Бывший рейнджер направился к выходу и налетел на эльфа с испитым лицом, тот поклонился, прикрыв лицо рукой, зная, как болезненно реагируют дроу на уродства.
– Не надо, друг, и смотри! – и Майрин показал изуродованную щеку. – Думаю, мы пострадали от одной руки.
Эльф опять поклонился и отступил в сторону. Он знал, кто такой Майрин, но для него было открытием, что тот служит Венделу. До сегодняшнего дня Майрин был одним из командиров рейнджеров. Об его отваге и чести среди рейнджеров ходили легенды.
– Могу ли я тебе помочь, Благородный? В городе все знают о твоей доблести и отваге. Тобой восхищаются.
Майрин ошеломлённо посмотрел на него.
– Несмотря на моё уродство?
Эльф печально улыбнулся.
– Шрамы – это доблесть, а вот такая кожа и такое тело, как у меня… Моё тело отравили просто так, но ведь не будешь это объяснять всем. Кхм… Не волнуйся никто не считает тебя уродом, Благородный! Не сомневайся, ты обладаешь очень яркой красотой! Все ценят твою смелость и доблесть. У тебя много друзей
Второй день Полнолуния и его празднование обостряет чувства до предела, Майрин понял, что этот эльф не лжёт, считая его красивым и благородным.
– Скажи, как мне попасть к помощнику мэра? – Майрин решил, что больше не стоит откровенничать с неизвестным ему, изувеченным парнем.
– Он на площади, готовит её к конкурсу. Ты успеешь, Благородный.
– Успею. Спасибо! Весь праздник мой!
Майрин вышел, а эльф поспешил к Лорду Венделу и застал того сидящим в кресле и размышляющим.
Лорд смотрел на дознавателя и поражался. Судьба столкнули двух изувеченных мужчин, которые пострадали от клана Митрайды. Ну не смешно ли это? Одного изувечили за то, что он был верен любви, другого походя, не заметив, что сотворили врага.
– Что скажешь? Только важное! Мне пора на конкурс.
– Лорд, вчера Риана пыталась снять последействие заклятья у магов Центра, – Вендел скривился, а эльф качнул головой. – Не спеши огорчаться! Ты ведь не знаешь, что с ней даже не захотели говорить!
– Порадовал старика! – молодо захохотал Лорд. – Но ведь это не всё? Не зря же ты сверкаешь глазами.
Эльф остро взглянул на молодое лицо лорда Вендела и поразился, как тот невероятно изменился, сила в нём пенилась, как молодое вино.
– Клан Митрайды раскололся. Риана оставила себе любовников матери, и провела очень бурно время прямо перед праздничным обедом. Кое-кто слышал свист плетей.
– Потрясающе, ей понравилась боль?! – Вендел хохотнул. – А я-то думал, что унизил её.
– Теперь её старший муж – граф Ронкариан.
– Думаешь этим меня порадовать? – Вендел непонимающе приподнял брови.
Эльф криво усмехнулся.
– Между прочим, один из фаворитов Митрайды несколько раз развлекался этим графом в тайных притонах и поделился информацией, что тот очень любит причинять боль. Особенно ему нравилась плеть. Им пришлось изрядно заплатить, за свои развлечения.
– Похоже Риану наказывают, – Ведел нахмурился.
– Нет, если ей это нравится. Однако наказание будет! – пробурчал эльф.
– Ильнор, почему ты в этом так уверен?
– Она убила мать в праздник Полнолуния. Госпожа не простит! Риана будет сожалеть об этом всю жизнь. Кстати, Митрайда боялась свою дочь, ходят слухи, что и её мать, когда-то убила своего отца. Было древнее проклятье, но не знаю какое.
Эльф сверкнул глазами. Он, по повелению Митрайды, распорядился доставить Риане вино с напитком ревности и тоски, но был уверен в другом – не он, а сама Госпожа накажет убийцу. Венделу об этом не надо было знать.
