Людмила Райкова.
Глава 29.
Первым сюрпризом дня, был кактус. Два колючих отростка теснились в одном крохотном горшочке. Четыре года назад комендант Ольга всучила Мане растения. Они тогда первый год жили в гарнизоне и Мане для обустройства быта требовалось всё. Ольга поучаствовала колючками, размером с фалангу мизинца. Маня послушно посадила их в горшок. И прилежно перетаскивала из одной квартиры на другую. Подоконники скоро зацвели геранями и розами. Колючие колонны поправились и втянулись до 20 сантиметров в высоту. Один опасно завис с краю горшка, Маня поняла, что пора колючки рассадить. Принесла дополнительный горшок, и тут увидела между колючек крохотные розовые прыщики. Без очков приняла их за упавшие лепестки цветка герани, под которыми стоял кактус. Наверное, лепестки осыпались и нанизались на колючку. Протянула руку чтобы снять, и схлопотала занозу.
Потом вооружившись очками поняла, что между колючками два крохотных бутончика. Переезд в новый горшок пришлось отложить. И целую неделю Маня вглядывалась в крохотные розовые цветочки, расположенные так, будто у колючки появились глазки. А потом цветочки завяли.
Глеб тоже удивился нежданной способности колючек покрываться цветами, и стоя над ними, глубокомысленно изрёк: «У мамы на подоконнике стояло такое чудо природы, но насколько он помнит, никогда не цвели.» Чудо какое-то. Или благодарность за само намерение пересадить растения в более просторные горшки.
Было утро, когда муж собирался на приём к терапевту. Уже три дня дожидаясь приема, они бинтовали Глебу ногу, опасаясь покраснений и болей на бедре. Проконсультировавшись с Лёнькой, Глеб сам поставил себе диагноз – там тромб. С перепугу перебинтовал ногу эластичным бинтом, но упорно продолжал истязать себя полуторачасовой утренней зарядкой.
Ровно через сорок минут, после того как за ним закрылась дверь, наступил второй сюрприз – срочная госпитализация. Пока 10 минут Глеб проведёт в пути от поликлиники до дома, Мане следовало собрать всё необходимое в больницу. Скорую вызывать не стали – слишком долго ждать, а это опасно. Доктор выдала направление, строго настрого запретила ходить. Уточнила, как Глеб попал в поликлинику. На машине? Отлично! Тогда самое лучшее, срочно садиться в машину, и прямиком катить в больницу.
Маня носилась по дому, складывая в сумку смену одежды, мыльно-рыльные принадлежности, яблоки с бананами на перекус, тапочки. От сопровождения Глеб категорически отказался, оставив Маню дома в тревожном ожидании. Тромб дело серьёзное. Лёньку вон, сразу положили на каталку и в скорую. А Глебу предстояло катить ещё полчаса до больницы. Там топать от стоянки к корпусу полкилометра. Только через пять часов, Глеба определили в палату. И уже с первого на четвертый этаж доставляли по всем правилам, на каталке.
Уже в лежачем режиме, муж произвёл инспекцию в сумке и прислал длинный список недостачи. Срочно требовалось доставить забытые лекарства и мази, родниковую воду, туалетную бумагу. Связку бананов и ещё кучу разных мелочей.
В общем в доме воцарились нескучные времена. На столе в гостиной появилась спец коробка, в которую Маня складывала всё, что попадало в срочный список. Наполнялась она так стремительно, что бедолага подумывала доставать уже вторую ёмкость.
Каждый новый предмет, попавший сначала в орбиту памяти, отыскивался и опускался в посылку под новости.
Зубочистки. На 19 июня в Швейцарии назначено подписание сделки между Ираном и США. Вашингтон обязуется разморозить 24 миллиарда долларов из активов ИРИ, причём половину средств должны вернуть ещё до подписания сделки. Параллельно обещают представить проект восстановления экономики страны на сумму 300 миллиардов долларов. Иран пока отделывается обещаниями – не создавать новое ядерное оружие. Истощив нефтяные запасы, компании из Италии, Франции, Германии и Великобритании, поклялась немедленно снять все санкции с Ирана мгновенно, после подписания сделки. Эксперты напоминают, что на фоне закрытого Ормузского пролива, американские нефтяники прибавили в собственные активы десятки миллиардов. Трамп, качелями угроз и обещаниями, раскачивал рынки. Цены на нефтяных биржевых рынках то взлетали, то падали.
