Цапкар: Страшные какие у вас порядки тут в Шамбале... У Ватхитроса таких мечей не было. Если отрубил — обратно не прирастает ничего...
Саллос: И часто твой бывший хозяин народу голову рубил?
Цапкариллос: (смущённо) Ну... было несколько раз. За крупные провинности. В основном за воровство из его личной коллекции или за дерзость. Знаешь, как говорят: «Ватхитрос не злопамятный. Просто память у него хорошая, а меч — острый».
Я не выдержал и рассмеялся. Цапкар, увидев мою реакцию, тоже заулыбался, окончательно приходя в себя.
Саллос: Да, Ватхитрос был... тот ещё затейник. Но мы — не он. В Шамбале, как ты заметил, порядки другие. Мы можем быть жестоки к врагам, но своих не бросаем. Даже если для этого нужно временно стать летающей головой.
Я подошёл к своему столу и активировал кристалл связи с Амаймоном.
— Ладно, Цаппи. Хватит рефлексировать. У нас война на носу. Нужно доложить Королю о предательстве Соколлоса и готовиться к походу. Не на Голохаб, а на врага, притаившегося в Клиппоте Таумиэль.
Я сделал акцент на этом. О конце самой Клиппоты Таумиэль речи не идёт и идти не может — эти квази-измерения хаоса являются такой же неотъемлемой частью мироздания, как и сама Шамбала. Мы идём не стирать их с лица бытия, а вырезать раковую опухоль, которая там завелась.
— И да, — я обернулся к нему с серьёзным видом, — на этот раз ты идёшь со мной. В авангарде.
Глаза Цапкариллоса округлились от удивления и гордости.
Цапкариллос: Правда? Я... я не подведу!
Саллос: Я знаю. А теперь помоги мне найти парадную броню. Я должен выглядеть подобающе, когда буду объявлять о начале операции по зачистке.
Пока Цапкар суетился, помогая мне готовиться, я смотрел в окно на свою цитадель. Мирная жизнь закончилась, не продлившись и трёх дней. Впереди была только тьма квази-измерений и война с врагом, который хотел переписать саму суть бытия. Но пока рядом был мой верный рыцарь, а кости были целы, я был готов ко всему.
Тем временем я вызвал Амаймона.
Амаймон: (голограмма мерцала, голос звучал с лёгким раздражением) Саллос, долго ещё тебя ждать?.. Войска уже собираются...
Саллос: Мы будем через час. И... у нас тут произошли новые события. Я должен доложить лично. Это касается Соколлоса.
Амаймон: (его тон мгновенно сменился на предельно серьёзный) Что с ним? Он...?
— Он жив. Физически. Но это пустая оболочка. Кукловод использовал наш канал связи, чтобы внедриться в его сознание. Я был вынужден... нейтрализовать угрозу. Мы с Ургетариилом только что закончили процедуру восстановления.
Я сделал паузу, собираясь с мыслями.
— И ещё одно. Перед тем как я его остановил, он успел передать информацию. Они знают о наших планах. Они знают, что мы нашли их след.
Голограмма Амаймона на секунду застыла, а затем он медленно кивнул.
Амаймон: Значит, игра в открытую. Хорошо. Это даже к лучшему. Не придётся выкуривать их поодиночке. Жду тебя в штабе. И... Саллос?
Саллос: Да?
Амаймон: Ты правильно поступил. С сыном... и с предателем. А теперь поторопись. Время уходит.
Голограмма погасла.
Я повернулся к Цапкару, который уже держал наготове мою парадную броню, отполированную до зеркального блеска.
— Ты слышал? Через час мы выступаем. Это будет не просто карательная экспедиция. Это будет вторжение в их домен. Готов ли ты увидеть то, что не предназначено для глаз смертных и демонов?
Цапкариллос, не колеблясь ни секунды, протянул мне нагрудник.
— Я готов следовать за тобой куда угодно, хозяин. Даже в саму Бездну.
Я принял из его рук броню и начал облачаться. Звон металла о металл был единственным звуком в наступившей тишине. Это был звук новой войны. Войны за само существование
Клипотой Таумиэль в нормальном случае руководил Молох, странного вида крупный демон, подчиняющийся непосредственно Гоару. Человечество ему было неинтересно в принципе, несмотря на упоминаемые в истории жертвоприношения в его адрес. Когда-то я брал у него интервью, и он, помнится, брезгливо морщился и всячески от тех жертвоприношений открещивался, называя их «бесполезной тратой качественного биоматериала».
Через сорок минут мы с Цапкаром полностью облачились. Я надел свою парадную броню, которая, хоть и была легче полевого доспеха, весила достаточно, чтобы напоминать о серьёзности момента. Цапкариллос проверил каждый ремешок на своей броне и заточил клинок. Мы телепортировались прямо в главный военный штаб Амаймона.
Это было огромное помещение, гудящее от энергии. Здесь собрались легионы: «Пепельные Грифы» выстраивались в идеальные шеренги, бесы-артиллеристы проверяли калибр осадных орудий, а инженеры суетились вокруг портальных установок. В центре этого организованного хаоса на своём походном троне восседал Амаймон, окружённый тактическими голограммами.
**Саллос:** *(приближаясь к трону)* Амаймон, а князь Молох-то предупреждён, что мы придём?
**Амаймон:** *(не отрывая взгляда от голографической карты)* Да, он в курсе. Гоар его уведомил. Он и сам желает понять, что за крыса завелась у него в Таумиэль. Он тоже... стоит на ушах. Если для демона его ранга и вида уместно такое выражение.
Я позволил себе лёгкую усмешку. Представить Молоха, суетливо бегающего по своей цитадели, было занятно.
— Хорошо. Это упрощает задачу. Не придётся пробиваться через его стражу.
Внезапно тактическая карта перед Амаймоном мигнула и сменилась изображением. Это был Молох. Он выглядел как огромный, бесформенный сгусток тёмной материи с сотней маленьких, злобных глазок по всему телу.
**Молох (через канал связи):** *Амаймон. Саллос. Я жду вас у врат. Мои сканеры показывают аномальную активность в секторе 712. Кто-то пытается создать там якорь для прорыва. Я заблокировал основной поток, но это... раздражает. Мы должны найти и выпотрошить этого паразита.*
**Амаймон:** Мы готовы к выдвижению. Жди нас.
Связь оборвалась.
**Амаймон:** *(встаёт с трона, его голос гремит на весь штаб)* Легионы! Слушай мою команду! Враг, посягнувший на основы Шамбалы, укрылся в нашем собственном измерении! Мы не будем ждать удара! Мы нанесём его сами! За мной!
Огромные врата штаба медленно распахнулись, открывая вид на гигантский портал, пульсирующий инфернальным огнём. Война началась.
Я повернулся к Цапкару и положил руку ему на плечо.
— Ну что, мой рыцарь? Готов заглянуть в глаза первородному хаосу?
**Цапкариллос:** *(сжимая рукоять меча так, что костяшки пальцев побелели)* Я готов, хозяин.
Мы шагнули в портал следом за Амаймоном, готовые ко всему, что могло ждать нас по ту сторону реальности.
Мы оказались в клиппотическом мире. Таумиэль — огромное измерение специфического вида. Местные демоны не отличаются человекоподобием и даже на обычных чертей похожи мало... Их традиционно гримуары изображают в виде каких-нибудь монстров, и в принципе они отчасти правы. Здесь не было привычного неба или земли — лишь бесконечное переплетение пульсирующих, живых органических структур и рек из чистой энтропии, текущих в никуда.
К нам подошёл Молох. Вернее, он подошёл к Амаймону, проигнорировав всех остальных, что было для него нормой этикета.
