Почти полтора десятилетия ленинградский актер Алексей Петренко оставался на вторых ролях, довольствуясь неприметными эпизодами в Театре имени Ленсовета. Ситуация казалась безнадежной, пока в его судьбу не вмешалась влиятельный театральный критик Галина Кожухова. Именно эта женщина разглядела в рослом, но невостребованном артисте мощный масштаб, вырвала его из профессионального забвения и помогла получить знаковую роль Григория Распутина в драме «Агония», которая едва не стоила актеру жизни.
В 1973 году во время съемок фильма «Агония» мало кому известный тогда Петренко бился в конвульсиях на съемочной площадке. Коллеги и съемочная группа не сразу осознали, что артист уже не играет — у него пошла пена изо рта, и он потерял сознание. Вызванная скорая помощь диагностировала инфаркт. Алексею было всего тридцать пять лет. Позже, когда картину показывали в узком кругу, присутствовавший в зале врач спросил у режиссера Элема Климова, выжил ли исполнитель главной роли после такой сцены отравления и гибели Распутина. Петренко выжил, но проблемы с сердцем остались с ним навсегда.
Детство в Черниговской области и семейная драма
Будущий народный артист родился 26 марта 1938 года в селе Чемер Черниговской области, хотя в его паспорте по ошибке значилась другая дата — 1 апреля. Семья Петренко была крестьянской и сполна ощутила на себе тяготы той эпохи. В 1935 году отца, Василия Алексеевича, сослали на строительство Беломорканала из-за невыполнения завышенного плана хлебосдачи — мужчина просто отказался забирать у собственных детей последнее. Позже он бежал со стройки и скрывался на Черниговщине. Когда Алексею исполнилось одиннадцать лет, семья, в которой рос и его старший брат Федор, перебралась в Чернигов.
Крестьянское детство наложило отпечаток на характер Петренко: он рос скрытным, бережливым и молчаливым, предпочитая лишний раз не привлекать к себе внимания. В его душе жила глубокая рана, о которой он почти никогда не рассказывал посторонним — его старший брат Федор в юности покончил с собой. При этом тихим ребенком Алексей не был: если ему в чем-то отказывали, он мог устроить матери бурную сцену со слезами и криками прямо на полу, за что получал строгий родительский отпор. Возможно, именно в этих детских капризах зарождался его драматический талант.
Юноша рос крепким, его рост достигал почти 190 сантиметров, он серьезно занимался боксом и борьбой. Однако руководитель драмкружка во Дворце пионеров убедил его оставить спорт, предупредив, что сломанный нос или порванные уши закроют ему дорогу на сцену. И Алексей выбрал театр.
Путь к диплому через наковальню
После окончания школы Петренко дважды пытался поступить в Киевский театральный институт, но оба раза проваливал экзамены по украинскому и русскому языкам. Чтобы не быть обузой для родителей, он брался за любую тяжелую работу: трудился матросом, слесарем и кузнецом. Около трех лет Алексей провел у наковальни в кузнице Чернигова. Этот опыт он всегда вспоминал с огромным уважением, подчеркивая, что простые рабочие дали ему для понимания жизни не меньше, чем будущие коллеги по сцене.
С третьей попытки удача улыбнулась ему, но уже в Харьковском театральном институте, где он попал на курс Ивана Марьяненко. Если бы не это поступление, рослого парня призвали бы на службу во флот, и актерская карьера отложилась бы на четыре года.
Годы на вторых ролях и первая семья
Окончив институт в 1961 году, Петренко получил распределение в Запорожский музыкально-драматический театр имени Щорса, а затем перевелся в Донецкий драматический театр в Мариуполе. В этот период он женился на Алле Сандлер, студентке консерватории и певице. В 1962 году у супругов родилась дочь Полина.
В 1964 году благодаря рекомендательным письмам коллег Петренко пригласили в Ленинград, в Театр имени Ленсовета к Игорю Владимирову. Худрук принял актера в труппу, но ожидания стремительного взлета не оправдались. На протяжении пятнадцати лет Алексею доверяли лишь незначительные эпизоды и мелкие характерные роли вроде Бьонделло в «Укрощении строптивой». Сам артист позже вспоминал, что его вроде бы тепло приняли, но крупных ролей не давали годами.
«Капкан захлопнулся»: спасительный союз с Галиной Кожуховой
Все изменилось, когда в его жизни появилась Галина Петровна Кожухова — влиятельный театральный обозреватель газеты «Правда». В советской театральной среде ее мнение имело огромный вес. Кожухова писала бескомпромиссные статьи и не боялась руководства, за что знакомые прозвали ее «бронетранспортером».
