Света знала, что родители приедут в субботу. Знала ещё три недели назад — мама позвонила заранее, как всегда, чтобы «не свалиться как снег на голову».
Они жили в Самаре. Приезжали в гости раз в год, иногда реже. Каждый раз Света готовилась, убиралась, думала, что приготовить. Это было важно — не потому что нужно было пустить пыль в глаза, а просто потому что семья приезжала редко, и хотелось, чтобы им было хорошо.
Своих денег у неё не было.
Три ребёнка — Даша пяти лет, Кирилл трёх и Соня восьми месяцев — не оставляли места ни для работы, ни для личного бюджета. Всё шло через Олега. Продукты, одежда, любая мелочь — надо было просить.
Она не любила просить. Но деваться было некуда.
За неделю она сказала Олегу:
— Нужны деньги на продукты. Родители приезжают, хочу нормально встретить.
— Сколько? — спросил он, не отрываясь от телевизора.
— Ну тысячи пять хотя бы. Мясо, закуски, торт.
— Ладно. Дам.
За три дня она напомнила снова.
— Да помню, не переживай, — отмахнулся он.
В пятницу вечером денег не было.
— Олег, завтра приезжают. Нужны деньги сегодня, чтобы с утра съездить.
— Завтра дам.
— Я не смогу завтра. Соня не даст, у неё зубы режутся.
— Ну закажи доставку.
— На что?
Он поморщился:
— Ладно, я сам съезжу утром.
Она решила поверить. Хотя где-то внутри уже всё поняла.
В субботу утром Олег лежал на диване.
— Ты в магазин когда пойдёшь? — спросила она.
— Сейчас.
Соня закричала в кроватке. Света пошла к ней.
Даша пришла на кухню:
— Мам, я хочу есть.
— Сейчас сделаю.
Кирилл тоже появился, сонный, в пижаме:
— Мам, а бабушка сегодня приедет?
— Приедет.
— Она привезёт конфеты?
— Наверное.
— А у нас будет торт?
— Будет.
Слово вырвалось само. Она даже не успела подумать.
К полудню Олег никуда не поехал.
Соня наконец уснула. Даша смотрела мультики. Кирилл возился с машинками.
Света зашла в комнату:
— Олег. Они приедут через два часа.
— Ну съезди.
— На что? У меня нет денег.
— Ну вот, — он взял телефон, перевёл что-то. — Держи.
Она посмотрела на сумму.
— Здесь две тысячи.
— Ну что-нибудь возьмёшь.
— На две тысячи? На шесть человек?
— Ну не объедаться же они сюда едут.
Она стояла и смотрела на него.
— Олег, ты понимаешь, что это мои родители? Что я не видела маму полгода?
— Ну вот и увидишь.
Что-то в ней сжалось. Не от злости — от усталости.
Она взяла деньги. Взяла Дашу с собой — с двумя маленькими было не выйти.
В магазине она ходила между полками и считала. Хлеб, сыр, колбаса, печенье к чаю. Всё.
Даша шла рядом, держала за руку.
— Мам, а торт?
— Не сегодня.
— Но ты же сказала…
— Я ошиблась.
Даша помолчала, потом тихо сказала:
— Ничего. Бабушка пирог привезёт. Она всегда его привозит.
Света посмотрела на дочь.
Пятилетний ребёнок утешал её.
В два часа приехали все сразу — родители и сестра Наташа с мужем Димой на одной машине.
Мама, Валентина Ивановна, вошла первой, обняла внуков. Кирилл повис на ней. Даша потянула за руку.
— Бабушка, а ты привезла пирог?
— Привезла, привезла, — смеялась та.
Отец, Виктор Степанович, вошёл следом. Пожал руку Олегу, посмотрел на Соню на руках у Светы.
— Ого. Выросла.
— Ага, — улыбнулась Света.
— Дай подержу.
Он взял внучку аккуратно, по-деловому. Соня уставилась на незнакомое лицо и не заплакала — только засопела серьёзно.
Наташа обняла сестру:
— Ты как?
— Нормально.
Наташа посмотрела на неё чуть дольше, чем нужно, но промолчала.
Дима поздоровался, поставил сумку.
— Мы тут привезли, — сказала мама. — Варенье, огурцы со своего огорода, пирог с капустой.
Стол был накрыт. Хлеб, сыр, колбаса, мамин пирог в центре.
Олег сидел на своём месте.
— Ну вот, нормальный стол, — сказал он. — По-простому, без церемоний.
Виктор Степанович посмотрел на стол. Потом на зятя. Ничего не сказал.
Дима тоже молчал, но переглянулся с женой.
Валентина Ивановна сразу переключила внимание на детей:
— Кирилл, а ну покажи, как ты вырос.
— Вот столько, — Кирилл развёл руки как можно шире.
— Ого, богатырь.
Соня у деда на руках начала хныкать.
— Давай мне, — сказала Света.
— Сиди, справлюсь, — ответил отец. — Мы с ней разберёмся. Да, Соня?
Соня посмотрела на него и замолчала. Будто решила дать шанс.
За чаем говорили про дорогу, про Самару, про соседей.
Мама спрашивала про детей.
Олег отвечал односложно и снова взял телефон.
Наташа это заметила. Дима тоже.
Потом дети потянули деда и бабушку в комнату — показывать игрушки. Наташа с Димой пошли следом.
На кухне остались Света и Олег.
— Нормально посидели, — сказал он.
Она смотрела на пустые кружки.
— Мне стыдно, — тихо сказала она.