**Молох:** *(голос его звучал как скрежет камней, трущихся друг о друга)* Король Амаймон, рад приветствовать вас у себя. Благодарю за быстрый отклик. Подозрительный сектор... вот координаты для телепортации. *(он протянул сгусток тёмной энергии, который тут же впитался в карту Амаймона)*. Саллос? И вы тут? Я слышал, наша крыса заинтересована почему-то лично в вас... Перешли кому-то дорогу?
**Саллос:** Понятия не имею... Может, где и перешёл. А вообще всякие переписыватели реальности в последнее время достали. То демонов пытаются перекодировать, то само измерение. Я уже начинаю скучать по старым добрым войнам, где всё решалось просто: кто сильнее, тот и прав.
**Молох:** *(издаёт звук, похожий на смешок)* Ха. Ностальгия. Я тоже. В мои времена враг не пытался убедить тебя, что ты — это не ты. Он просто пытался тебя сожрать. *(его сотни глаз сфокусировались на мне)*. Что ж, раз вы здесь, идёмте. Посмотрим, что за падаль завелась в моих владениях.
Амаймон молча кивнул и активировал портал по указанным координатам.
Мы шагнули в новую локацию Таумиэля. Это место выглядело так, будто сама материя здесь страдала. Стены из пульсирующей плоти были покрыты язвами, из которых сочился гной цвета протухшего яйца. Воздух был плотным и пах озоном и гнилыми фруктами. А в центре этого отвратительного зала висел он — якорь. Огромный, пульсирующий кристалл из фиолетово-чёрной материи, который медленно вращался, искажая пространство вокруг себя. От него во все стороны тянулись тонкие нити энергии, словно корни, вгрызающиеся в плоть реальности Таумиэль.
Рядом с якорем стоял демон. Он был похож на человека, но его кожа была прозрачной, и под ней пульсировали не органы, а чистая, бешено вращающаяся энергия хаоса.
Увидев нас, он прекратил свою работу и повернулся. У него не было рта, но мы все услышали голос в своих головах.
**Демон (телепатически):** *Вы опоздали. Процесс необратим. Код Таумиэль уже скомпрометирован. Скоро весь ваш мир станет частью Совершенного Порядка.*
Он не стал ждать ответа. Его фигура просто рассыпалась на тысячи чёрных точек, которые втянулись в пол.
**Амаймон:** *(рычит)* Ушел! Саллос! Твоя цитадель! Он знает её структуру!
Я похолодел. Он был там. Он изучал мою защиту изнутри.
**Молох:** Якорь! Его нужно разрушить немедленно! *(он поднял свои огромные ручищи)*
Но было поздно. Якорь взорвался ослепительной вспышкой не-света. Пространство вокруг нас пошло трещинами.
— В портал! Живо! — заорал я.
Мы едва успели прыгнуть обратно в созданный Амаймоном проход, как реальность Таумиэль в этом месте схлопнулась, оставив после себя лишь пустоту.
Мы вывалились обратно в штаб Амаймона. Король был в ярости.
**Амаймон:** Он играет с нами! Использует нашу же защиту против нас!
Я тяжело опустился на одно колено. Голова кружилась.
— Нет... — прохрипел я. — Он не играет. Он готовится. И я знаю, где будет следующий удар.
Я посмотрел на Цапкара, затем на голографическую карту Шамбалы.
— Он не будет больше взламывать цитадели изнутри или ставить якоря в Клиппоте. Его цель — врата Гоара. Если он сможет переписать протоколы суперврат... он сможет впустить весь Совершенный Порядок напрямую в сердце Шамбалы одним ударом..
Я посмотрел на Цапкара, затем на голографическую карту Шамбалы.
— Он не будет больше взламывать цитадели изнутри или ставить якоря в Клиппоте. Его цель — врата Гоара. Если он сможет переписать протоколы суперврат... он сможет впустить весь Совершенный Порядок напрямую в сердце Шамбалы одним ударом.