Увидев Петренко на ленинградской сцене, Галина была очарована. Режиссер, снимавший документальный фильм о Динаре Асановой, позже вспоминал, как при виде вошедшего в комнату огромного актера Кожухова прямо заявила о желании, чтобы он взял ее на руки и унес в другую комнату. Сам Петренко признавал, что в тот момент «капкан захлопнулся». Высокий, мощный актер и миниатюрная журналистка выглядели контрастно, за что Алексей ласково прозвал супругу «Пятак» — по аналогии с Винни-Пухом и Пятачком.
Ради этих отношений Петренко оставил первую семью. Галина Кожухова поверила в него, когда карьера актера находилась в тупике. Она взяла на себя роли его менеджера, продюсера, редактора и защитника, строго определяя, от каких предложений стоит отказаться, а на какие согласиться. Алексей доверял ее решениям безоговочно.
Судьбоносный Распутин и благословение Мессинга
Именно благодаря поддержке Галины Петренко получил свою первую главную роль в кино. Элем Климов искал исполнителя на роль Григория Распутина в картине «Агония». На нее претендовали знаменитые советские актеры: Иннокентий Смоктуновский, Евгений Евстигнеев, Михаил Ульянов, Анатолий Папанов и Леонид Марков. Смоктуновского и Папанова режиссер отверг из-за их чрезмерной узнаваемости, а Марков подходил по возрасту, но Климову требовался артист с невероятной внутренней энергетикой и «сумасшедшим» взглядом. Малоизвестный провинциал Петренко стал той самой «темной лошадкой», которую в итоге утвердили.
Перед съемками произошла загадочная встреча актера с Вольфом Мессингом. Знаменитый ясновидящий во время обычной беседы попросил снимок Петренко в гриме Распутина, начертил на обороте каббалистические знаки и велел прикрепить фото к груди в области сердца, запретив снимать его даже во время водных процедур.
Съемки в Сибири в августе 1973 года давались тяжело. Петренко постоянно жаловался на недомогания: боли в животе, головокружение, зубную боль. В один из моментов у Климова сдали нервы, и он лично вырвал актеру разболевшийся зуб. После перенесенного прямо на площадке инфаркта режиссер всерьез думал о замене исполнителя, но Кожухова настаила на продолжении съемок. Едва оправившегося актера привозили на площадку на машине скорой помощи, чтобы доснять финальные сцены погони за раненым Распутиным.
Фильм «Агония» на десять лет лег на полку и вышел в советский прокат только в 1985 году, хотя зарубежная премьера состоялась в 1981-м и имела огромный успех. Для Петренко эта роль стала триумфом: ведущие московские театры начали приглашать его в свои труппы, но за этот успех пришлось заплатить здоровьем.
Следующей крупной работой актера стала роль Петра I в исторической ленте Александра Митты «Сказ про то, как царь Пётр арапа женил». Из-за значительной разницы в росте между Петренко и Владимиром Высоцким, игравшим Ибрагима Ганнибала, Высоцкому приходилось носить обувь на специальной платформе.
Эту роль Алексей также получил благодаря протекции супруги. Впоследствии он отказывался от заманчивых зарубежных предложений, включая роль Петра Великого в американском проекте, объясняя это нежеланием играть на чужом языке, который он не чувствовал изнутри.
Экстремальные съемки и второй инфаркт
Роль генерала Радлова в картине Никиты Михалкова «Сибирский цирюльник» стала одной из визитных карточек актера, хотя изначально ее должен был исполнить Юрий Богатырев, ушедший из жизни в 1989 году. Петренко стремился к максимальной достоверности и, несмотря на больное сердце, отказался от дублеров в сцене с ледяной прорубью. Этот шаг привел ко второму инфаркту. Состояние артиста было настолько тяжелым, что врачи не давали близким никаких гарантий, предлагая справляться о его здоровье каждое утро.
Розыгрыши, музыка и взрывоопасное хобби
Вне съемочной площадки Петренко оставался непредсказуемым человеком и любителем розыгрышей. Однажды он назначил встречу журналистке во дворе дома, где сидел и демонстративно разбивал молотком консервные банки, уверяя гостью, что так подрабатывает из-за низких актерских гонораров. Девушка поверила его игре. Перед гастролями в США он составил шутливое официальное требование к руководству театра, в котором настаивал на полном обеспечении своей супруги и транспортировке двух велосипедов вместе с декорациями для поддержания их физической формы.
В сложные для кинематографа 1990-е годы, когда работы практически не было, Галина организовала для мужа вокальные турне. Петренко исполнял казачьи песни, духовные произведения и оперные арии. Он выступал с Большим симфоническим оркестром под руководством Владимира Федосеева, исполняя сложные партии в вокально-симфонических циклах. На даче он заучивал наизусть «Бориса Годунова», пугая соседей громкими репетициями за забором, и шутил, что если кино окончательно исчезнет, он будет ходить по детским садам и петь о великих правителях и композиторах.
Еще одной страстью актера было приготовление домашнего кваса повышенной крепости. Из-за отсутствия специальных пробок бутылки часто взрывались. Его друг, виолончелист Сергей Словачевский, вспоминал, что для безопасности при открывании бутылок Петренко надевал плотную фуфайку и сварочную маску. Один из таких подарков, преподнесенный духовнику, взорвался прямо на кухне, полностью уничтожив старую отделку стен.
Семейный разрыв и затаенная обида
Самой тяжелой личной драмой Петренко оставались натянутые отношения с единственной дочерью Полиной. После его ухода к Галине Кожуховой девочка оказалась в сложной ситуации, разрываясь между отцом в Москве и матерью в Ленинграде. Желая поддержать мать, Полина уверяла ее, что отец относится к ней прохладно. Когда Петренко узнал об этом обмане, он счел поступок дочери предательством.
С годами пропасть между ними только увеличивалась. Полина тоже выбрала актерскую профессию, вышла замуж за актера Алексея Полуяна и родила дочь Анастасию, которую знаменитый дедушка практически не знал. Близкие вспоминали, что Алексей Васильевич тяжело переживал эту разлуку и порой плакал прямо во время съемок. Некоторые знакомые считали, что Галина Кожухова сознательно ограждала мужа от общения с прежней семьей, однако реальные причины конфликта были гораздо сложнее.
Потеря близкого человека и позднее спасение
Галина Кожухова была для актера не просто женой, а настоящей опорой, оберегавшей его от любых бытовых трудностей и сглаживавшей проявления его непростого характера, усугубленного биполярным расстройством. Их брак продлился тридцать два года, но в октябре 2009 года Галины Петровны не стало.
Уход супруги опустошил Петренко. Он замкнулся в себе, практически перестал общаться с внешним миром и заметно сдал. Друзья с трудом узнавали в сгорбленном, угасшем старике прежнего могучего артиста.
Спасением для него стало появление Азимы Абдумаминовой, журналистки и режиссера-документалиста, с которой Петренко был знаком много лет. Азима была младше актера на тридцать три года. Решение о новом браке вызвало неоднозначную реакцию в окружении артиста: многие друзья Галины сочли это предательством, а саму Азиму подозревали в корыстных мотивах ради московской прописки.
Тем не менее союз преобразил Петренко. Азима приняла православие, пара обвенчалась на берегу озера Иссык-Куль. Новая супруга окружила актера заботой, что помогло ему вернуться к активной творческой жизни. Он продолжал выступать и записываться, несмотря на необходимость ходить с тростью.
Последний вечер и тихий уход
За несколько месяцев до смерти Алексей Васильевич совершил необычный для себя поступок: собрал близких друзей, организовал для них поездку на арендованном автобусе в ресторан и весь вечер пел для них. Только позже друзья поняли, что это было прощанием.
22 февраля 2017 года актер находился дома один — Азима улетела в Бишкек. Петренко только что вернулся со съемок в Санкт-Петербурге. Во время телефонного разговора с режиссером Рудольфом Фурмановым связь внезапно прервалась. Прибывший на место друг актера, виолончелист Сергей Словачевский, обнаружил Алексея Васильевича лежащим на полу без признаков жизни. Причиной смерти стал оторвавшийся тромб. Актеру было семьдесят восемь лет.
Согласно завещанию, Петренко похоронили рядом с его второй супругой Галиной Кожуховой на Никольском кладбище в Балашихе. Азима выполнила эту последнюю волю мужа. Сам актер при жизни с юмором относился к финалу, часто повторяя шутливую эпитафию собственного сочинения о том, что создавал великие образы, а ушел из-за упадка сил.
Сергей Словачевский вспоминал слова Петренко, сказанные однажды после выступления: актер признавался, что, исполняя лебедя, он представляет не птицу на пруду, а величественно парящее в синем небе белоснежное существо. Друзья актера сходятся во мнении, что именно такой чистой и стремящейся ввысь была его собственная душа.