Пишет Кошка В Сапогах
Откровенно говоря, я немного побаивалась ехать на выставку "Цой. Легенда" в "Севкабель" в Питере. Опасалась, что увижу некое "бронзы многопудье". Когда из твоего любимого музыканта, да к тому же поэта и художника андеграунда, создают плакатного идола, бронзового истукана в назидание потомкам – на мой взгляд, есть в этом некий совковый китч и пошлость. Та же история, что и с Маяковским. Только меньше политической примеси.
Да, немного фальши есть... Как один посетитель сказал: "Сделали из живого человека медиапродукт". Много технологичных штук типа "звезды" и "планет", каких-то огромных инсталляций, всяких примочек с наушниками и разными голосами в них... Бедный Виктор, что бы он подумал, увидев все это? Наверняка пришёл бы в невероятный шок. Во всем этом – его нет. Сколько ни говори "Цой жив"...
Но об этом перестаешь думать, погружаясь в сам контекст. И переходя из зала в зал, понимаешь, какая огромная это была личность. Сколько он всего сделал за несколько лет! Даже одно то, что он, играючи, изобрёл два художественных направления – неоакадемизм (который потом освоил его коллега барабанщик Георгий Гурьянов и стал самым дорогим русским художником 90-х годов) и граффити в подражание Киту Харингу, которые стали потом весьма популярны, хотя уже никто не помнит, с чего они начались... Играючи – потому что, художник по образованию, он уже настолько был погружен в музыку, что живопись могла остаться только как хобби. Но и результаты этого хобби впечатляют.
А еще – я знала, что Мел Гибсон собирался снимать Виктора в своём фильме "Цитадель смерти" в бессмертном образе Моро, который Виктор сам для себя и придумал. Но не знала, что сценарий сохранился. И его страницы можно прочесть по-английски. Не случись авария в Тукумсе, мы бы увидели, возможно, нашего романтичного, немного наивного и обаятельного героя на мировых экранах...
Актёр и музыкант от природы, художник-экспериментатор, композитор и поэт, которому каким-то образом удалось достучаться до каждого, – о таких говорят "человек Возрождения". Можно много рассказывать, но лучше просто пойти и посмотреть. Закладывайте целый день – я была там около 5 часов. И этого времени ничуть не жалко. Что ещё порадовало – на выставке очень много народу, и главное, множество детей, даже совсем маленьких.
"Если бы этот мальчик остался жив, не нужны были бы ни я, ни Достоевский", – сказал Толстой о Лермонтове. Живи он в наше время, что бы он сказал о другом мальчике? Которого, к счастью, как говорили в одном старом фильме, "давно уже перевели в первостепенные"...