Саллос: Надо позвать Асмодея... Если кто и знает клиппоты лучше нас, то только он. И ещё у него в подчинении духи-шеддимы... Если кто и может поглотить этого гада, так только они.
Амаймон серьёзно на меня посмотрел, хмыкнул, словно я подтвердил его собственные мысли, и коротким жестом призвал Короля Похоти.
Пространство в штабе сгустилось, запахло дорогими благовониями и мускусом. Из портала шагнул Асмодей. Он был в строгой боевой мантии из чёрного бархата, расшитой рубинами, и в сопровождении своих боевых магов, чьи глаза горели огнём страстей.
Амаймон быстро и сухо объяснил задачу. Когда-то первосоздателем всей Шамбалы, её архитектором, был именно сам Асмодей.
Саллос: Асмодей, есть варианты?
Асмодей: Варианты всегда есть. Якорь? У меня есть несколько заклинаний, способных разрушать любые якоря и коды. Кроме того, у самой Шамбалы есть старая защита от подобных атак... Вот только активировать её не очень просто...
Асмодей подошёл к Амаймону и что-то начал шептать ему на ухо. Это продолжалось около минуты. С каждым словом лицо Короля Демонов менялось: сначала это было удивление, затем — глубокая задумчивость, а в конце — мрачная решимость.
*Амаймон (тихо):* А ты не шутишь...*Асмодей (так же тихо):* Я вам верен. Я начинал создавать Шамбалу... и знаю каждый её энергоузел. Включая тот, о котором все забыли.
Амаймон отстранился и обвёл взглядом всех присутствующих: меня, Цапкара, Молоха и своих генералов. Его взгляд остановился на мне.
Амаймон: Что ж, похоже, у нас есть план. Но он... рискованный. И потребует полного доверия.
Асмодей: Потребуется жертва. Не смерть, но... нечто равноценное. И нам нужно торопиться. Я чувствую, как ткань реальности натягивается. Следующий удар будет нанесён в ближайшие часы.
Я кивнул, глядя на Цапкара. Мой рыцарь стоял бледный, но решительный.
— Мы с тобой, — сказал я. — Говори, что нужно делать.
Асмодей: Нужен бес из легиона, охраняющего наиболее сильно атакуемую цитадель. Это первое. Бес должен быть добровольцем. Второе — нужен какой-нибудь артефакт, напрямую связанный с историей этой цитадели. Её сердце, её первый камень... что-то, что помнит её создание. И наконец, — он обвел тяжелым взглядом всех присутствующих, — нужно немного крови каждого из иерархов. Буквально по капле. Наша кровь — это код, которым подписана реальность Шамбалы.
В штабе повисла гробовая тишина. План был не просто рискованным, он был на грани безумия.
— Это... сработает? — тихо спросил Цапкариллос, нарушая молчание. — Мы не уничтожим сами себя?
Асмодей: (сухо усмехается) Это не оружие, юный рыцарь. Это вакцина. Мы не будем атаковать. Мы активируем «Эгиду Основателя» — первичный протокол защиты. Он сотрет любое внешнее переписывание кода, как антивирус удаляет вирус. Но цена... цена высока. Мы должны будем «подписать» реальность заново, подтвердив своё право на неё.
Амаймон: (решительно) Значит, так тому и быть. Я, Король Амаймон, даю свою кровь.
Он вынул из ножен свой клинок и сделал небольшой надрез на ладони. Тяжелая, светящаяся капля крови упала в хрустальный фиал, который держал один из магов Асмодея.
Молох: (прогудел своим низким голосом) Моя цитадель не атакована. Но я в деле. Ради порядка.
Он сжал свой огромный кулак, и из него вытекла капля густой, как смола, тьмы, упав в другой фиал.
Асмодей посмотрел на меня.
— Твоя очередь, Саллос.