Лорд достал мешочек с золотом и бросил в руки эльфа.
– Где некроманты, которых позвали маги из ОСН?
Ильнор поклонился.
– Кто-то в Центре, в архивах копаются, а кто-то в мастерских дварфов, кстати, ваших врагов. Они изучают приборы, которые заказали маги из ОСН.
Лорд крякнул, этот эльф с серым лицом, как после беспробудного пьянства его всегда поражал своей осведомлённостью. Никто в Гисаре не знал, с кем он работает и кто ему помогает, но сведения всегда были убийственно точны.
– Приборы… Значит, мастер Бублик не так могущественен, как я подумал. Это хорошо! Можно чуть-чуть расслабиться.
– Лорд, а ты успеешь? – эльф выразительно посмотрел на часы. – Тебя ждёт конкурс.
– Я теперь всё успею! Рад, что ты мне это сообщил. Пойду порадуюсь, посмотрю на Риану. Даже непонятно, почему это так возбуждает? Весь праздник мой!
Эльф выскользнул из дворца лорда. Его много насторожило. Помолодевший лорд, который бравирует своим возрастом, но больше всего, что тот почти дословно повторил фразу Майрина. Он решил сходить к брату и поговорить об этом.
Лорд оделся изыскано, надо было показать Риане, что он оценил её восхождение. Он был бы менее самонадеян, если бы знал, что Ильнор является родным братом Эльнора.
Ильнор ненавидел Отворяющих, он с братом был единственным, кто пережили встречу со «спящими». Жрицы разбудили «спящего», но не смогли его усмирить, поэтому пытались накормить его, бросая в золотую клетку детей эльфов. Страшное существо, постоянно меняющее форму, разорвало всех. Остался только он и его маленький братик, который лежал в пелёнках. Тогда Ильнор выскочил перед существом, похожим на медузу с длинным хоботом, и закричал.
– Меня, не брата! Он ещё и не жил. Меня!
Медуза нависла над ним, но не тронула, а, порвав золотую сеть, вырвалась на волю. Доверяя «спящему», Ильнор схватил брата на руки и бросился за ним. Существо грызло стену, Ильнор, задыхаясь от ядовитых испарений, полз за ним.
Сзади всё горело, это Отворяющие, испугавшись, поставили стену огня. У Ильнора горело тело. Вскоре Ильнор и «спящий» оказались в багрово-чёрной пещере. Это потом Ильнор узнал, что попал в одну из пещер подземелий Заманшара. Существо упало на берегу реки из лавы и застыло каменным яйцом.
Трое суток, задыхаясь от ядовитого воздуха, Ильнор выбирался наружу. Спасали их ручейки, которыми он мыл лицо и глаза и смачивал пелёнку закрывающее лицо братишки. Братик едва дышал, но, как все из рода горных эльфов молчал. Его и брата, уже застывающих в снегах, нашли орки мэра Гисара. С тех пор он и его брат служат городу, останавливая и пресекая зло во всех проявлениях.
Крошка Эльнор вырос красивым и крепким, а лицо Ильнора, изъеденное ядовитыми газами подземелий Заманшара, и нижнюю половину тела, обожженную магическим огнем жриц, не смогли восстановить маги-целители. Никто в городе не знал, что они братья.
Ильнор помог брату создать тайную сеть полиции, сам же стал самым дорогим наблюдателем для знатных семей этого города. Он нашёл таких же, как и он, изуродованных матриархами дроу. Все они стали тайными наблюдателями Гисара. Именно сведения, поставляемые ими, не давали знатным лордам объединиться против матриархов и развязать войну в городе.
В этот день, на рассвете, ещё до посещения им лорда Вендела они вместе обсуждали, как помочь тем, кто отправился в путь, чтобы остановить «спящих». Перебрав кучу вариантов, решили не вмешиваться и довериться курсантам.
Эльнор ещё продумывал, как сделать продолжение праздника ярким, когда к нему постучали. Он заулыбался, увидев Майрина.