Тут же вспоминается притча. Кто хочет, чтобы его любили, заводит собаку, кто хочет любить сам – селит в доме котов. А кто намерен воспитывать окружающих на примере бесконечности жизни, заводит хомячка. Подменив погибшего на нового, можно создавать впечатление, что жизнь этого милого суетливого комочка бесконечна. Главное, чтобы непосвященный в тайны бесконечности не подсмотрел, не зафиксировал на видео сам момент похорон прежнего и внедрение нового символа бесконечности.
На фоне сделки, на связь вышел бывший квартирант Сева. Сообщил, что в Иране вернули Интернет, конечно не в прежнем объёме, но общаться можно. А главное, что через 21 день он приедет, если конечно закончится война.
Маня, в скорую встречу с Севой не очень-то верит. Её интересуют подробности, но Сева, узнав, что дорогой друг Глеб в больнице, решает сообщить подробности о делах, только после того, как болезного выпишут. Мол, не хочет расстраивать. Стало ясно, что в запасе дорого иранского друга-квартиранта, хороших новостей практически нет. То есть, долг он если и вернёт, то наверное, не скоро.
После переписки с Севой, погода мигом отражает её настроение. Ещё полтора часа назад, Маня сбегала на пляж и от души поплавала на озере. Там детишек, как мальков в тёплой заводи, ей пришлось пробиваться на простор, но зато там…
В озере вода теплее чем в бассейне, но сделав эту королевскую зарядку, она прямиком с озера направилась на дачу, чтобы, полив теплицу поплавать теперь уже в бассейне. Тридцатиградусная жара была бы испытанием в Питере, когда под ногами едва не плавится асфальт. Но здесь военный гарнизон, при такой температуре, превращается в настоящий санаторий. Идёшь в тени деревьев, впереди солнечная с разнотравьем поляна, наверху, пронзительной голубизны небо. Щебет птиц, и если не присматриваться, то полное ощущение, что ты в этой атмосфере нежишься в полном одиночестве. Мир любит тебя и преподнёс подарок в виде персонального рая. Но любовь, как известно дама капризная.
Пока Маня хлопала дверцами шкафов, вынимала и возвращала на место бесконечные коробки, отыскивая майку для Глеба. За окном наступила серость, в квартиру через форточку ворвался поток холодного воздуха. В марлёвке-размахайке стало холодно. Маня мигом забыла про майку Глеба, влезла в тёплый спортивный костюм и опустила в коробку, тоже серую, тёплую флиску с длинными рукавами. На жару, в сумке мужа полный гардероб, а погода бывает разной. Мужу не сегодня завтра разрешат выходить на улицу, а там ко всем радостям ещё и простудится.
Кружка, тарелка любимая, позолоченная ложечка, при помощи которой муж обманывает себя за едой. Такие крохотные столовые приборы принято дарить на первый зубик младенца. Маня неделю назад уже отправила питерскому двоюродному внуку Гордейке, а теперь несёт в коробку для Глеба. Тут же вспоминает панический ужас мужа перед любым посещением стоматолога, и хмыкает. Гордею ложечка на первый зуб, а Глебу такая же, на чудом уцелевших четыре последних.
У Мани готов тайный проект протезирования для Глеба. Маня уже отыскала доктора. Придумала, как обойти гарантированную отмазку мужа, против работы с протезистом. Мол, сначала следует сделать операцию. Устранить дыру в челюсти, которую, удаляя зуб с упоением просверлил бедолага практикант в латышской дежурной клинике, а только потом заниматься улыбкой. Съемные протезы, в которых можно легко оставить в нужном месте дырку, по итогам беглой консультации с дантистом в первоочередном плане капитального ремонта дорого супруга, числятся уже полтора года. И теперь, после победы над тромбом, Маня надеется свозить его к дантисту. Пока в организме не забарахлил очередной блок. Глеб, яростный противник всего фальшивого, особенно пластмассовых зубов. В качестве самого веского аргумента, на кухне под рукой муж держит миксер. А когда жена заводит разговор о дантисте сообщает, что ещё немного, и учёные предложат встроенный прямо в рот миксер, для переработки твёрдой пищи. А пока он, очищенный и порезанный огурчик, вполне успешно кусает оставшимися зубками.
Глеб конечно хитрец, но Маня тоже не промах. Придумает в конце концов, как заманить упрямца к стоматологу. Не в столичную клинику с пафосной рекламой, а в небольшой городок, где доктор в одноэтажном доме, утопленном в старом саду держит кабинет. И по-домашнему принимает страдальцев. Чтобы чисто по-семейному решать все их проблемы. Реклама, у выпускника той же школы, которую заканчивал Глеб – сарафанная. Но оборудование вполне может соперничать с разрекламированными столичными зубными клиниками. А главное дантист сын одной из одноклассниц Глеба. Она не афиширует своего ди́тятку, но и не скрывает его.
За окном льёт как из ведра, даже не верится, что всего четыре часа назад, Маня плавала в озере в своём новом купальнике. Заказан он был два года назад. Примерялся трижды. А вот по прямому назначению использовать красоту, удалось только через два сезона. Год Маня лечилась. В итоге получила категорический запрет появляться на солнце, поднимать тяжёлое. Но минувшим утром, разговаривая с Юлькой по телефону, на вопрос дочери: «Как здоровье?». Ответила предельно честно – мол объявила себя до конца августа абсолютно здоровой. Чтобы успеть пополнить специальный жизнеутверждающий мешок хорошими впечатлениями, витамином Е и прочими радостями короткого лета. Дочь солнца избегает, утверждает, что после рождения четвёртого ребёнка нарушился теплообмен. Она де, на солнце мгновенно краснеет, как помидор в теплице. А вечером от перегрева начинается озноб и как следствие – ангина. Так что жить Юлька мечтает если не в Арктике, то поблизости. Например, в Мурманске. Правда в семье идею переселения никто не поддерживает. Маня слушает свою малышку и списывает это на настроение Юльки. Хотя на пятом десятке, организм дочери может выкинуть разные коленца. По линии её бабушки есть генетические засады. Их бы надо отслеживать. Но если вспомнить себя саму в это время, то поверить в то, что ресурс здоровья нуждается в срочном пополнении, просто невозможно.
Дождь за окном небось радует дочурку. Сложновато всевышнему, угодить на все вкусы и потребности невозможно. Сидит он там наверху на облачке, смотрит на чадушек своих, слушает их бесконечные просьбы и выбирает, кому в данную минуту послать желаемое. А уж чадушко пусть само, по мере сил использует дар.
Маня робко мечтала принять приглашение приятельницы и скатать летом в Евпаторий. В Крыму, недалеко от моря можно прожить хоть всё лето. Полный месяц с Глебом на весь его отпуск. Сесть в поезд поехать дней на десять раньше, всё в округе изучить, приспособить апартаменты под их традиции и привычки. А потом, локомотив московского поезда разбомбил беспилотник. В Крыму появились проблемы с бензином. Какой отпуск, когда в мире нет стабильности, везде, включая ближайшие к Москве регионы. В Туле разбомбили жилой дом. Не спокойно в Краснодаре. Маня устала собирать болезную коробку, присела с сигаретой и новостями на кухне.
Москва тонет от ливня, дождь ещё идёт, а первые испытатели делятся роликами. В воде по колено к автобусной остановке топают чьи-то ноги. На дороге автомобили с утонувшими на две трети колёсами. Похоже армия изнывателей от жары, уже достала небесную канцелярию. Все запасы разом вылили на голову столичных жителей, мол охолыньте. Днём звонила из Карловых Вар Нелька. Она отдыхает там уже третье лето. Останься Маня в Латвии, непременно бы присоединилась. Санаторий организовал доставку европейцев в оба конца. Приезжает микроавтобус, забирает тебя прямо у подъезда и везёт в санаторные апартаменты. Две недели Нелька пила водичку, получала массажи, всякие ванны. Ездила на экскурсии, присматривала себе кавалера. Гуляла по улице с зонтом и осталась недовольна. Кавалеры все дряхлые, один оказался особенно настойчивым. Стоило Нельке с подругой присесть за столик, он мгновенно приземлялся рядом и начинал говорить о звёздах. Мол там во вселенной решают, что и как будет на земле. Там же составляют семейные пары. Вот ему звезды подсказали, что именно здесь его половинка. Нелька смотрит на скрюченного старичка, его сухие руки, мутные глаза за толстыми стеклами очков, и лихорадочно ищет повод, как половчее избавиться от кавалера, пока он не ткнул в неё пальцем, обозначив как избранницу звёзд. Грубить нехорошо. И подруга идет в атаку:
- Мы для вас, пожалуй, староваты. Звёзды, тех кому к семидесяти, с ярмарки невест списали. Может вам вон за тот столик пойти?