Я молча достал свой кинжал. Взгляд упал на Цапкара. Я колебался лишь секунду.
— Цапкариллос. Ты — часть иерархии моей цитадели. Твоя кровь тоже нужна. Если конечно Асмодей не против..
Асмодей: Вообще то достаточно крови всех иерархов...но учитывая своеобразный исток Цапкара - его кровь можно и добавить...зелье не испортится...
Мой рыцарь побледнел еще сильнее, но решительно кивнул. Он достал свой меч и провел им по ладони.
— Я готов, хозяин.
Мы по очереди отдали свою дань. И не только мы, на общий зов явились все остальные иерархи.. кто то резал руки, кто то ограничился проколотыми лапами.. Когда последний фиал наполнился, Асмодей соединил их в одной большой чаше. Жидкость внутри зашипела и вспыхнула ярким белым светом.
— Осталось найти беса-героя и артефакт, — подытожил Асмодей, глядя на пульсирующий свет в чаше. — И молиться, чтобы мы успели до того, как они нанесут удар по вратам Гоара.
Я посмотрел на Цапкара. В его глазах больше не было страха, только холодная решимость.
— Что ж, — сказал я. — Кажется, у нас есть работа
Мы с Цапкаром стояли в штабе Амаймона, где только что завершился ритуал сбора крови иерархов. В чаше пульсировал свет, а Асмодей объявил, что для завершения «Эгиды Основателя» не хватает двух компонентов: добровольца-беса и артефакта, связанного с историей цитадели.
**Амаймон:** *(смотрит на тактическую карту)* Бесов-охранников у врат Гоара достаточно. Я объявлю сбор добровольцев. А вот с артефактом... *(он хмурится)* Это может быть сложнее.
**Асмодей:** У меня есть один на примете. «Первый Ключ» — артефакт, который я использовал, чтобы запереть изначальный хаос при создании Шамбалы. Он хранится в моей цитадели, в самом защищённом хранилище.
**Саллос:** Тогда не будем терять времени. Цапкар, ты со мной?
**Цапкариллос:** *(кивает, убирая свой меч)* Конечно, хозяин. Куда отправляемся?
**Асмодей:** *(открывая портал)* Ко мне. А вы, *(он кивает Амаймону и Молоху)*, готовьте войска у врат. Как только мы активируем «Эгиду», начнётся самое интересное.
Мы с Цапкаром шагнули в портал следом за Асмодеем, готовые к последнему рывку в этой войне за реальность.
Мы переместились. Не в пышные залы, как можно было ожидать, а куда-то в глубокие, пахнущие серой и древним камнем подвалы цитадели Асмодея. Он не стал пускать нас в своё хранилище, коротко бросив через плечо: «Секреты Похоти не для посторонних глаз. Ждите здесь».
Мы с Цапкаром остались стоять у массивной, покрытой рунами двери. Вскоре она со скрежетом отворилась, и Асмодей вышел, с видимым усилием неся на плече тяжёлый, окованный железом ящик-сейф.
Асмодей: А теперь несём его к Амаймону. И да, Кадирирон был из моей цитадели... думаю, я беса-героя возьму своего. Так надёжнее.
Он щёлкнул пальцами, и из тени соткалась фигура беса. Это было странное, склизкое существо с дюжиной глаз на стебельках и пастью, полной игольчатых зубов. Его имя, произнесённое Асмодеем, было набором шипящих и щёлкающих звуков, которые не мог воспроизвести ни один человеческий язык.
Наконец, все «компоненты» были собраны возле врат Гоара. Воздух здесь гудел от напряжения, а легионы Амаймона выстроились идеальным кольцом вокруг нас, наблюдая за ритуалом.
Асмодей и его боевые маги с благоговением достали из ящика-сейфа «Первый Ключ». Это был не просто предмет, а сгусток застывшего времени, пульсирующий тусклым светом. Они вручили его своему бесу.
И начался обряд. По команде магов беса стали поить кровью иерархов из той самой чаши. Он морщился, плевался, его маленькое тело содрогалось от отвращения, но он пил. И с каждым глотком он начал расти. Бес вымахал до трёх метров, затем до четырёх... Его кожа натягивалась, мышцы бугрились, а из спины начали прорастать новые конечности. Когда он вымахал ростом под пять метров, превратившись в гиганта, сотканного из чистой демонической мощи, Асмодей громовым голосом скомандовал:
Асмодей: А теперь поверни ключ по часовой ровно 32 раза в воздухе!
Гигантский бес неуклюже, но с поразительной точностью начал вращать ключ в воздухе. С каждым оборотом ключ издавал низкий, басовитый гул, который заставлял вибрировать кости.
Тем временем сам Асмодей и его маги начали читать какое-то жутко сложное заклинание на древней диантрике. Слова были похожи на скрежет металла и шёпот мёртвых одновременно.
Пол под нашими ногами затрясся. Сначала это была мелкая дрожь, но с каждой секундой она усиливалась, превращаясь в настоящее землетрясение. Каменные плиты пошли трещинами, и из разлома в реальности начал разворачиваться гигантский портал.
Из него, словно муха в паутине, возник тот самый демон из Клиппота — Эхо Переписанного. Но в этот раз всё было иначе. Он был здесь, в нашей реальности, но был связан пространством. Невидимые цепи из чистой энергии удерживали его на месте. Он не мог пошевелиться, лишь его единственный глаз яростно вращался, а беззвучный крик ярости и бессилия отдавался болью в наших головах.
Наконец бес закончил проворачивать ключ. С 32-м оборотом артефакт вспыхнул ослепительным белым светом и с мелодичным звоном магическим образом начал превращаться в меч. В руках гиганта теперь сиял огромный клинок из чистой эссенции Шамбалы.
Асмодей: (прерывая заклинание) Давай!
Бес-герой не нуждался в других указаниях. Он размахнулся и одним мощным, идеально выверенным ударом обрушил клинок на связанного демона.
Меч не встретил сопротивления. Он прошёл сквозь тело Эха Переписанного, как нож сквозь масло. Связанный демон не успел издать ни звука. Его фигура просто... распалась. Не на пепел или тьму, а на чистый информационный шум, который тут же был поглощён пространством Шамбалы.
Портал за его спиной схлопнулся с беззвучным взрывом.
**Асмодей:** А теперь, — его голос эхом разнёсся по залу, перекрывая гул врат, — попытаемся призвать кукловода этой истории...
Асмодей и его боевые маги не останавливались. Они либо продолжили то же самое, чудовищно сложное заклинание, либо начали новое — я не мог разобрать. Слова на древней диантрике сплетались в тугую, вибрирующую сеть, которая начала стягивать реальность в одну точку.
Спустя несколько мучительно долгих минут из воздуха, прямо над тем местом, где исчез первый демон, начала проявляться новая сущность. Это было нечто инфернального вида... хотя нет. Приглядевшись, я понял, что это было нечто гораздо более древнее и чуждое. Это был кто-то из первородного хаоса.
Существо было мерзким. Его тело представляло собой склизкую, пульсирующую массу плоти, из которой росло не меньше дюжины голов, и все они непрерывно шевелились, исторгая беззвучные вопли. Оно было так же связано пространством, как и его эмиссар, — дёргалось, пытаясь вырваться, но лишь бессильно извивалось в незримых путах.
**Асмодей** *(с холодной, пугающей решимостью)*: Руби по головам... а потом туловище.
Гигантский бес, чьё тело всё ещё бугрилось от выпитой крови иерархов, не нуждался в повторном приказе. Он взмахнул мечом, который всё ещё светился остаточной энергией «Первого Ключа».