– Заходи- заходи! Рад тебя видеть! Как Нерина?
Лицо Майрина сморщилось, он какое-то время молчал, потом прошептал:
– Здравствуй и прости! Я в ужасном положении! Ты меня знаешь, а я тебя не помню.
– Кто это с тобой сделал? – лицо эльфа вытянулось.
– Оркенка! Я не помню, кто я, и как меня зовут. Что делать?!
Эльнор хлопнул по шару вызову.
– Ульд, Ашер, немедленно ко мне! Подожди, Майрин! Придут два сильных мага-аналитика. Ещё вчера ты их знал.
Через полчаса появились Ульд и Ашер.
– Это – Майрин! Он ничего не помнит, его заколдовала Нерина. Очнулся и вспомнил, кто он, только что.
– Не так! – остановил его Майрин. – Вся моя жизнь с Нериной была под её контролем.
– Гадина какая! Правильно, мы ей не поверили, – пробасил Ульд.
– Майрин, а что ты помнишь? – поинтересовался Эльнор.
– Я ненавижу клан Митрайды и служил лорду Венделу, который меня спас, когда меня изувечили на Арене смерти. Мне кажется, что я когда-то любил. Я не помню точно, просто в памяти эхо сладкой горечи.
– Мы это знаем, – остановил его Ашер. – Как ты вспомнил? Ты же был околдован! Говорил о Нерине, как о лучшей женщине мира.
– Лорд убил Нерину. Я не знаю, как, но её смерть освободила меня.
– Можно считать информацию с трупа. Здесь есть специалисты.
– Поздно, её съели, – расстроенно пробормотал Майрин.
Эльнор стал грызть кончик косы, он никак не мог придумать, что делать. За время совместной работы с рейнджерами, он узнал, что те всегда восхищались Майрином и говорили о его честности, смелости и благородстве.
Ашер переглянулся с Ульдом, они никогда такого не замечали за помощником мэра такого поведения, значит это было признаком крайнего волнения. Ульд тихо спросил:
– Майрин, что ты собираешься делать?
– Я должник Лорда! Видимо, когда-то мне надо будет вернуть ему долг, – Майрин не стал говорить, что тот не принял его служения.
Эльф поразился прозорливости Алкапыва, когда тот напоил всех участников совещания своим напитком. Теперь любая попытка вспомнить, что могло навредить их плану, была обречена на провал. Опять посмотрел на Майрина. Не зря рейнджеры во всем на него полагались, ведь тот сразу рассказал о своем долге перед Лордом. Судя по горькой складке на его лбу Лорд Вендел не принял его служения. Эльнор поразился этому просчету. Такими личностями не разбрасываются! Он твердо проговорил:
– Хорошо, я сообщу рейнджерам твоё положение.
– Кхм… Прости эльф, но какое?! – Майрин нахмурился.
– Как какое? Ты же потерял часть памяти! Мы тебе не сможем помочь, – проворчал дварф. – Придётся тебе жить заново. Ты молод и справишься, твои друзья и соратники тебе помогут.
Майрин, уже готовый уйти, остановился. Он был потрясён – оказывается, у него были друзья и соратники.
– Ты сказал мои друзья?! Не удивляйся вопросу. Эльнор, скажи, а среди рейнджеров есть дроу?
– Есть. Все они беглецы, добившиеся свободы. Они служат городу и не по зубам матриархам.
– Почему же они не служат свободным Лордам? Прости, я должен начинать с начала и решил, что главное – это честность.
Эльнор растерялся, а Ульд хлопнул дроу по плечу.
– Это тебе самому придётся узнать. Спроси у твоих друзей!
– Захотят ли они говорить со мной? Я ведь теперь иной.
Ульд пожал плечами, потом почесал в голове.
– Майрин, а что тебя смущает? Ты же свободен в выборе! Почему не остался служить Венделу? Мы тебе доверяем, но ведь ты сам сказал, что на тебе долг.
