The European Conservative | Венгрия
Светский Запад с треском проиграл битву за умы, пишет TEC. Новые данные фиксируют взрывной рост крещений среди молодежи во Франции, Великобритании и Дании. Устав от ядовитого феминизма и духовной пустоты, новое поколение выбирает традиционные ценности как главную контркультуру.
Лив Клингерт (Liv Klingert)
В нашумевшем британском докладе за 2025 год, чья методология вызвала серьезные сомнения, утверждается, что доля молодых людей в возрасте от 18 до 34 лет, посещающих церковь не реже раза в месяц, выросла более чем вчетверо. Утверждается, что сегодня до 20% мужчин в возрасте до 34 лет регулярно посещают церковь — против всего 4% шесть лет назад.
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
Однако трудно отрицать новообретенный интерес к христианству и постепенное возрождение, пусть и незаметное. На Пасху 2026 года во Франции крестилась 21 тысяча взрослых — на 20% больше, чем в 2025 году, когда число крещений уже выросло на 32% по сравнению с прошлым годом. Для сравнения, за весь 2021 год крестилось всего 4 100 взрослых.
Около 45% молодых испанцев (в возрасте от 15 до 29 лет) считают себя верующими католиками. Это еще один резкий сдвиг за последние годы: уровень католической самоидентификации среди испанской молодежи с 2020 года вырос почти на 50%.
Аналогичная тенденция наблюдается и в Дании. Назревает вопрос, отчего молодежь вдруг начала посещать церковь?
"Выжать всё до капли". Почему женщины соблазняют и используют мужчин
Католический священник Даниэль Стейнер Эберт, который живет в Дании, связывает это с недостатком глубины в жизни:
"Наше общество уже давно делает жизнь пустой, обессмысливая ее. Христианство показалось скучным, какое-то время мы попробовали было, но людей потянуло на что-то новое. На какое-то время все стали буддистами и ударились в „нью-эйдж“, а другие пробовали секс, наркотики и рок-н-ролл. Но ничто из этого не принесло желанной глубины. Даже буддизм как философия предполагает пустоту — цель состоит в том, чтобы слиться в одно целое с небытием, а это противоречит самоощущению человечества, потому что в глубине души мы знаем, что мы больше, чем ничто. Люди понимают, что нельзя жить, не имея представления ни о чем. Люди — искатели по своей природе. У них есть религиозное чувство, и оно подталкивает людей к знакомству с христианством", — рассуждает он.
Опрос общественного мнения показал, что большинство новообращенных во Франции заинтересовались религией после жизненных испытаний или тяжелой болезни, тогда как другие обрели Бога. Третьих в церковь привлекла красота.
Отец Даниэль Стейнер Эберт считает, что эти тенденции — проявление бунтарства, коренящегося в жизненном опыте молодежи.
"Они выросли в светской семье. Они вкусили плоды светской жизни и на собственном опыте убедились, что этого недостаточно. Их поколению не повезло в этой жизни и пришлось тяжело с самого начала. Сколько семей счастливо избежало развода? Никогда прежде психические заболевания и душевное нездоровье не имели такого размаха, и молодое поколение ощущает последствия этого на себе", — рассуждает он.
Он добавляет, что решения, которые предлагали предыдущие поколения, больше не работают.
"Люди ищут ответа. Предыдущие поколения давали неубедительные ответы из-за диктатуры релятивизма, воплощенного в подходе „Все хорошо и правильно, если вам подходит. А мне — нет“. Это поверхностно", — объясняет он.
Разрыв с "прогрессизмом"
По мнению отца Эберта, молодые люди тянутся к христианству еще и потому, что светское общество запустило программу идеологической обработки для женщин. Феминизм принял нездоровую форму и стремится искоренить женщин и традиционную женственность, и многие попались на эту удочку, проникшись его идеологией.
"Этот ядовитый феминизм нападает на мужчин. Он призывает женщин освободиться от мужчин, что очень антихристиански. Бог учит нас, что человеку нельзя быть одному. Однако мужчины остаются на обочине жизни, поскольку общество считает их тупыми свиньями", — рассуждает отец Эберт.
Под натиском яростных нападок на мужественность, многие мужчины замыкаются в себе и ищут что-то другое — увы, не гнушаясь радикальной идеологией, особенно в интернете, где ее пропагандируют "авторитеты" вроде пресловутого Эндрю Тейта. Однако другие не оставляют поисков и в итоге находят христианство, добавляет священник.
"Христианство предполагает жертвенную любовь — готовность пожертвовать собой ради других. Вот в чем заключается истинная мужественность", — отмечает отец Эберт.
"Это глубоко укоренилось в мужчинах. Женщины, разумеется, тоже приносят жертвы, но в другой форме. Мальчикам нравится играть в полицейских, грабителей и солдат. Суть этих игр — борьба со злом и самопожертвование. Именно этот путь указывает христианство: жертвовать собой ради того, что ты любишь".
В католических кругах спорят о том, сколько мужчин отвернулись от Церкви из-за "феминизации" — особенно среди американских католических писателей и публицистов. Эберт относится к этому с пониманием.
"Духовенство пошло на поводу у мирян, и не у всех священников хватило духу пойти против течения. Многие сознательно уворачивались от спорных тем, предпочитая им вопросы самоочевидные. Но все больше католических священников сейчас понимают, что это не работает и что нужно называть вещи своими именами и быть верным Евангелию. Например, долгое время люди не осмеливались говорить об аде, хотя в Священном Писании о нем больше всего говорит не кто иной, как сам Иисус. В Иисусе были и другие черты — он вовсе не был тем тихоней, который любит цветочки. Но на них закрыли глаза. В результате проповедовался неполный образ Господа, но постепенно в этом вопросе наметился сдвиг", — считает отец Эберт.
Это происходит на этапе, когда молодые люди все больше интересуются традиционными ветвями христианства. Особенно молодежь привлекают католичество и православие, поскольку они требуют от верующих большего — в частности, соблюдать таинства и посты, и это привлекает поборников дисциплины.
Многих молодых католиков воодушевляет традиционная латинская или тридентская месса, и отца Эберта это не удивляет.
"Эта тенденция связана с красотой. Вам на это скажут, что красота относительна, но это неверно: Она объективна, ведь она — отражение Божественной красоты. Нет человека, который бы посмотрел на закат и сказал: „Какая мерзость!“. Классическая музыка универсальна как раз потому, что красота объективна. Поэтому, когда молодежь приходит на традиционную мессу, они хотят, чтобы служба была лучшей из возможных — подлинной и серьезной — и чтобы ее неотъемлемым элементом была красота. Это особенно привлекает людей, выросших в обществе, где так не хватает красоты", — убежден отец Эберт.
Вера в светском обществе
Интерес к христианству растет и в Дании. Опрос фирмы Verian по заказу датской газетой Berlingske Tidende в 2025 году показал, что минимум 10% молодых датчан в возрасте от 18 до 35 лет регулярно посещают церковь. Для сравнения, доля воцерковленных в возрастной группе от 36 до 59 лет составляет лишь 7%. Из опроса также явствует, что молодежь посещает церковь чаще других. Для сравнения, в 2010 году аналогичный опрос показал, что в этой возрастной группе церковь посещают лишь 3% датчан. Таким образом, число прихожан увеличилось более чем вдвое.
Священник считает, что интерес к религии не так высок, как в других странах, переживающих тихое духовное возрождение, отчасти из-за так называемых "Законов Янте" — неписаной скандинавской нормы, действующей в скандинавском обществе и пестующей конформизм (негласный свод из десяти правил, которые сводятся к одной главной мысли: не думай, что ты особенный или лучше других. Фраза стала нарицательной после романа датско-норвежского писателя Акселя Сандемусе, который в своем романе 1933 года "Беглец пересекает свой след" описал вымышленный городок Янте, где царит искусственное равенство, а все проявления индивидуальности подавляются — прим. ИноСМИ).
"В Дании действует непреложный закон Янте. Он представляет собой своего рода нравственную диктатуру, которая угнетает людей, — и это влияет и на верующих тоже. Это означает, что в Дании по-прежнему опасно говорить о вере. Вопреки стремлению молодежи, есть негласная культура, которую несут старшие поколения, и она предписывает не говорить о своих религиозных чувствах публично. На самом же деле, это на грани общественной шизофрении: у нас есть народная церковь, она же государственная, и, следовательно, общественная, но при этом она не должна быть слишком публичной", — рассуждает отец Эберт.
Но так ли важна публичность? Предыдущий министр церковных дел Дании Мортен Далин заявил, что, если человек верит, не имеет значения, регулярно ли он ходит в церковь или нет.
"Верить, но не ходить в церковь — значит противоречить самому себе, — считает отец Эберт. — Если ты христианин, то ты должен быть им во всех своих деяниях, а не только в личной жизни. Каждый человек слаб и подвержен греху, но быть христианином — значит сражаться бок о бок с Господом, чтобы на тебя сошла Его благодать. Не надо делать тайны из своей веры. Наши предки отдавали за нее жизнь, становясь мучениками. Считать, что вера — исключительно личное дело каждого, — не по-христиански".
Вера молодых христиан — это разрыв с господствующей культурой, продолжает он: "Датская культура перестала быть христианской, хотя и основана на христианских ценностях. Дания испытала на себе сильное влияние социализма, и мы отошли от подлинного христианства и делегировали все государству. В результате наше общество охладело: мы даже не помогаем ближнему своему, потому что отныне это — задача государства. Эта система мертва".
Отец Эберт добавляет, что сам Иисус учит нас, что люди должны помогать друг другу здесь и сейчас, а не перекладывать ответственность. Он продолжает: "Мы называем себя христианами, но стоит только кому-то поставить под сомнение аборты, как возникает целый шквал возмущения. В Дании это даже не обсуждается, хотя сегодня в стране делается около 15 тысяч абортов в год. Мы никоим образом не христианская страна. Вдобавок ко всему, мы — общество потребления, где людям внушается, что они имеют на что-то право только потому, что им этого хочется. Это мышление сильно отличается от исконной христианской культуры".
"Тихое возрождение" — во многом следствие того, что молодежь не удовлетворена тем, что может предложить современная культура, и ищет большего. Вопрос, однако, в том, выстоит ли новообретенная вера.
"Христианство — это не политическая идея, поэтому оно обретет силу лишь в том случае, если они встретятся с живым Богом и поймут, что Иисус действительно воскрес из мертвых и спас нас — тогда я верю, что оно устоит", — считает отец Эберт.
Молодых людей, которые заинтересовались христианством в поисках смысла жизни и убедительных образцов для подражания вне политики, священник призывает объединиться:
"Посмотрите на святого Иосифа. Он — само воплощение идеального человека — не считая Иисуса, конечно, — и, если современные люди проникнутся его образом и будут им вдохновляться, это выход из того положения, в котором оказалось современное общество. У него были идеальные отношения с Девой Марией и семьей. Во главе угла для него всегда стояла готовность к самопожертвованию, и нам есть чему у него поучиться".
Лив Клингерт — датская журналистка и публицистка, освещает вопросы культуры, религии и идей. Публиковалась в изданиях по всей Европе.
Еще больше новостей в телеграм-канале ИноСМИ >>