В конце 1930-х годов советские лётчики-курсанты обучались на деревянном биплане, который в народе прозвали «кукурузником». Двигатель мощностью 100 лошадиных сил, максимальная скорость — 130 км/ч, никакой брони, никакого вооружения. Николай Поликарпов создавал его как простейшую учебную машину, способную взлетать с любого поля. Никто и представить не мог, что именно этот самолёт через несколько лет начнёт систематически сводить с ума лучших асов Третьего рейха.
Конструкция По-2 состояла из дерева, фанеры и перкаля — авиационной ткани. Металла в планере почти не было. Именно это случайное свойство превратило «кукурузник» в технологически невидимую машину: ранние немецкие радарные установки работали на принципе отражения радиоволн от металлических поверхностей, и фюзеляж По-2 попросту не давал им отклика. Самолёт появлялся из темноты без предупреждения — и исчезал так же.
Добавьте к этому мощность мотора. Маломощный двигатель М-11 давал минимальный тепловой след, что делало По-2 практически неуязвимым и для более поздних инфракрасных систем обнаружения. Пилот мог глушить мотор на подлёте к цели и несколько минут бесшумно планировать в темноте. Когда он отключался, звук планирующего самолёта напоминал шорох метлы — немцы внизу слышали лишь лёгкий шелест, с которым воздух обтекал полотняные крылья. Отреагировать не успевал никто.
Ловушка для Мессершмитта.
Немецкие пилоты оказались в ситуации, которую не предусматривал ни один военный учебник. Bf-109 и FW-190 были лучшими самолетами того времени, развивавшие скорость выше 400 км/ч. Скорость сваливания — порог, ниже которого самолёт теряет управление, — у них составляла 160–180 км/ч. По-2 летел со скоростью 100 км/ч.
Немецкий ас, заходя в хвост «кукурузнику», в буквальном смысле не мог с ним сравняться: он проскакивал вперёд и сам оказывался под угрозой потери управления. Попытка притормозить на бреющем полёте в темноте означала верную гибель.
Некоторые немецкие пилоты пробовали атаковать По-2 сверху, в пикировании. Результат оказывался не лучше: набранная скорость делала точную стрельбу по медленно движущейся маленькой цели почти невозможной.
Пули пробивали крылья насквозь и не причиняли конструкции существенного вреда — деревянный каркас с тряпичной обшивкой не имел критических точек отказа. Самолёт легко воспламенялся, зато отремонтировать его можно было буквально в поле, используя подручные материалы.
Уничтожение одного По-2 по немецким приказам приравнивалось к уничтожению тяжёлого бомбардировщика — пилоту полагался Железный крест, денежная премия и внеочередной отпуск. Ставка столь высокой награды говорила сама за себя.
200 вылетов за ночь.
Осенью 1941 года майор Марина Раскова через личные каналы обратилась напрямую к Сталину с предложением сформировать женские боевые авиационные полки. В конце октября 1941 года по приказу НКО в Энгельсе были сформированы три женских авиационных полка. Один из них, 588-й ночной бомбардировочный, немцы прозвали "Ночные ведьмы".
Женщины летели на самолётах без радаров, без пулемётов, без радиоприёмников и без парашютов. Всё навигационное оборудование умещалось в кармане: карта, компас, линейка, секундомер, фонарик и карандаш. Бомбы крепились прямо под крыльями — две штуки за вылет, потому что больше конструкция не выдерживала. В среднем за ночь каждый экипаж выполнял восемь вылетов. В особо напряжённые периоды — до восемнадцати.
Тактику отработала командир Евдокия Бершанская. Как правило, в рейде участвовали тройки самолётов: первые два шли на цель открыто, провоцируя зенитчиков включить прожектора и открыть огонь. Пока лучи и стволы были заняты «приманками», третий планировал к цели в полной темноте с заглушённым мотором. Немецкие расчёты физически не успевали перенацелиться.
Для борьбы с налётами немцы разработали ответную тактику и начали выставлять ночью прожектора, подсвечивавшие небо. Но лётчицы быстро приспособились: научились менять маршруты, высоты и точки выхода на цель каждую ночь. Предсказать их движение было невозможно.
Что осталось в архивах.
За годы войны лётчицы 588-го полка совершили 23 672 боевых вылета и сбросили на врага около 3 000 тонн бомб и 26 000 бутылок с горючей жидкостью. Боевые потери полка составили 23 человека и 28 самолётов. Для сравнения: потери немецкой авиации от одного только психологического фактора ночных беспорядочных бомбардировок не поддаются точному подсчёту.
23 лётчицы 46-го гвардейского полка стали Героями Советского Союза. Полк получил орден Красного Знамени, орден Суворова — редчайшую награду, традиционно предназначавшуюся генералам, — и 21 благодарность Верховного Главнокомандующего.
В советских частях полк называли — «Дунькиным», по имени командира Бершанской. В Берлине его называли иначе. Солдаты Вермахта, не спавшие ночами из-за непрерывных налётов, писали домой, что где-то в темноте над позициями летают ведьмы на мётлах. Полк принял это прозвище как знак гордости.