– Он мне не предложил служить ему. Возможно, не доверяет. Это так оскорбительно, но ты, прав, я его должник, – Майрин подошёл к окну и насторожился, на улице мелькнуло знакомое лицо. – Эльнор, за тобой следят!
Помощник мэра сразу решился.
– Ребята, вы свободны, займитесь своими делами! Майрин, я хочу тебя нанять на службу городу!
Курсанты мгновенно испарились. Дроу растерянно сглотнул.
– После того, что я рассказал?
– Ты наблюдателен и умеешь быть преданным. О твоей доблести и благородстве твои соратники рассказывают легенды.
– Меня не презирают? Невероятно! – Майрин побледнел от волнения. – Я же… Моё лицо…
– Да ты что?! – эльф покачал головой. – Лучшие рейнджеры мечтали служить под твоим командованием. Я и сейчас считаю тебя самым честным и не сомневаюсь в твоей верности!
Майрин чуть побледнел и приложил правую руку к сердцу.
– Эльнор! Клянусь, я не предам этот город и буду защищать его! – панель отодвинулась, и в комнату скользнул Ильнор. Дроу нахмурился. – Эльф, ты служишь двум?
– Нет! Я зарабатываю на жизнь, выясняя секреты, но воюю против «Отворяющих» из клана Митрайды, – Ильнор улыбнулся ему. – Благородный, что ты решил?
Майрин взглянул в огромные зелёные глаза эльфа и удивился, в них светилось доверие и понимание.
– Я служу городу! – он настороженно ждал ответных слов этого эльфа.
– Тебе будет тяжело жить среди Лордов дроу. Для многих из них шрамы – это повод для унижения, в то время как для многих воинов других рас – это знаки проявленной доблести. Ищи соратников других рас: орков, оркенов, доргов, дварфов. Среди рейнджеров у тебя были преданные друзья, поговори с ними и всё расскажи. Не отчаивайся и никому не верь о себе! – Ильнор порозовел. – Все считают тебя доблестным воином и верят тебе. Все мечтают дружить с тобой! У тебя всё ещё впереди, возможно и любовь, и семья.
– Мне? Верят?! Я?! Наверное, я никогда не смогу поверить женщинам, – он не мог сказать, что его потрясло то, с каким восторгом эльф сказал, что он благороден.
– Нет! – горячо остановил его Ильнор, необычное волнение дроу его завораживало, тот смотрел на него неотрывно. Он мог стать его верным другом, когда-нибудь. – Ты неправ! Ты любил эльфийку и был ею любим, пока она не погибла. О вашей любви есть даже песни. А в городской библиотеке, есть сборник стихов, посвящённых вашей любви. Он называется «Любовь вопреки»
– Я подумаю об этом, – неожиданно Майрин благодаря Ильнору вспомнил часть своей жизни. Этот эльф мог стать его другом, когда-нибудь.
Ильнор усмехнулся уголком рта.
– Я рад, соратник! Надо торопиться, Эльнор! Твои курсанты говорят, что приготовили супер «бомбу» для праздника.
– О, да! Они решили сразу после основного конкурса провести ещё один. Как только появится мисс Гисар, мы начинаем выбирать того, кого любим не за красоту. Короче, начинаются выборы самой прелестной женщины. Сейчас наши конкурсанты готовят всё для этого.
Майрин неожиданно вспомнил лукавую улыбку эльфийки, которой он отдал своё сердце, та не была красавицей, но лучше её не было в целом мире. Только с ней он мог часами бродить по лесам, слушая птиц и её песни, только с ней был счастливым. Как ему было необходимо поговорить с другом о том, что он вспомнил, чтобы тот порадовался вместе с ним!
Он тихо произнес:
– Хорошо придумали. Мисс прелестница! А успеете?
Эльнор задорно подмигнул ему.
– Ты сомневаешься? Теперь мы всё успеем, с твоей помощью. Пошли, а то меня всего уже трясёт от волнения. Весь праздник наш!
– Стой!
