И большинство людей до сих пор в неё попадают
Я хочу прожить жизнь правильно.
И быть счастливым.
Будем рады если вы подпишитесь на наш телеграм канал
Вы тоже хотите быть счастливыми. Все хотят. Поэтому мы строим планы, ставим цели, настраиваем привычки и распорядок дня под одну главную задачу: хорошая жизнь. То самое состояние, когда кажется, что всё наконец стало на свои места.
Но при всех благих намерениях сама эта цель может оказаться ловушкой.
Философ и политэконом Джон Стюарт Милль попал в неё ещё в 1826 году. И, к счастью для нас, описал свой опыт, чтобы нам не пришлось повторять его ошибку.
У Милля не было обычного детства.
Его отец, Джеймс Милль, решил провести эксперимент. Он хотел вырастить самого образованного, рационального и способного человека в истории. Цель была амбициозной: воспитать гения, который потом сможет исправить мир.
Поэтому Джон Стюарт Милль уже в три года учился читать на древнегреческом. В восемь читал Платона в оригинале. В двенадцать изучал логику и политэкономию. В шестнадцать писал эссе, к которым серьёзно относились взрослые учёные.
Хотите в Китай? Все самое главное за 7 дней: горы Аватара, Великая Китайская стена, Терракотовая армия, небоскрёбы Шанхая и древние храмы. Маркетплейс авторских туров Clubok.Travel предлагает эксклюзивные авторские туры с русскоязычным гидом, продуманной программой от проверенных организаторов. Расширенная медицинская страховка в подарок. После тура вы бесплатно получите фотокнигу и видеоролик о вашем путешествии.
Тур в Китай: https://clubok.travel/china?utm_source=dzen&utm_medium=smm
Но детства в обычном смысле у него не было.
Ни игр. Ни друзей своего возраста. Ни времени на детские странности, любопытство и бесполезные радости. Только серьёзные книги, логика и высокая цель, которую он сам не выбирал.
Милля воспитывали как утилитариста. Он верил, что главный смысл человеческих поступков — увеличивать счастье и уменьшать страдание. Он собирался реформировать государство, бороться с несправедливостью и улучшать жизнь миллионов людей. Собственное счастье, как ему казалось, естественным образом придёт вместе с этой работой.
Но в двадцать лет всё рухнуло.
В своей «Автобиографии» Милль очень ясно описал этот период. Он назвал его «кризисом в моей умственной истории».
Он вдруг понял: даже если достигнет всех своих целей, он всё равно не будет счастлив.
Он столкнулся с одним из великих парадоксов жизни: чем сильнее вы делаете счастье своей целью, тем несчастнее становитесь.
Милль несколько месяцев находился в подавленном состоянии. Но продолжал работать. Писать. Делать то, что должен. Только прежний огонь исчез. Он описывал это как жизнь за стеклом. Как существование на автомате.
Просто жить.
С внутренней пустотой.
Его сломало внезапное осознание: успех его не спасёт.
Главная проблема жизни в том, что свои ловушки мы обычно не видим. Вы решаете, что хотите быть счастливыми. Вполне разумная цель. Потом счастье становится задачей. Вы начинаете принимать решения ради него. Оценивать жизнь через эту большую цель.
И вот уже вы постоянно проверяете себя: «Я счастлив? Мне хорошо? Я достаточно доволен жизнью?»
И именно этим постоянным самоанализом убиваете то, что ищете.
Милль понял это на собственном опыте.
Он писал:
«Спросите себя, счастливы ли вы, и вы перестанете быть счастливыми. Единственный шанс — сделать целью жизни не само счастье, а какую-то цель вне его».
Всю свою карьеру Милль доказывал, что счастье чрезвычайно важно. Но при этом он говорил: что бы вы ни делали, нельзя целиться прямо в него. Как только вы превращаете счастье в мишень, появляется болезненная самосознательность, которая отравляет сам источник.
Вы можете только погрузиться во что-то.
Играть на инструменте, который любите. Решать интересную задачу. Быть рядом с людьми, которые вам дороги. Делать свою лучшую работу.
В такие моменты вы просто делаете дело.
А счастье приходит как побочный результат.
Интересно, что после депрессии Милль начал читать поэзию Вордсворта. Именно она помогла ему понять, что чувства имеют не меньшее значение, чем логика. И постепенно он выработал новую картину счастливой жизни.
Он писал:
«Счастливы только те, чьи мысли направлены не на собственное счастье, а на какую-то другую цель: на счастье других, на улучшение человечества, на искусство или занятие, которое pursued не как средство, а как самоценная цель. Стремясь к чему-то другому, они находят счастье по пути».
Вот новый секрет: найдите вещи, которые по-настоящему для вас важны.
То, что стоит делать само по себе. То, чем вы занимались бы даже тогда, когда это не даёт мгновенного приятного ощущения.
А потом отдавайтесь этому полностью.
Всем своим существом.
Тогда счастье становится наградой. Естественным результатом включённости в жизнь.
Но не все занятия, в которых можно «поймать поток», одинаковы.
Милль довольно чётко различал, какие удовольствия действительно полезны человеку. В этом он не соглашался со своим наставником Джереми Бентамом, который считал, что удовольствие есть удовольствие. Чем его больше, тем лучше. Партия в гольф и чтение Шекспира, если они приносят одинаково приятные ощущения, с его точки зрения, могли быть равноценны.
Милль считал это ошибкой.
Причём серьёзной.
Он различал низшие и высшие удовольствия.
Низшие удовольствия телесны и немедленны. Еда, напитки, физический комфорт, сенсорная стимуляция. В них нет ничего плохого. Но они поверхностны. У них быстро появляется потолок. Вы удовлетворили потребность — и всё закончилось. Через короткое время кажется, будто ничего и не было.
Высшие удовольствия устроены иначе.
Они задействуют нашу способность думать, рассуждать, воображать, создавать, понимать мир и устанавливать связь с другими людьми. До них сложнее добраться. Они требуют усилий и подготовки. Но именно они расширяют реальность нашей жизни. И со временем дают накопительный эффект.
Милль научился искать счастье через ограничение желаний.
А не через бесконечные попытки удовлетворить их.
Он говорил: «Лучше быть неудовлетворённым Сократом, чем довольной свиньёй».
Простое существование не способно оценить музыку, дружбу или радость от понимания чего-то истинного о мире. А вы способны. И когда вы однажды почувствуете вкус таких вещей, никакой комфорт уже не сможет их заменить.
Представьте: пятница, рабочая неделя закончилась. Вы устали. Включаете Netflix и четыре часа смотрите что-то, о чём через неделю даже не вспомните. Едите фастфуд, вкуса которого толком не почувствовали. Потом часами листаете телефон.
И засыпаете с лёгким ощущением пустоты.
В отдыхе нет ничего плохого.
Но много часов пассивного потребления — это низшее удовольствие. Оно ничего не строит. Не расширяет вас. Это как почесать зуд: на минуту легче, но сразу забывается.
А теперь другой вариант пятничного вечера.
Вы дочитываете книгу, которую давно хотели закончить. Занимаетесь делом, в котором находите состояние потока. Проводите настоящее, качественное время с людьми, которые вам дороги. Работаете над чем-то творческим. Или учитесь чему-то, от чего внутри становится живее.
Второй вариант требует больше усилий. Он менее удобен в первые минуты. Но сравните, как вы чувствуете себя в конце этих двух вечеров.
Первый почти гарантирует пустоту.
Второй становится опытом, который хочется запомнить.
Вот в чём различие Милля.
И самый важный урок здесь такой: вы не делаете эти вещи для того, чтобы стать счастливыми. Вы делаете их потому, что они сами по себе стоят вашего времени. Потому что они имеют для вас значение.
Книга интересна. Разговор с другом важен. Творческая работа увлекает. И в процессе более качественной жизни вы приближаетесь к тому состоянию, которого хотели.
Сегодня ловушка, которую Милль заметил, стала ещё хитрее.
У нас есть целая индустрия, построенная вокруг вашего счастья. Приложения, измеряющие настроение. Контент, созданный для того, чтобы вам стало приятно прямо сейчас. Алгоритмы, которые подсовывают то, что с наибольшей вероятностью вызовет дофаминовую реакцию в ближайшие десять секунд. Культура, которая говорит: вы заслуживаете счастья, а вот это можно купить, съесть, посмотреть, включить или попробовать, чтобы гарантированно почувствовать себя лучше.
Это видение Бентама без поправки Милля.
Чистое количество.
Максимальная стимуляция.
Бесконечная оптимизация ради немедленного приятного ощущения.
И результат для миллионов людей — хроническая неудовлетворённость.
То, чего люди хотят, начинает значить всё меньше.
Милль заметил: хорошие вещи в жизни действительно способны делать нас счастливыми. Но только если мы проживаем их естественно, по ходу жизни. Если же вы навязчиво используете их как средство достижения счастья, они никогда не будут казаться достаточными.
Как только вы превращаете наслаждения жизни в главную цель, они тут же начинают ощущаться недостаточными. Они не выдерживают пристального анализа.
Алгоритм даёт вам то, о чём вы просили.
И оказывается, что того, о чём вы просили, всё равно мало.
Когда мы пытаемся насильно сконструировать счастливую жизнь или позволяем алгоритму доставить её нам на дом, она теряет свою ценность.
Милль писал:
«Счастливы только те, чьи мысли направлены не на собственное счастье, а на какую-то другую цель: на счастье других, на улучшение человечества, на искусство или занятие, pursued не как средство, а как самоцель. Стремясь к чему-то другому, они находят счастье по пути. Радости жизни достаточны, чтобы сделать её приятной, если принимать их мимоходом, не превращая в главный предмет. Стоит сделать их главным предметом, и они сразу начинают казаться недостаточными. Они не выдерживают пристального рассмотрения. Спросите себя, счастливы ли вы, и вы перестанете быть счастливыми. Единственный шанс — сделать целью жизни не счастье, а что-то вне его».
Теория счастья Милля заключается в том, что счастье — это показатель.
Термометр показывает, насколько тепло в комнате. Он только измеряет температуру. Счастье работает похожим образом.
Когда вы тратите время на то, что имеет значение, на хорошие отношения, meaningful работу, идеи, которые заставляют думать, счастье приходит как естественный результат. Это знак, что вы живёте правильно.
Проблема начинается, когда вы начинаете преследовать сам знак.
Если вся ваша жизнь превращается в погоню за ощущением счастья, вы теряете из виду то, на что это счастье изначально указывало.
Милль через болезненный опыт понял: хорошая жизнь находится тогда, когда вы отдаёте себя чему-то за пределами самого себя. Работе, которая имеет для вас смысл. Людям, с которыми вам действительно нравится быть. Искусству, в котором вы теряете чувство времени.
Счастье — это сигнал того, что вы живёте хорошо.
Он писал:
«Счастье, о котором говорили утилитаристы, — это не жизнь в постоянном восторге, а моменты такого восторга в существовании, где мало временных страданий, много разнообразных радостей, где активное явно преобладает над пассивным, и где в основе всего лежит отказ ожидать от жизни больше, чем она способна дать».
Хорошая жизнь вполне достижима.
Начните с того, что выясните, что действительно имеет для вас значение.
Милль советовал направить свою саморефлексию, сомнения и внутренние вопросы именно туда. А если обстоятельства в целом благоприятны, счастье будет вдыхаться вами вместе с воздухом — без постоянных размышлений о нём, без преждевременных фантазий и без того рокового вопроса, который заставляет его исчезнуть.
Перестаньте навязчиво охотиться за всем, что даёт приятное ощущение.
Лучше спросите себя:
Что бы я делал, над чем бы работал, на что тратил бы время, даже если бы результат не пришёл сразу?
Какие личные проблемы раздражают меня настолько, что я действительно хочу их решить?
Какие навыки я хочу развивать просто потому, что они стоят того?
Чью жизнь я хотел бы сделать лучше?
Начните отсюда.
Вкладывайте энергию в эти вещи.
Милль нашёл свои секреты счастья в 1826 году, после внутреннего кризиса, который случился с ним в двадцать лет.
Вам не обязательно доходить до дна, чтобы научиться жить правильно.