Смотреть на то, как наш главный поп-тяжеловес Бедросович навострил лыжи в Штаты, — это как наблюдать за аттракционом в цирке, где клоун не смешит, а вызывает недоумение. Только билетов не продают, а зрители невольно становятся свидетелями спектакля «А был ли мальчик?» в декорациях американских горок и брендовых бутиков.
Перемещение такой величины скрыть невозможно, и бдительные соотечественники подловили его прямо в аэропорту — с чемоданом, полным эксклюзивных тряпок, и с постоянным спутником, который отныне не отходит ни на шаг. Но то, что происходило за океаном, оказалось куда пикантнее любых официальных отчетов о «творческих встречах» — там пахло не искусством, а дорогим парфюмом и дешевым пафосом.
Встреча у багажной ленты задала тон всему вояжу. Объятия между Филиппом и его молодым другом были такими крепкими и долгими, будто эти двое не виделись целую вечность, а не просто перелет через океан. Или будто вместе прошли через огонь, воду и медные трубы российского шоу-бизнеса.
Спутник, кстати, не просто так — директор, уроженец Донбасса, ныне московский модный делец, который уже не раз мелькал в окружении артиста. На этот раз их связка выглядела настолько органично, что невольно задаешься вопросом: это рабочие отношения или Филипп наконец нашел ту самую родственную душу, которая согласна кататься на американских горках и пить коктейли с его портретом? Багажную ленту они покидали, держась за руки — или мне показалось? — и сразу нырнули в черный джип с затемненными стеклами, чтобы раствориться в калифорнийских пробках.
Отель выбрали люксовый, с видами на океан и ценами, от которых у обычного смертного слезятся глаза.
В номере началось священнодействие — закрытый показ мод исключительно для одного зрителя. Филипп, который даже в ванной не расстается с образом короля, с восторгом демонстрировал свежекупленные брендовые вещи.
Хвастался эксклюзивными принтами, крутился перед зеркалом, нахваливал фактуру тканей. А затем он принялся лично примерять на спутника оверсайз-футболки с кричащими надписями, которые, судя по всему, должны были сказать миру что-то важное, но говорили лишь о бездонном кошельке поп-короля.
Молодой человек от такого пристального внимания буквально светился, словно новогодняя елка, а Киркоров в этот момент походил на заботливую наседку, которая выгуливает единственного цыпленка. Особую пикантность этому действу придавал тот факт, что один из самых желанных брендов — Balenciaga — официально запретил продавать артисту свои вещи после его скандальных выходок. Но Филиппу закон не писан: он носит их логотипы с таким вызовом, будто это не запрет, а личный орден на груди.
Представляю, как он заходит в бутик, а консультанты делают круглые глаза, но деньги-то не пахнут, и пакеты все равно оказываются в номере.
Шопингом сыт не будешь, и следующей остановкой стал парк аттракционов Six Flags Magic Mountain — место, где нормальные взрослые проверяют вестибулярный аппарат, а ненормальные — границы собственного тщеславия.
Здесь поп-король напрочь забыл про свои перья, стразы и пафосную походку. Он превратился в обычного восторженного ребенка, только с сединой и многомиллионным счетом в банке. На крутых виражах американских горок они сидели рядышком, намертво вцепившись в поручни, и орали так, что было слышно на соседнем побережье. Но что это был за крик — от дикого страха перед мертвыми петлями или от безудержного восторга от того, что он, Филипп Киркоров, все еще может позволить себе такие развлечения — осталось загадкой.
Поговаривают, что на спуске у него чуть не слетел парик, а спутник галантно поправлял ему прическу, пока вагонетка неслась вниз головой. Это ли не истинная мужская дружба? Или то, что выдается за нее в мире, где все продается и покупается.
Вечерами адреналин сменялся гастрономическим экстазом.
Рестораны выбирались исключительно с мишленовскими звездами, где официанты знают имена гостей еще до того, как те снимают пальто.
Филипп в эти моменты менялся до неузнаваемости: он мило подпирал щечки ручками, строил забавные гримасы, закатывал глаза и не сводил взгляда со своего компаньона, ловя каждое слово. Со стороны это напоминало сцену из мелодрамы, где главный герой влюблен в собственную тень, а тень послушно кивает и заказывает самое дорогое вино.
Меню они изучали долго, тыкая пальцами в экзотические названия и делая вид, что разбираются в тонкостях калифорнийской кухни. На самом деле оба явно предпочитают котлеты по-киевски, но для антуража приходилось жевать устриц и запивать их шампанским.
Особо едкие наблюдатели отметили, что Киркоров ни разу не полез в соцсети с хештегом #янадиете, хотя его фигура уже давно просит хотя бы намека на воздержание, но это уже мелочи.
Кульминацией одного из ужинов стало празднование дня рождения того самого Максима.
Филипп организовал все по высшему разряду — имениннику преподнесли изысканный десерт с пылающей свечкой, а сам артист исполнил что-то наподобие серенады, правда, без микрофона и фонограммы, но с такой же страстью.
