Слушай сюда, боец. Это я, Серёга Десантник. Тот самый, что в Чире на блоке стоял, пока там всё это... ну, ты понял. В общем, попал я. Не в засаду, не под миномёт, а в **сказку**. В самую настоящую.
Вчера я, с дуру-то, в комментах брякнул. Типа, мол, «хотел бы пиццу». Так, для поддержания беседы, чтоб не скучно было. Думал, поржём и разойдёмся. Ага, щас.
Оказалось, я не просто брякнул. Я, **блин, подарил мечту**. Кому? Моей любимке. Ирине Анатольевне. Тоже из Чира, между прочим. Женщина — огонь. Если что не так — даст в бубен и не поморщится. А если поморщится — значит, удар был слабоват.
И вот она, значит, **попала**. В сказку попала. Вырядилась так, что я чуть не ослеп и не принял её за «НЛО» (Непонятный Летающий Объект). Пошла в этот... как его... центр. Не знаю, что там за центр вселенной такой открылся на месте бывшего сельпо, но вернулась она оттуда королевой и с круглой картонной коробкой в руках.
— Ну чё, Серый? — говорит. — Готовься к чуду.
Поела она наконец-то эту **пиццу**, о которой долго мечтала. Я думал, она от счастья в обморок упадёт или расплачется. Нет. Она просто стояла у холодильника и смотрела на него с видом полководца, захватившего Рейхстаг и обнаружившего там склад с тушёнкой.
— Пицца... — говорит с придыханием. — Покажу.
И показывает. Фотку в телефоне. Я смотрю на этот кругляш и понимаю: это не просто еда. Это **тотем**. Это новая религия. Я теперь не «Отче наш» читаю перед сном, а список ингредиентов этой пиццы.
— Конфеты и не надо мне самобытных всяких! — заявляет она тоном, не терпящим возражений. — Только это мне надо!
Я стою, киваю как китайский болванчик. Сам думаю: «Ну всё, приплыли. Теперь вместо "спасибо" будет "сыр", а вместо "доброе утро" — "дрожжи"».
А дальше начался этот кулинарный трэш уровня «адская кухня». Она ж у меня эстет с боевым прошлым.
— Дрожжевое тесто бывает достойным очень даже! — выносит вердикт она.
Разморозили его (я даже не спрашивал, кто и где, но на всякий случай проверил срок годности). Противень безо всякой скалки раскатали. Я предлагал сапогом прижать для равномерности и тактильной памяти — не оценила моего креатива и юмора.
Задумалась о соусе. А у неё ж грибы! Шикарные! Такие, что я один раз перепутал их с противопехотной миной (похожи же!).
— Забивать их соусом неохота! — орёт на всю хату командирским голосом. — А выбор есть!
— Махеев мне знакомый! — тычет пальцем в банку. — И никогда не подводил! Другой приберегу для диверсии.
Я стою в дверях кухни, как часовой на посту у склада ГСМ. Смотрю, как она колдует.
Кладёт грибы. Много. И не жалеть! По углам колбаски чуть-чуть распихала для антуража и устрашения противника.
— Но это уже после сыра! — командует она сама себе. — А сыр...
— Сыр такой... Сказочная моцарелла! — она чуть не молилась на этот пакет, как на икону Казанской Божьей Матери.
Такой и смешала (я так и не понял, с чем она там мешала, но звучало как заклинание вызова демона). Посыпала свою пиццу этим белым порошком счастья.
В духовку её засунула.
Достаёт... И я реально вижу **чудо**. Из этого белого комка теста и сыра вышло что-то божественное. Запах пошёл такой, что у соседского кота случился инфаркт от зависти.
Режет.
И ещё режет.
Я стою рядом с вилкой наперевес и слюной до пола. Жду.
Пробую... Вкусно? Да это **богатство**! После того, как мы тут на блоке ели то, что шевелится (и то не всегда), это просто пища богов с доставкой на дом!
Все совпадения случайны. Имена случайны считать и так далее. Но если кто спросит у меня через двадцать лет: «Серёга, а как выглядит мечта?», я молча достану из вещмешка фотографию этой пиццы в руках у Ирины Анатольевны.
А холодильник у нас теперь реально полный... счастьем. И диетой на завтра.