Ночь опустилась на Топкапы тяжелым шелковым покрывалом, но в главных покоях султана не было привычного покоя. В воздухе, густом от аромата амбры и сгорающего в серебряных курильницах мускуса, висело удушливое, тягостное напряжение.
Султан Сулейман стоял у огромного сводчатого окна, устремив тяжелый, темный взгляд на едва различимые в ночи воды Босфора. Его широкие плечи были обтянуты домашним
Публикация доступна с подпиской
"Великолепный век". Эксклюзив"Великолепный век". Эксклюзив