От окрика Ильнора, они остановились.
– Что-то должно произойти. Уже трое не зная этого, дословно произнесли одну и ту же фразу «Весь праздник наш» и волновались при этом.
– Пора поговорить с курсантами! – заметил Эльнор.
Майрин встал так, чтобы Ильнора не заметили. Эльнор хлопнул по шару, загорелось лицо рыжего Солта.
– Ничего не хочешь сказать? – поинтересовался Эльнор.
– Небеса, а ты-то откуда узнал? – осмотревшись, дварф помахал рукой. – Привет, Майрин! Эльнор, изменилась магнитуда. Какой-то вулкан проснулся. Выясняем какой, и сколько времени до извержения. Не волнуйся! Как прояснится, я позвоню. Пока.
Эльнор стал грызть кончик косы, а Майрин фыркнул:
– Кончай волноваться! Мы предупреждены. Похоже, изменение состояния вулкана как-то влияет на сознание. Значит, это надо использовать. Раз все волнуются, надо выбирать прелестницу всем вместе. Пусть выбирают те, кто окажется на конкурсе. Прямым голосованием.
– Ах, какой ты коварный! – восхитился Эльнор. – Пошли, время поджимает.
Дроу оглянулся, ему просто жизненно необходимо была поддержка Ильнора, но того уже не было. Для себя Майрин решил, что потом он найдёт того и поговорит с ним. Настроение резко улучшилось, он даже не обратил внимания на Эльнора, который шел рядом с ним и изумлённо слушал, как этот новый Майрин шептал:
– Ильнор, Ильнор. Он будет другом, которому я доверю свои тайны.
Эльнор повертел головой, его брат был где-то рядом, он чувствовал его, и знал, что тот тоже слышит шепот Майрина. Неужели долгое одиночество брата закончилось и у него появился верный друг, которого он не будет стесняться и с которым он будет делиться своими секретами и планами? Ведь только в Полнолуние можно найти и любовь, и друзей, преданных до гроба.
Площадь, украшенная цветами и флагами, была великолепна и гудела от разговоров жителей из всех районов Гисара. На подиуме стояли шесть красавиц и ждали, кого выберут.
Члены комиссии замученно уставились на Эльнора.
– Начинаем? – спросил он.
Вендел, заметив, что Майрин стоит рядом с помощником мэра, хмыкнул. Хорошо, что он не принял его присягу. Его бывший слуга сильно изменился, если стал служить городу!
Мэр, прокашлявшись, достал свиток с последними конкурсами.
– Чтобы определить самую из самых, нам пришлось поломать голову…
Неожиданно поднялась новый матриарх Риана. Она подождала, когда все успокоятся. В богатом наряде матриарха, она казалась хрупкой, и поэтому её жесткий голос всех ошеломил.
– Остановись, Мэр! Никто не может меня обвинить в предвзятости – ни одна из женщин моего клана не попала в финал. Я считаю, что правила надо ужесточить.
– Что значит ужесточить?! – возопил Мэр.
– Надо учитывать не только внешние данные! Например, нужно оценить способность проявлять пылкость души и сопереживать ближнему. Красота души не меньше значит, чем красивое личико.
Окружающие загудели, никто не ожидал, что молодой матриарх дроу будет говорить о любви к ближнему, и это после того, как она убила свою мать.
Понимая, что Риана всё затеяла, чтобы проявить свою власть, Вендел решительно остановил её:
– Матриарх, ты, видимо, не в курсе! Во время конкурса учитывали не только внешность, но и знания, и душевные качества. Пора голосовать! Иначе мы никогда не закончим.
На площади зашумели, и почти все упали от мощнейшего подземного толчка. Земля загудела, и все настороженно стали прислушиваться, однако больше ничего не произошло.
– Что это? – прохрипел Мэр. – Это начало извержения?
Эльнор покачал головой.
– Нет! Нам бы сообщили, я несколько минут назад был у дварфов. Ничего страшного, продолжим конкурс.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: