«У России есть ощущение, что Соединенные Штаты могут изменить подход к урегулированию конфликта на Украине» - вызывающее вопросы заявление главы МИД РФ Сергея Лаврова по итогам переговоров с главой МИД Мадагаскара Алис Ндьяй. В этой фразе с использованным министром далеким от рационального языка дипломатических чиновников слове «ощущение», проявилась привычная осторожность С. Лаврова, которая не помогает трезвому анализу российско-американских отношений на нынешнем этапе. Скорее, оставляет шанс на некие остаточные иллюзии. А их категорически быть не должно!
Какие уж там «ощущения», когда политика США в отношении Москвы изобилует конкретными фактами! Вот лишь недавние: госсекретарь Марко Рубио на слушаниях в Конгрессе - «США не могут быть «посредниками по украинским делам, потому что США полностью поддерживают Украину»; в Сенат только что внесен республиканцами и демократами новый законопроект об использовании замороженных российских активов для закупки оружия для ВСУ.
В таком контексте совсем не кажется «очень странной тактика» ЕС о продлении на год санкций против России. Наверное, на фоне заявлений европейских лидеров о желании участвовать в переговорах - это действительно можно назвать «чем угодно, только не нормальной политикой и не нормальной дипломатией» ( С. Лавров). Но нам ничего не мешает назвать прямо: это целенаправленное усиление давления на Россию, чтобы в переговорном процессе вынудить ее снять свои условия и пойти на выгодные для ЕС и НАТО уступки. На капитуляцию.
Да, 7 июня в Лондоне Москве был предъявлен ультиматум. И надеяться на восстановление доверия к Европе в глазах России в ситуации нарастания западной военно-политической и экономической экспансии - значит уводить российскую аудиторию от сути происходящего. Тем более что, по словам С. В. Лаврова в его статье для издания Politico: «Мы воспринимаем Европу как заинтересованную в поражении России сторону конфликта».
Разобраться в спорах о возможных европейских «посредниках» вокруг «урегулирования на Украине» и в «теневых» задачах неоднократно посещавших Москву посланцев Трампа Д. Кушнера и С. Уиткоффа, нам помогло бы понимание отдаленных планов т.н. «коллективного Запада» в лице США насчет России. К тому же подобные планы, вернее – план, уже давно разработаны. Их не афишируют, но нет никаких оснований считать, что они забыты. И хорошо бы – не нами.
Имею в виду Доктрину Рейгана (президент США с 20 января 1981 г. по 20 января 1989 г.), положения которой отчетливо просматриваются в политике нынешней американской власти. Напомним коротко – это внешнеполитическая стратегия администрации президента Рональда Рейгана, направленная на противодействие влиянию Советского Союза, ставшая ключевым элементом внешней политики США в период с начала 1980-х годов до окончания холодной войны в 1991-ом.
Основная цель — ослабить Советский Союз путём поддержки антикоммунистических движений и свержения просоветских и прокоммунистических режимов в странах третьего мира — в Азии, Африке, Центральной Америке и других регионах. При этом США стремились избежать прямого военного участия, используя скрытые спецоперации, военную помощь, подкуп и дипломатические инструменты. Результатом реализации данной доктрины можно рассматривать свержение многих «просоветских» режимов и даже распад СССР.
Сегодня стержень идеологического противостояния двух систем разрушен. Но что мы видим? Мы видим на экране в многочисленных роликах эксцентричного президента Америки, делающего косноязычно-невнятные и нередко вызывающие смех абсурдные заявления. Однако за картинкой подобных шоу кроется неослабевающая железная хватка и продолжение последовательной политики правящих Америкой кланов, направленной на глобальное доминирование – ресурсное, технологическое, военное, финансовое…
Несколько обновленная, неорейгановская доктрина Трампа направлена на те же цели - на ослабление влияния теперь уже России по всему миру. Сирия, Венесуэла, Куба, Монголия, ближнее Зарубежье, в частности, Азербайджан, Армения, Южный Кавказ – везде наши партнеры подвергались и подвергаются многофакторному давлению США, принимающему разные формы, в том числе, лицемерно называемой «мягкой» силы. Сербия, Мьянма, Никарагуа, Бразилия могут стать следующими. Именно об этом свидетельствует наблюдение за сценариями Молдовы, Венесуэлы, Армении… Новая цель - заставить В. Путина пойти на неравноправную сделку по Украине, которая закрепит за Россией статус младшего «сырьевого партнера».
Что касается Европы… публичных деклараций лидеров ЕС с критикой политики Трампа или негативных высказываний о Европе Джей Ди Вэнса… Посмотрите на фотографию ниже. На Макрона и Трампа в Зеркальном зале Версальского дворца перед ужином, устроенным французским президентом 17 июня 2026 года в честь завершения саммита Большой семерки (G7) в Эвиане… Можно быть уверенным – они договорятся.
Несмотря на все противоречия с ЕС, Трамп подписал «заявление лидеров G7 по геополитическим вопросам», согласившись «увеличить поставки на Украину средств противовоздушной обороны, дополнительных систем и перехватчиков, а также средств дальнего радиуса действия»… И это далеко не все.
Людмила Лаврова
Российско-американский политолог Эндрю Корыбко предлагает свою трактовку нынешних американо-российских отношений:
… Он чувствует себя лично оскорбленным тем, что Путин отверг его предложение заморозить конфликт в обмен на стратегическое партнерство, ориентированное на ресурсы… Трамп подписал “заявление лидеров G7 по геополитическим вопросам, и он готов «рассмотреть возможность распространения на Украину действия лицензий, которые позволят увеличить там военное производство». . Это означает, что Трамп готовится к «эскалации ради деэскалации» в отношениях с Россией, причина чего сейчас будет мною объяснена.
