Людмила Сергеевна Глазова могла остаться в памяти только как обаятельная Катя Кутузова из «Небесного тихохода» с военной выправкой, живым взглядом и той самой интонацией, которую зрители потом узнавали с полуслова. Но за экранной лёгкостью у актрисы была биография, где счастье каждый раз будто заканчивалось раньше, чем успевало стать привычным.
Ей пришлось быстро взрослеть
Глазова родилась в Ижевске в 1907 году. Семья у неё была не артистическая в глянцевом смысле слова: отец служил, мать работала, а после революции быт стал ещё сложнее. Когда матери приходилось по вечерам ходить в драмкружок, маленькую Люду брали с собой, но не ради раннего творческого развития, а просто потому, что дома оставить ребёнка было не с кем.
Так театр появился в её жизни почти случайно. Сначала она смотрела, потом сама стала ставить школьные спектакли. Правда, взрослеть пришлось быстро: из-за болезни матери Людмила бросила кружок и начала подрабатывать репетиторством. Позже семья переехала в Москву, и там у будущей актрисы появился шанс превратить увлечение в профессию.
В кинематограф с головой
После школы Глазова поступила в кинематографический техникум имени Чайковского. Уже на первом курсе её пригласили сниматься: дебютом стала роль пионерки Тони в фильме «Хочу быть лётчицей». Картина, увы, не сохранилась. Потом была «Письмоносец Тоня», где актриса сыграла главную героиню, но громкой славы это ей не принесло.
В начале 1930-х она работала на «Межрабпомфильме», однако роли доставались небольшие. Для актрисы с характером это было, мягко говоря, маловато. Глазова ушла в театр и почти решила, что кино — не её главный путь. Но тут в её судьбе снова появился режиссёр Семён Тимошенко.
Он пригласил её в комедию «Вратарь», и это стало поворотом. Фильм о футболисте из провинции полюбила вся страна, а Глазову наконец начали узнавать. Потом была сказка «Руслан и Людмила», но по-настоящему народной актрисой её сделал «Небесный тихоход». После премьеры зрители пели песни из фильма, повторяли реплики, а Катя Кутузова стала одной из тех героинь, которые переживают десятилетия без всяких рекламных кампаний.
Семья, война и страшная потеря
Семён Тимошенко стал для Глазовой не только режиссёром. Они поженились, растили сына Славика, были вместе и в работе, и в жизни. Он называл жену своей музой. Однако реальность быстро показала, что одной любви для защиты от беды недостаточно.
Во время войны семья пережила блокаду Ленинграда. Глазова выступала перед бойцами, помогала фронту, держалась как могла. После войны случилось самое страшное: 12-летний Славик вышел из дома и не вернулся. Позже выяснилось, что мальчик утонул.
Для Глазовой это стало ударом, после которого прежней жизни уже не было. Тимошенко тоже не справился с горем: болезни обострились, началась депрессия, он оказался прикован к постели. Актриса почти исчезла из профессии, отказавшись от съёмок, и стала ухаживать за мужем. В 1958 году его не стало.
Жизнь в забвении
После смерти мужа актриса пыталась жить дальше, но режиссёры её не ждали. В советском кинематографе возрастные актрисы редко получали второй шанс, особенно если за их глазами стояла не молодая лукавинка, а пережитая боль. Глазова жила скромно, работала где придётся, вела драматические кружки.
Её последней близкой привязанностью стал племянник — сын сестры, которого она любила почти как родного. Но в конце 1970-х погиб и он: его убили при не до конца ясных обстоятельствах. После сына и мужа эта потеря окончательно выбила у Глазовой почву из-под ног.
В начале 1980-х она почти не выходила из своей ленинградской квартиры. В мае 1983 года дверь пришлось вскрывать из-за риска аварии. Внутри нашли бездыханное тело актрисы. Людмиле Сергеевне Глазовой было 75 лет. Причиной смерти стало отравление газом, хотя соседи всё равно считали, что это не было случайностью. Похороны прошли тихо, почти незаметно. Провожать в последний путь актрису, которую когда-то узнавали на улицах после «Вратаря» и «Небесного тихохода», пришло всего несколько человек.
Больше о советских актёрах вы можете узнать из следующих книг:
Похожие материалы: