Михаил считал Малую Ногайскую Орду (Казыев юрт) своими подданными (очевидно не слишком взаимно). Буджакский хан Кантемир (Темир) крымскому не подчинялся как формально, так и по факту до самой смерти Кантемира в 1637.
Конец пометок на полях.
Эта война сорвала планы развертывания российской армии. Главная армия во главе с Михаилом Шеиным выдвинулась на Смоленск только в октябре 1632. Это неожиданное решение оказалось на удивление удачным. В ходе русского наступления октября-декабря 1632 были взяты Рославль, Серпейск, Дорогобуж и Белая на смоленском направлении, Невель, Поче и Себеж на севере (возвращены псковские пригороды, отданные в 1619), Новгород-Северский, Стародуб и Трубчевск на юге в Северщине.
Основным наполнением боев 1633 стала неудачная осада Смоленска русской армией, медленно превратившаяся в осаду русского лагеря армиями Речи Посполитой во главе с новым королем Владиславом.
В июне до того вялотекущие бои взорвались эскалацией.
На севере атаковали русские армии, едва не взявшие с налета Полоцк и основательно пограбившие окрестности. На юге атаковали поляки и казаки, взявшие и разорившие Валуйки и осаждавшие Белгород и Путивль.
А еще в Россию вошла тридцатитысячная крымская армия во главе с калгой Мубарак-Гиреем, два месяца наводившая ужас на русские земли. Успех его похода был куда больше, чем у мурз годом ранее. Крымская армия прорвалась в ближайшие окрестности Москвы и Рязани, не видевшие крымцев со времен походов в Смуту в 1609-10.
Положение было настолько серьезным, что значительная часть смоленской армии отправилась воевать с крымцами. Принято считать, что самовольно.
«Видя татарскую войну, что у многих поместья и вотчины повоеваны, и матери, и жены, и дети в полон поиманы, из-под Смоленска разъехались, а остались под Смоленском с боярином и воеводою немногие люди» говорят нам летописи.
Часть таких беглецов отказывалась подчиняться правительству Михаила даже после ухода татар. К примеру, отряд атамана Анисима Чертопруда численностью до 3000 человек пришлось окружать и разоружать в окрестностях Калуги. Его основой были «охочие казаки».
Вторжение крымцев принято считать успехом польской дипломатии. Обычно цитируется гетман Радзивилл «не спорю, как это по-богословски, хорошо ли поганцев напускать на христиан, но по земной политике вышло это очень хорошо».
Смоленская война по итогу прикатилась к боевой ничьей, в которой крымские рейды оказали существенное влияние на итог.
Но вопросов относительно случившегося море.
Вот первый.
Начиная смоленскую войну правительство Филарета явно видело крымцев союзниками. Их последний поход на Польшу, возглавленный все тем же Мубарак-Гиреем (тогда еще нуретдином, третье лицо ханства, в походе на Россию уже калга – второе) состоялся зимой 1631. Походов на Россию не было с 1610. В гражданской войне 1627-29 Россия была на стороне победителей, хан Джанибек-Гирей еще в 1620 году подписал союзнический договор с Россией. У его врага и преемника Мехмет-Гирея было другое мнение, которое он и не скрывал в 1624-27.
Почему союзный по всем раскладам крымский хан атаковал Россию?
Из-за польских денег, скажете вы.
Ну ок, а много заплатили?
Всю смоленскую войну король Владислав жалуется на недостаток денег в личной и государственной казне. Он банально берет взятку у русских послов на переговорах, соглашаясь на в целом почетный для России мир.
Все деньги на крымского хана пошли? Ну такое.
Никаких существенных уступок для Крыма Владислав не произвел, казаков на окоротил, напротив, поддерживал как мог в пику олигархату.
Ну и совсем крамольный вопрос. Если крымский хан так уж просто продавался и покупался, что ж правительство Филарета поскупилось? Соболя были, серебро даже Владиславу нашлось на выплаты. Явно не та статья, на которой можно экономить.
Что еще интереснее у вассалов османской империи случилась какая-то искренняя биполярочка. Параллельно боям под Смоленском польскому коронному гетману с потрясающей фамилией Конецпольский приходится вести тяжелые бои на юге Польши с ногайской и турецкой армией.
Первый удар в июле 1633 года нанес турецкий паша Силистрии, отправивший двухтысячный отряд на грабеж юга Польши. Гетман Конецпольский настиг его на переправе через Прут (на обратном пути) и 4 июля разгромил (польская версия событий).
После этого Конецпольский остался в укрепленном лагере у города Каменец-Подольский, который в октябре был атакован крупной османской армией во главе с упомянутым наместником Силистрии Абаза-пашой. В его армии помимо собственно османских контингентов были ногайцы во главе с Кантемиром и молдавская армия во главе с Василем Лупой. Атака успехом не увенчалась. Случилось что-то типа Хотина 1621, только в гораздо меньшем масштабе.
Пометки на полях.
Параллельно в 1633 году турки лишили престола династию Мовилэ (Могила), родственников Вишневецких и очень пропольских политиков. Поход Абаза – очевидная ответка турок за неаккуратное вмешательство южнопольских олигархов во внутренние дела империи.
В 1635 турки легко договорятся о приемлемых условиях мира с ненавидевшим их (Вишневецких) Владиславом. Абаза-паша будет казнен, то ли за неудачу, то ли за несогласие с линией партии.
Конец пометок на полях.
Т.е. османская империя де-факто атакует Польшу, а ее верный вассал – Россию?
И хана за это не трогают, сместят только в 1635 на фоне нежелания идти в персидский поход. Почему султан Мурад проявил такую снисходительность?
И еще вопрос. А московское правительство, оно по отношению к крымцам и ногайцам ограничилось глухой обороной?
Нет.
Весной 1633 г. терпение московского правительства иссякло. Велено было собирать большой поход на Казыев улус. Войско возглавили князья В.И.Туренин и П.И.Волконский; к этой рати по государеву указу должны были присоединиться двадцать детей боярских из низовых городов, двести астраханских стрельцов, терские служилые люди, гребенские и донские казаки, Большие Ногаи, кабардинские князья и шамхал. В июне к Маджарскому городищу (к тому времени уже оставленному Малыми Ногаями) сходились отряды. Бий Касим тем временем кочевал вместе с Али Ураковым, получая донесения обо всех этих приготовлениях от астраханских татар. В любой момент Касим и Али были готовы сняться с места и уйти в Крым или в Кабарду.
В ходе продвижения русского воинства погиб воевода Туренин. Волконский повел всех собравшихся под его начало ратников (кроме опоздавших донцов) на запад. От разведчиков было известно, что Касим разместил улусы в урочище Ачил под Азовом, куда и обрушился основной удар. Стойбища ногайцев подверглись грабежу и погрому. Две тысячи казыевцев угодили в плен, в том числе внуки и племянники бия Касима. На возвращавшихся с этим полоном Больших Ногаев во главе с кековатом Джан-Мухаммедом напали донцы, отняли всю добычу и сразу отписали в Москву, будто победили казыевцев, отбив у них русских пленных.
Этот поход стал фатальным для Большой Ногайской Орды. Этой победы над своими она уже не пережила. Небольшой экскурс в историю ее разгрома.
С 1622 года бием Орды был Канай, главной заслугой которого была старость и посмертный авторитет сына Михаила (до крещения Газы), бывшего героем ополчений и погибшего в 1616 году в рейде на Литву. Его поставили бием в обход реального наследника Кара-Мухаммеда, бывшего продолжателем династии пророссийских биев Тинехмата (1564-75) и Ураз-Мухаммеда (1590-98). В 1629 году от Орды откололась ее восточная часть Алтыулы, признавшая сюзереном калмыкского тайшу Хо-Урлюка. Уже в следующем 1630 году калмыки и подчинившиеся им восточные ногайцы атаковали владения Кара-Мухаммеда и разгромили их. По итогам разгрома Кара-Мухаммед обвинил бия и его родственников в предательстве. Конфликт кончился смертью нуратдина. Его сторонники бежали в Малую Ногайскую Орду.
В 1633 году бий Канай просил Россию помочь с обороной от калмыков и получил встречное предложение поучаствовать в карательном походе на казыевцев. Около восьми тысяч воинов ушло в тот поход. Закончился он вероломным разгромом от союзников – донских казаков. Вернулись остатки этой армии на пепелище. Хо-Урлюк тоже умел ходить в грабительские набеги, а дорогу ему после 1629 года уже было кому показать.
В 1634 году московское правительство сначала устроило громкий сыск по итогам разгрома ногайцев, пометав в тюрьмы астраханских воевод и дьяков, но быстро спустило всё на тормозах. Ногайцы уже сделали свои выводы и ушли в Крым. Бий Канай остался в Астрахани, то ли пленником, то ли почетным пенсионером. Периодически он отпрашивался к родственникам на Кавказ, но его так и не отпустили.
Две волны эмигрантов из Большой Ногайской Орды в 1631 и 1634 годах пришли в Крым. Первая была даже больше, популярному Кара-Мухаммеду подчинялось почти тридцать тысяч семей, бию Канаю вдвое меньше.
Эта грустная история немного переворачивает представление о произошедшем в 1632-33 на юге России.
Вплоть до 1631 года Крым был российским союзником и готовился атаковать Польшу. В 1631 в его пределы прибыли беженцы из улуса нуратдина Большой Ногайской Орды, обозленные на Россию за узурпатора Каная, неоказание помощи в отражении калмыцкого наступления и позицию во время скоротечной усобицы бия и нуратдина. Они пришли в Малую Ногайскую Орду и Мансуральскую Орду, где их приняли. В 1632 году они во главе со своими князьями продолжили воевать свою гражданскую на новой земле, атаковав относительно беззащитный юг России, не обращая внимания на окрики Джанибек-Гирея, как и более-менее все в Крыму. Не слишком был авторитетный хан. Россия наносит ответный удар, воспринимая Малую Ногайскую Орду как своего нелояльного вассала, которого карает за бунт.
Вот только Казыев юрт, российский вассал по мнению правительства Филарета, по крымским понятиям – это удел калги (наследника) ханства. В мирные года эта система двойного шерстования никого особо не смущала, а вот в немирные обернулась трагедией. Кагла Мубарак-Гирей, мстя за разгром своего удела, нанес страшный удар по югу России, едва не дойдя до Москвы, вынудив перебросить на юг армии, которые должны были наступать на западе.
И так уже было.
В начале 1520-х, когда «крымский смерч» остановил наступление Василия III на Полоцк и заставил озаботиться отвоеванием Казани.
В 1564, когда Россия ушла в глухую оборону в Полоцкой войне после разгрома рязанщины Девлет-Гиреем.
В 1591, когда Газы-Гирей спас шведов от потери Нарвы своим стремительным трипом на Москву.
И каждый раз и в те разы, и в те, которые не упомянуты (тот же 1571 или 1609) основой крымских якобы ратей становились ногайские отряды. Зачастую отряды из Волжской или Большой Орды, перешедшие на крымскую сторону.
Так же было и в 1633. Было в последний раз.
Что мог предъявить султан Мурад хану Джанибеку в 1633, даже если бы захотел? Лукавых статей с превышением уровня самообороны еще не изобрели. А он (Мурад) и не хотел с учетом симпатий к черкесской знати. Вот в 1635 году, когда хан-старик не смог сорганизовать крымцев на дельный поход в Персию совместно с султаном, Джанибек-Гирей был смещен быстро, решительно и беспощадно.
А еще в 1632 году султан Мурад отобрал власть у матери Кесем и сильно перетряс правительство. Сторонников близкого союза с Россией в Стамбуле поубавилось. Главными врагами были объявлены персы, Россия была их стратегическим торговым партнером, отношения постепенно подергивались ледком, полыхнувшим войной 1637-42, но та незнаменитая война стоит своей статьи.
Это довольно печально, но крымские походы на Россию 1632 и 1633 года в основном стали следствием ее же крайне непоследовательной политики в Нижнем Поволжье.
То ли правительство Филарета о нем подзабыло, увлеченное европейскими делами, как и историки, пишущие о смоленской войне.
То ли заигралось по отношению к Ногайской Орде в «разделяй и властвуй», как параллельно заигрались в то же самое османы по отношению к крымцам.
То ли просто было к ней враждебно, помня обиды времен от Опричнины до Смуты.
Не было ни мощной польской дипломатии, ни вероломного крымского хана, были просто тысячи людей, считавших, что правительство России их предало и должно за это заплатить.
Мы гордимся фразой императора Александра о том, что «у России два союзника – ее армия и флот», но мне она категорически не нравится. Она подчеркивает периодическую неэффективность родной дипломатии, а может и шире – внешней политики. А неэффективность – она повод для исправления, а не гордости.
Казалось, что в 1632 году Филарет постарался, и в бой с Речью Посполитой Россия пойдет вместе с Крымом, Швецией и Турцией. Но дешевое зерно и дорогие соболя оказались недостаточно вескими аргументами.
Эх, если бы..
Если бы не погиб в выигранной битве шведский король Густав, а, скажем, атаковал поляков вместе с Россией.
Если бы Абаза-паша и хан Кантемир взяли бы тот лагерь у Каменца. Или если бы султан Мурад еще пару лет не лез бы в политику, наслаждаясь вином и гаремом.
Если бы не этот калмыцкий набег и ногайская усобица.
Хотя в свете подхода императора и национального духа правильнее другой вопрос:
Если бы Шеин был смелее и решительнее и взял бы Смоленск штурмом, а не дожидался его капитуляции..
Про последнее будет следующая статья.