Оскар Уайльд, блестящий денди, остроумнейший собеседник своего времени, поэт, писатель и драматург, искренний поклонник красоты, был человеком, который тщательно работал над собственным публичным образом.
Ирландец по рождению, он сумел стать эталонным образцом английского джентльмена викторианской эпохи – лощёного, безупречно одетого, безукоризненно воспитанного – и втайне глубоко порочного.
Оскар Уайльд и кодекс джентльменов
Он возвёл снобизм в эталон, в канонический идеал аристократической британской манерности. Джентльмена отличает не только широкий кругозор, умение одеваться и вести себя достойно в любой ситуации – но и великолепное презрение ко всем, кто не принадлежит к избранному кругу.
Ещё до Уайльда уважаемый писатель Джордж Мередит создал роман «Эгоист», где чуть приоткрыл истинную суть цвета британской нации. И когда его спрашивали: кто герой романа, честно отвечал: Это мы все! Хотя достойного литератора никто не мог заподозрить в эпатаже.
Оскар Уайльд, кстати, о романе Мередита отозвался скептически. Решил, что тому не хватило смелости и таланта обнажить истинную суть джентльменов. Самому Уайльду хватило и того, и другого.
Оскар Уайльд как гений парадокса
Это ни для кого не секрет – Уайльд блестяще использовал приём парадокса и в афоризмах, и в пьесах, и в романе. Решил он воплотить его и в собственной жизни. Это было то, что теперь называется троллингом: показать всю неприглядную суть – и сказать людям: именно за это вы нас и любите. Вас восхищает порок, облечённый в дорогие одежды и безупречные манеры, отшлифованные в лучших школах. Вы поклоняетесь богатству, а не добродетели.
Долгое время Оскару Уайльду это блестяще удавалось. Он заявил американцам, что они недостаточно цивилизованны – и республика аплодировала высокомерному представителю королевства.
Он открыто говорил чопорным леди:
Своих мужей ревнуют только некрасивые женщины. Красивым некогда – они ревнуют чужих.
И леди одобрительно качали веерами.
Он открывал людям циничные истины – и возводил их в эстетический канон, принуждая публику поклоняться и аплодировать. И ему всё сходило с рук. До поры.
Оскар Уайльд: когда произведение становится сильнее автора
В какой-то момент он заигрался. Цветные фраки, публичные колкости, эпатажные выходы – всё это публика терпела. Стихи откровенного содержания, публикация скандального романа – всё это лишь добавляло громкости его славе.
Но когда Уайльд стал демонстрировать и поэтизировать свои отношения с Бози, испытывая пределы общественной терпимости, он перешёл черту.
Подробности громкого процесса и его последствия – заключение в тюрьму, сломившее Уайльда и разрушившее его жизнь, - широко известны. Но за давностью лет забылась одна важная деталь. Оскара Уайльда обвинили не в том, что он порочен, а в том, что он строит из себя порочного человека.
Что на самом деле за этим скрывалось – трудно сказать. Может быть, истинные греховодники разозлились на Уайльда за попытку примазаться к их избранному кругу. Или общество доходчиво объяснило писателю: можешь предаваться порокам сколько угодно, но не надо выносить это на всеобщее обозрение. Запретные удовольствия должны оставаться достоянием узкой группы лиц с особыми привилегиями.
Вопрос о личных предпочтениях писателя остаётся открытым. Но, безусловно, он был виновен в том, в чём его обвиняли: Оскар Уайльд действительно публично демонстрировал порочность.
И его судьба странным и загадочным образом перекликается с сюжетом его единственного романа «Портрет Дориана Грея». В котором произведение, созданное художником, губит своего создателя и оригинал, с которого писано.