Недавно я услышала слово мракобесы в несвойственном ему значении – так было сказано про извращенцев, которые издевались над ребенком (шел сюжет по телевизору). То есть слово мракобесы было употреблено в значении «ненормальные маньяки», «злобные черти», «дьявольские злодеи», что-то вроде этого. Понять можно, почему человек придал такое значение слову: тут вам и бесы, тут и мрак («Мрак», – мы говорим, когда дело совсем плохо).
Нужно сразу сказать, что первым появилось слово мракобесие, а мракобесы – это его производное. Так что говорить мы будем о слове мракобесие. Для начала проясним его значение.
Мракобесие: значение слова
В словарях «мракобесие» часто объясняют словом обскурантизм (и всем сразу становится все понятно, не так ли?). Оба слова обозначают враждебное отношение к просвещению, науке и прогрессу, а также сознательное противодействие распространению знаний.
Акцентирую ваше внимание: мракобесие – это не просто незнание, невежество, а именно враждебное отношение к новым научным идеям, к просвещению. Различие между словами обскурантизм и мракобесие – стилистическое. «Мракобесие» имеет ярко выраженную негативную эмоциональную окраску, а «обскурантизм» – само по себе слово нейтральное.
Мрак – это «темнота». Мы про какого-нибудь несведущего человека можем сказать: «Эх ты, темнота!». Ну и пословицы, конечно, вспоминаются: «Ученье – свет, а неученье – тьма».
Так что по факту мракобесие – это антоним слову просвещение.
Мракобесие: происхождение слова
Теперь начнем разбираться с происхождением.
Вроде все в составе слова мракобесие и так понятно: два корня -мрак- и -бес-. По некоторым признакам похоже, что это слово – старинное и, вероятно, церковное. Ан нет! Это слово начинают использовать только в первой четверти XIX века и совсем не в церковных текстах, а в публицистике.
Почему оно кажется старинным? Дело в том, что «мрак» – это старославянское слово, а на старославянском написаны старинные церковные книги. Собственно-русское слово от того же праславянского корня, что и мрак, – это слово морок. Мороком в прямом смысле называли туман и в переносном – помутнение рассудка.
Часть -бесие тоже встречается в старых церковных текстах в таких, например, словах: идолобесие — неистовое почитание идолов, идолопоклонство; чревобесие и гортанобесие — обжорство, услаждение вкусом; женобесие — похоть.
Но с 10—20-х годов XIX века возник прямо-таки бум на употребление словообразовательной части -бесие. Дело в том, что в Россию начинают активно попадать слова с элементом «мания» – греческое μανία (например балетомания), который частенько переводили как «-бесие», придавая слову иронический оттенок.
Заимствуется французская мода: во Франции после революции слова с этим элементом становятся очень популярны: clubinomanie, épiscomanie («епископомания»), francomanie («франкомания»), patrimanie, prussiomanie («пруссомания»), républicomanie («республикомания») – извините, не все могу перевести.
При помощи словообразовательной форманты «бесие» не только переводили французские слова (métromanie, например, перевели как «стихобесие»), но и активно придумывали свои. Новые слова чаще всего были окказионализмами, то есть создавались на один раз: употребил их автор, и больше никто не употребляет.
В публицистике тех лет можно встретить такие, например, слова: чинобесие (страсть к чинам); итальянобесие (М. И. Глинка так называл увлечение русского общества итальянской музыкой); цветобесие (В. А. Соллогуб написал водевиль «Букеты, или Петербургское цветобесие»); англобесие, франкобесие, славянобесие, москвобесие (в политической публицистике); гневобесие, мозгобесие, музыкобесие (для описания личных пристрастий).
Герцен часто использовал элемент -бесие (очень экспрессивный элемент, надо признать). К примеру, в его дневнике от 18 ноября 1842 г. есть запись: «Был на днях у Елагиной — матери если не Гракхов, то Киреевских. Видел второго Киреевского. Мать чрезвычайно умная женщина, без цитат, просто и свободно. Она грустит о славянобесии сыновей. Между тем оно растет и растет в Москве. Чем кончится это безумное направление, становящееся костью в течении образования? Оно принимает вид фанатизма мрачного, нетерпящего».
Александр Бестужев-Марлинский также употреблял элемент «бесие» в некоторых текстах. В частности, в повести «Фрегат "Надежда"» есть фраза: «Я чихал от пыли старины, я протирал себе глаза, я проклинал и книгопечатание и книгобесие»).
Этого-то писателя и считают автором слова мракобесие. Впрочем, придумал он его не для собственного произведения. В 1819 году в журнале «Сын Отечества» Бестужев-Марлинский опубликовал отзыв на комедию «La manie des ténèbres» французского драматурга Гиацинта Декомберуса, где предложил перевести всю комедию на русский язык и даже перевел ее название, сочинив новое слово – мракобесие (буквальный перевод «Мания тьмы»).
Так на волне прочих «бесий» возникло «мракобесие».
Далее популяризировал слово В. Г. Белинский, употребив его в своем знаменитом письме к Гоголю в 1847: «Проповедник кнута, апостол невежества, поборник обскурантизма и мракобесия, панегирист татарских нравов — что Вы делаете?.. Взгляните себе под ноги: ведь Вы стоите над бездною».
Мы сейчас говорим, что мракобесие и обскурантизм – одно и то же, но Белинский поставил эти слова рядом, наверное видел в них какую-то разницу, затрудняюсь объяснить, какую. Может, ‑бесие равнялось мании, то есть не подчинялось разуму и воле человека? А под обскурантизмом критик имел в виду сознательное противодействие прогрессу и просвещению? Не знаю, это так, версия.
Слово мракобесие стало особенно востребованным в 1860-е годы и остается таким до наших дней.
Но возвращаясь к тому, с чего начала, я задумалась: если -бесие означало манию, психическое извращение, то «мракобесы» в значении «жестокие извращенцы, маньяки» не так уж далеко от его исходных значений. Не знаю, использует ли еще кто-то это слово в таком значении или мне попался единичный случай. Может, есть тенденция к появлению у этого слова нового значения?
На иллюстрации портрет Александра Александровича Бестужева-Марлинского. В свое время это был популярный писатель, и очень плодовитый. Писал повести в романтическом духе. И сам, разумеется, мракобесом не был. Наоборот сторонник просвещения и прогресса, декабрист.