С точки зрения Трампа, что является объяснением, но не оправданием на случай, если кто-то неправильно истолкует нижеследующее, Путин потратил впустую свое время за эти почти 18 месяцев, говоря о мире, но отвергая предложение Трампа заморозить конфликт в обмен на стратегическое партнерство, ориентированное на ресурсы. Аналогичным образом, с точки зрения Путина, Трамп нарушил «Дух Анкориджа», отказавшись принудить Зеленского уйти с Донбасса в обмен на то, что Путин затем объявит полное прекращение огня.
Соответственно, Путин продолжил спецоперацию, хотя по-прежнему избегает какой-либо ее эскалации, возможно, по причине своей веры (какой бы устаревшей она ни казалась некоторым из его сторонников) в то, что русские и украинцы – родственные народы. .
Таким образом, не европейцы или украинцы убедили Трампа отказаться от заявленного «Духа Анкориджа», а его чрезмерное тщеславие после того, как он почувствовал себя оскорбленным, когда Путин отверг его предложение в Анкоридже. При этом он продолжал реализовывать свою неорейгановскую доктрину ослабления влияния России в мире с акцентом на ее южную периферию, сжимая ее стратегическое окружение. Эта геостратегическая конструкция, задуманная в США, уже создается в Арктике и на Балтике усилиями Великобритании, в Центральной Европе – усилиями Польши, по южной периферии – усилиями Турции…
Предположу, что «глубинное государство» почти наверняка подсказало Трампу, что сейчас самый подходящий момент для усиления давления на Россию, чтобы принудить ее к односторонним уступкам для прекращения украинского конфликта с последующим некоторым ослаблением этого давления.
Пойдет Путин на это или нет, остается предметом дискуссий, но упомянутая неопределенность не означает, что Трамп не был убежден в том, что сейчас самое подходящее время для «эскалации с целью деэскалации», почувствовав то, что он считает слабостью. Риск заключается в том, что Путин, в конце концов, может решиться на взаимную эскалацию, возможно, даже дойдя до нанесения ограниченных обычных ударов по угрожающим России военным целям в странах НАТО. Если Кремль не капитулирует перед требованиями США, что невероятно, либо не произойдет дипломатического прорыва, в результате чего баланс интересов будет достигнут путем серии взаимных компромиссов (что маловероятно), то ожидается серьезная эскалация напряженности в отношениях между НАТО и Россией.
На что рассчитывает Трамп, ведя свои «игры» с Россией?
Трамп вообразил, что теперь он в силах обрести «святой Грааль», ускользавший от США даже в период расцвета их однополярной гегемонии в 1990-х годах. Его решение «пойти на эскалацию ради деэскалации» в отношениях с Россией продиктовано грандиозной стратегической целью - получить контроль над ее государственными компаниями, занимающимися природными ресурсами (энергетикой и полезными ископаемыми). Известно, продолжающиеся российско-американские переговоры включают в себя положения о сотрудничестве в этой сфере, что подтвердил сам Путин, и что упоминалось в просочившемся в публичную сферу проекте мирного соглашения из 28 пунктов, подготовленном в США.
Однако, неплохо представляя себе бизнес-подходы Трампа и его психологию, предположу, что он хочет пойти еще дальше, добившись, чтобы США получили контрольные пакеты акций этих компаний. До сих пор считалось, что он имел в виду только инвестиции США в российский энергетический кластер и месторождения минералов, которые ipso facto лишат Китай доступа к ним, тем самым косвенно способствуя достижению цели Вашингтона - отрезать доступ Китая к ресурсам, необходимым для поддержания траектории его развития как сверхдержавы. Возможно, так и замышлялось до недавнего времени, но произошла переоценка его замыслов, Трамп почувствовал, что может получить гораздо больше. К тому же, повторю, сыграла важную роль его неорейгановская доктрина о сокращении влияния России в мире. И, конечно, его амбиции, о чем уже говорилось, когда Путин отверг предложение заморозить украинский конфликт в обмен на стратегическое ресурсное партнерство. Так что за прошедший год так называемый «санитарный кордон» вокруг России продолжил сжиматься.
Крупномасштабная атака беспилотников Украины на Москву, в результате чего был поврежден столичный нефтеперерабатывающий завод, призвана была создать драматические визуальные эффекты для подкрепления уверенности Трампа в том, что Россия «проигрывает» конфликт. Известно, насколько легко он поддается манипулированию с помощью образов и влиянию тех, с кем беседует из своего окружения. Учитывая, что сразу после саммита G7 его коллеги сообщили ему, что Россия «проигрывает», не будет преувеличением предположить - он действительно верит, что теперь сможет получить от России все, что захочет. Возможно, он также убежден, что Путин не способен уничтожить Украину (с ядерным оружием или без оного).
Если Трамп прав, и Путин по-своему не переломит ситуацию «эскалации ради деэскалации», чтобы быстрее положить конец этой войне, президент США будет стремиться вынудить Россию перейти к обороне. О целях я уже говорил - контрольные пакеты акций российских компаний, занимающихся добычей важнейших природных ресурсов. А пока Украина в качестве полезного «инструмента» будет наращивать атаки беспилотников на Москву, Крым, другие регионы страны с новыми жертвами и разрушениями.
Значит, крайне важно, чтобы Россия усилила свою противовоздушную оборону, сама наносила мощные удары по логистике врага и как можно скорее сама положила конец украинскому конфликту на поле боя. Упреждая «деэскалацию» Трампа.