— Из-за чего? Всё нормально.
— Хлеб и сыр — это не нормально.
— Ну они же не за едой приехали.
— Олег, я просила. Несколько раз. За неделю.
— Ну я занят был.
— Чем?
Он не ответил.
Из комнаты донёсся смех Кирилла.
Через несколько минут Виктор Степанович вышел в прихожую. Взял куртку неторопливо.
— Олег. Поехали.
— Куда?
— В магазин. Надо кое-что взять.
Пауза.
— Да не надо, — сказал Олег.
— Надо.
Это прозвучало так, что возразить было нельзя.
Дима вышел следом:
— Я с вами.
Втроём уехали.
Наташа сразу пришла на кухню, прикрыла дверь.
— Рассказывай.
— Нечего рассказывать, — ответила Света.
— Света.
— Ну что Света. Он не дал денег нормально. Я просила неделю. В итоге две тысячи на всё.
Наташа помолчала.
— Он всегда так?
— По-разному. Но в последнее время чаще.
— Ты можешь попросить у мамы.
— Нет.
— Почему?
— Потому что это унизительно.
— Мы семья.
— Наташ, я не буду просить деньги у мамы.
Сестра кивнула. Не стала давить.
— Ты работать не думаешь?
— Соне восемь месяцев.
Мама зашла на кухню с Соней на руках.
— Дайте мне что-нибудь делать. Мыть, резать — что угодно.
— Мам, не надо.
— Надо. Иначе с ума сойду от безделья.
Она поставила Соню в шезлонг, взяла губку и стала убирать со стола.
И тихо, не глядя на Свету, сказала:
— Отец разберётся, — сказала она наконец.
— Мам, не надо.
— Он уже поехал.
***
В машине Виктор Степанович ехал молча.
Дима смотрел в окно. Не лез.
Потом тесть сказал:
— Ты мою дочь финансами не обижаешь?
Олег помолчал.
— Нет, конечно, только сегодня утром ей переводил.
Виктор Степанович ничего не сказал. Просто ехал.
— Она неделю просила, — добавил он через минуту.
— Откуда вы знаете?
— Знаю.
Олег смотрел на дорогу.
— Послушай, — сказал тесть. — Она не работает. Это её выбор? Нет. Это потому что трое детей. Значит, деньги — это твоя ответственность. Не одолжение. Ответственность.
— Я содержу семью.
— А по-моему, унижаешь.
— Я не унижаю.
— Сколько ты ей перевёл сегодня утром, как ты говоришь?
— Две тысячи.
— Две тысячи на встречу семьи — это и есть унижение. Даже если ты так не думал.
Олег молчал.
— Она не скажет тебе этого, — продолжал тесть. — Не потому что всё хорошо. А потому что привыкла. Это плохой знак.
Припарковались у магазина.
В магазине Виктор Степанович шёл уверенно. Брал мясо, зелень, сметану, торт.
Дима у полки с соками сказал Олегу тихо:
— Слушай, я не лезу. Но я Наташе деньги не считаю. Просто чтобы ты знал.
— У вас детей нет.
— Пока. Но если бы были — тем более не считал бы.
На кассе Олег заплатил первым.
Виктор Степанович кивнул. Принял молча и суровым лицом.
Вернулись через час.
Олег занёс пакеты на кухню.
Света посмотрела — без радости, без упрёка.
— Помочь? — спросил он.
— Давай.
Они раскладывали продукты вместе. Неловко, непривычно. Он спрашивал, куда что. Она отвечала.
Даша вышла из комнаты, увидела отца на кухне и встала в дверях.
— Пап, ты готовить будешь?
— Помогать буду.
— Можно я тоже?
— Давай.
Кирилл тоже появился немедленно:
— И я.
— Ты умеешь?
— Я умею раскладывать ложки. Я уже сегодня раскладывал.
— Специалист, — серьёзно сказал Олег.
Кирилл расцвёл.
К вечеру стол был другим. Мясо, салат, нарезка, торт.
Дети сидели рядом с дедом. Соня спала в кроватке. Кирилл рассказывал деду что-то важное про свои машинки. Дед слушал серьёзно.
Дима рассказывал что-то смешное про дорогу. Наташа смеялась.
Олег сидел и слушал. Говорил мало. Один раз сам подлил чай тёще. Та чуть удивилась, но ничего не сказала.
Виктор Степанович поймал взгляд зятя и коротко кивнул.
Поздно вечером, когда дети уснули, а все перешли в гостиную, Света мыла посуду.
Олег подошёл. Взял полотенце.
— Я вытру.
Она подвинулась.
Мыли молча.
— Прости, — сказал он.
— За что конкретно?
— За две тысячи.
— И за неделю напоминаний?
— И за это.
Она посмотрела на него.
— Олег, я не прошу много. Я прошу, чтобы тебе было не всё равно. Они раз в год приезжают. Мама раз в год видит внуков. Это важно. Для меня важно.
— Я понял.
— Ты каждый раз говоришь, что понял.
— Сегодня твой отец объяснил иначе.
Света ничего не ответила.
За стеной смеялась Наташа. Слышался голос отца — низкий, спокойный. Мама что-то говорила Кириллу, который никак не хотел засыпать.
Света слушала всё это и думала о том, что отец за один разговор в машине сделал то, что она не могла сделать за восемь лет.
Почему так — она не знала.
Завтра все уедут.
Но сегодня на столе было мясо. И торт. И дети смеялись.
И этого пока хватало.