Евгений Чичваркин сейчас один из самых узнаваемых голосов в российской оппозиционной среде за рубежом. Основатель «Евросети», эмигрант с 2008 года, житель Лондона, владелец винного бутика Hedonism Wines на Davies Street. В последние годы - активный комментатор происходящего в России, завсегдатай политических эфиров и интервью. Говорит про свободу, про достоинство, про то, как система ломает людей.
В редакцию пришло письмо от человека, который несколько раз работал на мероприятиях с участием Чичваркина. Попросил об анонимности. И рассказал про другого Чичваркина - того, которого не видно в эфире.
Что рассказал очевидец
Привожу близко к тексту, потому что детали здесь важнее пересказа.
Чичваркин - человек настроения. Его поведение на мероприятии полностью зависит от того, в каком расположении духа он приехал. Если настроение хорошее - может быть обаятельным и даже внимательным. Если нет - срывается на людей вокруг, доходит до криков и ультиматумов.
Один конкретный случай, который очевидец описал подробно. На одном из мероприятий Чичваркину не понравилось, как одета сотрудница, работавшая за сценой - то есть человек, который вообще не пересекался с гостями и публикой. На ней были джоггеры вместо брюк или юбки. Чичваркин потребовал, чтобы эта девушка больше не попадалась ему на глаза до конца мероприятия.
Не попросил. Не сделал замечание организаторам. Потребовал.
По словам очевидца, по умолчанию Чичваркин относится к людям вокруг как к людям низшего сорта - пока те не докажут обратное конкретными знаниями или действиями. Унизить человека публично для него не проблема, и, судя по описанию, он делает это без видимых угрызений. Хорошее отношение - редкость и исключение, а не норма.
Очевидец написал в конце письма фразу, которая меня остановила:
«Он умный и хорошо разбирается в том, о чём говорит. Но также очень высокомерный и легко унижает человека на публике - как будто получает от этого удовольствие».
Откуда берётся такой человек
Я не психолог и не берусь ставить диагнозы. Но я достаточно долго пишу про людей, которые сколотили состояние в девяностые и нулевые, чтобы понимать: определённый тип поведения там был не просто нормой - он был условием выживания.
«Евросеть» на пике была крупнейшим ритейлером мобильных телефонов в России - более пяти тысяч магазинов, миллиарды рублей оборота. Чичваркин строил эту империю в среде, где мягкость воспринималась как слабость, а слабость стоила бизнеса. Он сам неоднократно рассказывал в интервью, что управление в «Евросети» было жёстким - публичные разносы, жёсткие требования, нулевая терпимость к ошибкам.
Это работало. Бизнес рос. Люди боялись и выполняли.
Потом была история с уголовным преследованием, эмиграция в Лондон, продажа «Евросети» Вымпелкому за неприличные деньги - по некоторым данным, сделка оценивалась примерно в миллиард долларов. Человек уехал не с пустыми руками.
В Лондоне появился новый образ: предприниматель, которого система выдавила, свидетель и критик той самой среды, которая его породила. Образ честный в той части, где речь идёт о системе. Но вот характер, сформированный этой системой, никуда не делся. Он просто сменил декорации.
Про оппозицию и удобные роли
Вот что меня по-настоящему занимает в этой истории.
Чичваркин сейчас говорит про достоинство людей, про то, что система унижает и ломает, про право человека жить без страха. Это звучит убедительно - особенно из уст человека, который через эту систему прошёл и сохранил независимость.
Но параллельно существует другой Чичваркин - тот, который требует убрать девушку в джоггерах с глаз долой, который унижает людей публично и чьё хорошее настроение является для окружающих редким подарком, а не нормой общения.
Я не говорю, что одно отменяет другое. Человек может искренне ненавидеть несправедливость в большом и при этом воспроизводить её в малом - это распространённая история, и она не делает человека автоматически лжецом. Но она делает его неудобным зеркалом.
Потому что если ты борешься за достоинство людей в эфире, а за кулисами требуешь спрятать сотрудницу из-за фасона её брюк - это не противоречие, которое можно не замечать. Это вопрос о том, что именно стоит за словами про свободу и уважение.
Вот что меня остановило
Недавно прочитала чьё-то мнение про Чичваркина и ему подобных :
Они в своё время принимали активное участие в построении той самой системы, которую сейчас критикуют. А сейчас говорят «я тогда думал неправильно, я прозрел».
Это честное наблюдение. И оно объясняет многое - в том числе и то, почему человек, живущий в Лондоне и рассуждающий про свободу, внутри остался тем же, кем был в эпоху «Евросети». Система, которую он критикует снаружи, сидит внутри него самого - в привычке делить людей на тех, кто достоин внимания, и тех, кого лучше убрать с глаз долой.
Девушка в джоггерах за сценой этого не заслуживала. Она просто работала.
Как вы к этому относитесь - к людям, которые говорят про одно, а ведут себя по-другому? Это лицемерие или просто человеческая сложность, с которой надо мириться? Пишите в комментариях - мне интересно, где вы проводите эту границу.