История знает редкий, почти лабораторный эксперимент на выживание. В 1864 году у берегов одного и того же необитаемого острова с разницей в несколько месяцев разбились два корабля. Их экипажи оказались в одинаковых условиях, на одной земле, - но не подозревали о существовании друг друга. И судьбы их сложились прямо противоположно. Разница между жизнью и смертью оказалась не в удаче и не в припасах, а в том, как люди повели себя.
Один остров, два крушения
Остров Окленд лежит примерно в пятистах километрах к югу от Новой Зеландии - продуваемый ледяными ветрами, заливаемый дождями субантарктический клочок суши, одно из самых негостеприимных мест на Земле. В январе 1864 года у южного его конца разбилась шхуна «Графтон». А спустя несколько месяцев у северного берега, в двадцати милях, погиб трёхмачтовый барк «Инверколд». Местность между ними была непроходимой, и два экипажа так и не узнали, что они на острове не одни.
«Графтон»: братство
Со шхуны «Графтон» спаслись пятеро во главе с капитаном Томасом Масгрейвом. И они с первого дня действовали сообща. Сняли с разбитого судна всё полезное, построили крепкую хижину, наладили огонь, охотились на тюленей, ловили рыбу, собирали моллюсков. Один из них, француз Франсуа Рейналь, оказался гением выживания: мастерил инструменты, выделывал кожу, шил обувь, соорудил даже подобие кузнечного горна.
Но главное - они сознательно построили порядок. Капитана они выбрали общим согласием и условились, что решения принимаются сообща, а ссоры недопустимы. По вечерам они по очереди учили друг друга - языкам, счёту, - читали вслух, играли, поддерживали дисциплину и боевой дух. Это было настоящее братство, державшееся на уважении и правилах.
Спаслись сами
Прождав около года и поняв, что помощь не придёт, они не сломались, а пошли на отчаянный шаг. Из обломков и подручных средств они отремонтировали маленькую шлюпку, и трое из пятерых вышли в открытый океан - почти триста километров штормового субантарктического моря - и дошли до Новой Зеландии. Там они снарядили спасательную экспедицию за оставшимися двумя товарищами. Все пятеро выжили.
«Инверколд»: распад
На северном конце острова разворачивалась противоположная драма. С «Инверколда» крушение пережили девятнадцать человек из двадцати пяти. Но они не смогли сплотиться. Сословные различия между офицерами и матросами мешали действовать заодно: дельные советы простого матроса Роберта Холдинга начальство нередко пропускало мимо ушей. Толкового убежища они не построили, надёжного источника пищи не нашли. Найденные развалины старого поселения оказались дочиста разорёнными.
И люди начали гибнуть - один за другим, от голода, холода, болезней; кто-то просто уходил и не возвращался. Дело дошло и до края людоедства. Из девятнадцати, выбравшихся на берег, через год в живых остались лишь трое: капитан, помощник и тот самый матрос Холдинг. Их случайно сняло проходившее судно.
Урок
Вот что поражает: остров был один, условия - одни, даже припасов у большого «Инверколда» поначалу было не меньше. Разными были только люди. Там, где пятеро договорились и стали братством, выжили все. Там, где двадцать пять остались пленниками иерархии и разлада, выжили трое. Жуткая деталь напоследок: корабль, забиравший последних людей с «Графтона», заметил вдалеке дым костра «инверколдцев» — но не стал подходить.
Как думаете, что спасло «графтонцев» - характеры людей или правила, которые они себе установили? Пишите в комментариях.