Парень задувал огонек под очень теплую, понимающую и до безобразия одобряющую улыбку поп-короля. Этот взгляд стоил дороже любого подарка — в нем читалось все: и многолетняя дружба, и тайные договоренности, и простое человеческое желание быть нужным хотя бы одному человеку на этой планете.
Торт, кстати, был не обычный, а заказанный у местного кондитера-виртуоза, который изобразил на глазури мини-копию Бедросовича в образе короля. Именинник так растрогался, что чуть не прослезился, но вовремя вытер глаза салфеткой, чтобы не испортить макияж.
Финальным штрихом этого гастрономического путешествия стал коктейль, поданный в баре при отеле.
Местные бармены — народ хваткий, они быстро смекнули, какая птица залетела в их заведение. И приготовили напиток, на кофейной пенке которого красовался детализированный портрет самого Филиппа Киркорова — с фирменным прищуром, кудрями и даже намеком на блестки.
Спутник этот кулинарный шедевр оценил по достоинству и с явным удовольствием пил коктейль через край, словно целовал изображение. Сам Филипп в это время довольно позировал фотографу, который, разумеется, был вызван заранее, чтобы запечатлеть этот момент для истории.
Он откинулся на спинку кресла, закинул ногу на ногу и принял такую величественную позу, будто принимал парад на Красной площади, а не просто пил сок в компании личного директора.
Но самое забавное началось, когда они регистрировались на обратный рейс.
Те же самые объятия, те же загадочные улыбки, те же синхронные движения. Они выглядели загорелыми, отдохнувшими и невероятно близкими. Настолько близкими, что таможенники, говорят, даже переглянулись с пониманием.
И вот тут возникает главный вопрос: а зачем, собственно, все это было? Ведь Киркоров — главный тяжеловес отечественной эстрады, а сразу после майских праздников уматывает в Калифорнию и тратит миллионы на развлечения, оставляя детей Аллу-Викторию и Мартина на попечение нянь в Греции. Да, он любит повторять, что семья для него святое, но по факту мы видим лишь мальтийскую болонку Леонардо, купленную за 1 миллион рублей, с которой он обещает полететь на Луну, и верного директора, который заменяет ему и жену, и друга, и, возможно, даже совесть.
Можно было бы списать этот вояж на рабочие моменты — мол, продюсерский тур, поиск новых контрактов, встречи с американскими коллегами. Но какие такие контракты в США у артиста, который поет на русском языке с характерным акцентом и давно не выпускал ничего хитовее перепевок старых шлягеров?
Его западный рынок давно закрыт, особенно после громких скандалов и отмены концертов в Европе. Так что этот трип пахнет не бизнесом, а чем-то личным, очень личным. Возможно, он просто искал того, кто будет смотреть на него не как на поп-короля с кучей регалий, а как на уставшего мужчину, которому хочется кататься с горок и пить коктейли с собственным изображением. И он нашел. Или купил. Или договорился.
А теперь представьте, сколько это стоило?
Аренда джипа, люкс в пятизвездочном отеле, ужины с устрицами и трюфелями, билеты в парк, эксклюзивный торт, тот самый коктейль, приватный фотограф — и все это в эпоху, когда простые зрители экономят на хлебе. Но наш эстрадный тяжелоатлет всегда жил по принципу «деньги не пахнут», а если и пахнут, то только французскими духами.
Он не устает демонстрировать, что может себе позволить все, включая публичную нежность к молодому человеку в стране, где законы о браке довольно либеральны. Ирония в том, что в России он всячески избегает этой темы, а за океаном вдруг превращается в открытую книгу, которую, правда, никто не просил открывать.
Так что же это было?
Продюсерский тур, где главным продюсером выступил его собственный кошелек?
Поддержка молодого таланта, который теперь будет гастролировать с ним?
Или просто мастер-класс по тому, как правильно окружить себя нужными людьми и делать вид, что ты счастлив, пока камера включена?
Мне видится третье. Потому что настоящее счастье не нуждается в таких тщательно продуманных постановках, в этих ресторанных ужинах при свечах и в портретах на кофейной пенке. Настоящее счастье тише, оно не орёт с американских горок и не выкладывает инстаграм-сторис с хештегом #благословенныйдень.
Но Филипп не умеет иначе — он артист до мозга костей, и даже свою личную жизнь он превращает в шоу, где зрителями становимся мы, невольно подглядывающие в замочную скважину. И знаете, чего мне больше всего жаль? Что этот спектакль, несмотря на все его пафосные декорации, отчаянно фальшив. Как та самая футболка оверсайз на слишком худом теле — вроде модно, но сидит как на вешалке.
Вернувшись в Москву, они наверняка сделают серьезные лица и начнут рассказывать о творческих планах. Но мы-то уже видели эти кадры, эти объятия, эти горящие глаза. И теперь вопрос не в том, с кем он там зажигал, а в том, зачем ему все это нужно?
Чтобы доказать себе, что он еще может, или чтобы забыть, что уже давно нет?
Больше подробностей (и то самое видео) ищите в моём Telegram-канале Обсудим звезд с Малиновской или на моём канале в МАКС. Заглядывайте!
Если не читали: