Пока методисты рисуют красивые графики успеваемости, реальность ЕГЭ по информатике демонстрирует нам классический пример «стабильности», которая на деле оказывается полным хаосом. Если вы думали, что сложность заданий распределена равномерно, то спешу вас расстроить: первый и второй дни основной воллы — это две разные планеты. В первый день всё было до боли знакомо, почти предсказуемо. Задание 24 оказалось банальной копипастой прошлых лет, а 25-е предлагало привычные миллиарды в переборе через простоту делителей. Даже 26-е задание представляло собой простейший алгоритм «жадный», который не требовал от ученика ничего, кроме базовых навыков, а 27-е баловало удобными кластерами, легко отделяемыми горизонтальными или вертикальными линиями. Казалось бы, сиди и работай.
Но стоит наступить второму дню, как маски сбрасываются. Вместо привычного комфорта начинается какой-то методический сюрреализм. Задание 24 внезапно заставляет искать римское число максимальной длины, при этом само описание этих чисел оставляет желать лучшего в плане четкости. С 25-м заданием ситуация повторяется: снова миллиарды в переборе, но теперь к простоте делителей добавилась еще и простота разности. 26-е задание вообще превращается в некую дичь в описании, требующую от школьника не столько знаний программирования, сколько медитации и долгих раздумий над тем, что же имел в виду составитель. А завершает этот парад абсурда 27-е задание, где кластеры больше не делятся по простым линиям, а требуют возни с наклонными границами.
В итоге мы имеем ситуацию, когда из-за разницы в формулировках даже подготовленные ребята теряют минимум 15–20 минут только на то, чтобы продраться сквозь текст. Разрыв между знакомой копипастой первого дня и принципиально новой, мутной логикой второго становится просто колоссальным. Можно предсказать, что во второй день будет целая толпа тех, кто споткнется на составлении уравнений прямых при кластеризации. Если бы сложность была одинаковой, можно было бы говорить о высоком уровне второй части, но такая избирательная жестокость в задачах 24–27 выглядит как минимум неправильно. Система продолжает играть в свои игры, пока учителя пытаются объяснить детям, почему вчерашние правила сегодня больше не работают.