Первый удар отсёк три головы разом. Они не упали, а просто растворились в воздухе облачками чёрного дыма. Фигура хаотической сущности начала взрываться под ударами меча. Каждый взмах клинка высвобождал колоссальное количество энергии. Бес методично уничтожал головы, а затем нанёс финальный, размашистый удар по туловищу.
Существо распалось. Оно не просто умерло, а взорвалось изнутри каскадом чистой, неконтролируемой энергии хаоса, которая тут же начала рассеиваться, втягиваясь обратно в разломы мироздания.
Вскоре всё было окончено. В зале воцарилась звенящая тишина.
**Асмодей:** *(вытирая пот со лба)* Вот и всё. Кукловод мёртв. Его якорь разрушен.
**Амаймон:** *(его голос был хриплым от напряжения)* Ты уверен? Что это была не пешка? Не аватар?
**Асмодей:** Уверен. Это была одна из первичных проекций. Их не так много. Мы выиграли битву.
Я выдохнул. Напряжение, сковывавшее меня всё это время, начало медленно отступать. Цапкариллос рядом со мной тихо опустился на одно колено — ноги его больше не держали.
Мы были измотаны до предела.
**Амаймон:** Войска... отбой тревоги. Возвращайтесь на посты.
Легионеры начали расходиться. Гигантский бес, исполнив свой долг, с грохотом рухнул на колени и начал стремительно уменьшаться в размерах, пока не превратился обратно в того самого мелкого беса с дюжиной глаз.
Мы победили. Но глядя на закрывающиеся врата Гоара, я не мог избавиться от мысли: сколько ещё таких «кукловодов» может быть там, в бесконечной тьме за гранью нашей реальности?
Мы с Цапкаром вернулись к себе в цитадель. Телепортация перенесла нас прямо в мой кабинет, который после всех событий казался островком умиротворяющей нормальности. Я с облегчением стянул с себя парадную броню, оставшись в простой домашней тунике. Цапкар тоже расслабился, плюхнувшись в кресло и вытянув ноги.
**Цапкар:** *(с лёгкой досадой в голосе)* Эх, даже и не повоевал особо... Стоял, как истукан. Весь бой — это смотреть, как другие дерутся.
Я усмехнулся, наливая нам обоим по бокалу того самого рома с кладбищенскими травами. Ледяной напиток сейчас был как нельзя кстати.
**Саллос:** Да ладно... может, и к лучшему. Навоюешься ещё. На наш век всякой дряни хватит. *(Я протянул ему бокал)*. У нас ещё Серое племя есть, упыри из топей, мытари, некротическая нежить... *(Я сделал глоток и поморщился от знакомого холода)*. Но это всё более-менее предсказуемо. У них есть иерархия, цели, логика... А не вот этот вот чистый, первородный хаос, который хочет всё стереть и начать с нуля.
Мы сидели в тишине, наслаждаясь редким моментом покоя. Угроза вратам Гоара была устранена, предатель Соколлос находился на попечении алхимиков, а кукловод из Клиппоты уничтожен. Война была окончена.
По крайней мере, эта война.
Хиариил сообщил что в приемной столпилось несколько душ одна из которых была весьма настырной но...
Мы не стали принимать души, какими бы настырными они ни были. Хиариил может и подождать.
После битвы с первородным хаосом, предательства сына и нервного напряжения последних дней единственное, чего я хотел, — это спать.
Цапкар, видимо, чувствовал то же самое. Мы молча переглянулись, и в этом взгляде было полное взаимопонимание. Мы просто развернулись и пошли обратно в спальню.
Я рухнул на кровать прямо в том, в чём был, и едва успел натянуть на себя одеяло, как провалился в глубокий, чёрный колодец сна без сновидений. Рядом, свернувшись калачиком, уже тихо посапывал Цапкариллос, а в ногах, как верный страж, дремал Саллиэль.
В эту ночь нас никто не беспокоил. Ни призраки, ни бесы, ни даже сам Амаймон.
Война была окончена.
И мы заслужили этот покой