Нелька указывает на дам около сорока и намекает, что дамы с интересом поглядывают на интересного мужчину. Дедуля отмахивается, мол он у них уже был. Присмотрелся и понял, что неправильно распознал сигнал вселенной. Нелька цепенеет от нехороших предчувствий. Старик вчера уже сватался за их столиком. Но похоже у дедули деменция, сегодня забыл. Значит надо напомнить. Напоминает, дедуля не смущается. Просит заказать ему кофе с круассаном, это позволяет сконцентрировать внимание. Нелли заказывает и кивает приятельнице головой. Мол пора уходить. Но дедуля начеку. Куда это вы, сначала надо кофе оплатить…
В общем она уже собрала вещи, завтра в 9.00 сядет в автобус и к вечеру прибудет домой в Бургао. Вздыхает, мол мокнуть теперь будет под немецким дождём. Маня советует открыть охоту за погодой. Например, улететь на Бали. Это Маня с Глебом сейчас никуда не могут – международных рейсов из России практически нет. Да и вообще, доктора прописали дальше тридцати километров от поликлиники не уезжать.
Нелька обещает подумать насчет Бали и прощается. Маня наконец просматривает сообщения. Она с подружкой всего полчаса проговорила. А Лёнька, который обычно звонит только по большим праздникам, пробивался четыре раза. Может написал, что у него за спешка? Нет, от Лёньки никаких сообщений. Зато есть от Ленки. Она в Михнево, уже взяла такси. Придётся ей принимать мокрую гостью явочным порядком. Маня смотрит время, а потом несётся к окну. На скамейке видит силуэт — это Ленка. Она уже заводит невестку в квартиру, когда звонит Лёнька. Просит приютить бывшую. Он послезавтра приедет, чтобы навестить в больнице Глеба и завезти ему страшно эффективные, потому что дорогие, лекарства, а заодно и на переговоры с Ленкой. Без чужого влияния и лишних ушей. Маня понимает, что её собственные уши последнее препятствие для конфиденциальности переговоров бывших супругов и чертыхается. Неужели мало мест, где можно встретиться этой парочке. Зачем тащиться со своими проблемами за сто километров. Что, у неё здесь все углы примирительным медом намазаны? Да не только здесь. Ленка с Вадиком приезжали даже в Латвию жаловаться на Лёньку и родителей.
Маня выдает невестке тёплый халат, полотенце, и отправляет незваную гостью в ванную. Хорошо, Глеб успел подключить водогрей. Надо бы предупредить Ленку что горячая вода не бесконечна, всего 50 литров. А вот запасами мёда, которые Глеб специально от Мани прячет на самой верхней полке, придётся пожертвовать. Чтобы гостья не чихала в квартире, которую Маня упорно оберегает от всяких вирусов. От одного уберечься не получилось. Вирус лжи внедрился в квартиру вместе с мокрой невесткой. Лёнька решил, что надежнее места, прятать от следствия чересчур осведомленную бывшую жену, нет. Глеб под строгим присмотром докторов, и запретом ходить, не явится. Чуров сочтёт, что, Маня при появлении беглянки доложит незамедлительно. Но Лёнька, против Чурова, всегда будет главнее. И если выбрал их тьму-таракань для того, чтобы спрятать Ленку и не выдать ее даже Глебу, значит так и будет.
Маня заварила чай, поджарила для Ленки гренки, выставила мёд. И открыла сообщение от Нельки. Ролик с Бали. Над пропастью оборудована площадка, двое мужчин несут над головой тело, раскачивают его и швыряют в пропасть. Девушка мечтала прыгнуть с тарзанки. Её экипировали, проконсультировали, надели шлем, а вот подсоединить трос инструктора забыли. Подруга пишет комментарий: «Погода оказывается не главное. Так что, еду домой.»
Маня слушает, как в ванной выключилась вода и жалеет себя. Она вот дома, и как ей это помогло?