Когда Запад, судя по принимаемым решениям, готовится к военной «эскалации без берегов», когда буквально на пороге России карликовая Финляндии законодательно разрешает ввоз и хранение на своей территории ядерного оружия, когда в ЕС прямо называют 30 год годом начала масштабной войны с Москвой, в рядах наших экспертов, журналистов и политологов уже неделю ведется возня вокруг вопроса, что же это было в Анкоридже?
Увесистый камешек в поток аналитики и толкований предполагаемого (и даже близкого, идет «финализация процесса», пророчил недавно Д. Песков) «мирного урегулирования» между Россией и Украиной «вбросил» госсекретарь и советник президента по национальной безопасности Марко Рубио заявлением, что «на Аляске были лишь предложения, а соглашения не было». Ранее, 3 июня, он же на слушаниях в Конгрессе перечеркнул надежды на посредничество Дональда Трампа словами о том, что США не являются посредником между Россией и Украиной, а участником конфликта, пусть в гибридной форме, но на стороне Украины. По мнению профессора Дмитрия Евстафьева, этот разворот был «политически закреплён в ходе встречи G7 во французском Эвиане, став частью стратегического компромисса Трампа с евроатлантистами» и получит окончательное оформление на большом саммите НАТО в Турции 7-8 июля.
Наша публичная аналитика под давлением общественного запроса разобраться в происходящих вокруг Украины событиях не учла опасность, которая заключается в том, что неоправданное стремление обязательно выделить новые позитивные, ободряющие тенденции в судьбоносных для нас политических процессах может привести к тому, что эксперты перепутают шум с сигналами. Так и произошло.
Иными словами, то, что могло показаться чем-то прорывным, новым в словах политиков, на самом деле таковым не являлось, а, скорее, другим проявлением чего-то прежнего и отнюдь не обнадеживающего… Подобная самоуспокаивающая аберрация зрения отнюдь не помогает адекватному восприятию текущих событий, описанию того, что происходит, и если меняется, то почему.
К сожалению, не помог «разъяснить ситуацию», как «ее видят» в Министерстве иностранных дел России, и пространный комментарий Сергея Лаврова от 26 июня в связи с упомянутым заявлением Марко Рубио о переговорах в Анкоридже.
Разбираться в нюансах понятий «предложения» и «соглашения» по урегулированию на Украине - задача, может быть, интересная и даже полезная. Однако ясности, которую, как считает министр, он внес своим рассказом в этот сюжет, по-прежнему нет. Вместе с тем, по его словам, «факт остаётся фактом: на Аляске были обсуждены предложения США, которые были приняты российской стороной». Неужели министр не заметил, что главное осталось за скобками? Ведь ни слова мы не услышали, заявляла ли Россия на той встрече о своих предложениях? Они были приняты или отвергнуты? Американцы готовы учитывать интересы России?
Вот почему больше доверяешь версии М. Рубио, сказавшему, «что никаких договоренностей в Анкоридже достигнуто не было, и России никто ничего не обещал».
Прямоту госсекретаря можно объяснить и обострившейся политической борьбой внутри США, и его собственными политическими амбициями, но, пожалуй, наиболее исчерпывающее объяснение читаем у цитированного уже профессора Д. Евстафьева, с которым невозможно не согласиться. Первое, что он отмечает в комментарии в МАХ, - четкая адресность и выверенность заявления Рубио по времени. «Выверенность по времени, - это встроенность в информационную кампанию по подготовке к участию Трампа в Саммите НАТО в Анкаре, имеющую целью превратить в триумф «похабный компромисс» с европейцами по поводу «возвращения в семью» участников войны против России на Украине. Трамп и Белый дом, которых через поражение в Персидском заливе загнали в союз с европейцами, собираются «возглавить» (как минимум, риторически, но я бы не рассчитывал, что этим только и ограничится) «коалицию собирающихся воевать»
В противовес информационному шуму вокруг Анкориджа надо привести другие слова Сергея Лаврова с четкой оценкой подходов наших т.н. партнеров: «Политика двойных стандартов и старые привычки стран Запада никуда не делись». Правда, сказано (16 июня) это было в ответ на вопрос, почему Запад не применяет санкции в отношении Израиля. Невозможно поверить, что наш опытный глава МИД полагает, будто в отношении России на Западе сделают такое же исключение.
О том же на ИС «Вести» со всей определенностью высказалась доктор публичного права (Франция) Карин Беше: «Двойные стандарты в отношении России всегда были и будут, потому что она представляет собой возможную альтернативу западному доминированию..». По ее словам, когда «европейские страны и Россия находятся в конкурентных или враждебных отношениях, вступает в силу правило о правах врага. Его суть состоит в том, что права, которые применяются для себя, не существуют для другого».
Так что, слушая новости и комментарии политологов, следует, прежде всего, учитывать: «словесными интервенциями эскалацию не сдержать». Какие чувства у людей может вызывать «игра в слова» в ситуации нарастающих ударов ВСУ и гибели мирного населения?
Соглашусь, опять же, с Евстафьевым, не пришла ли пора проветрить «российское политическое пространство от носителей "душка Анкориджа"? Это будет правильный сигнал американцам, что мы их услышали и понимаем всю серьезность их намерений».
А они таковы: США готовятся к радикальной активизации украинского конфликта в течение ближайшего года, о чем свидетельствует решение Д. Трампа подписать «совместное заявление лидеров G7 по геополитическим вопросам», призывающее к поставкам большего количества оружия Украине и санкциям в отношении России. Это четкий сигнал о том, что теперь он «пойдет на эскалацию ради деэскалации» (E2DE) в рамках «войны на истощение», которую ЕС предписал вести Украине, и будет активно поддерживать эту кампанию.
«Сейчас начинают вырисовываться контуры стратегии администрации Трампа в области E2DE, - уверен политолог Э. Корыбко. - Почти за две недели до того, как он подписал совместное заявление лидеров G7, Палата представителей приняла законопроект, предусматривающий выделение более 1 миллиарда долларов на обеспечение безопасности и восстановление, что позволило бы выделить еще 8 миллиардов долларов на оборону Украины в виде займов».
Все это совпадает с сообщениями о том, что Сенат США внес в Закон о национальной обороне на 2027 год (NDAA) формулировку, призывающую к продолжению разведывательной поддержки Украины в течение всего следующего года, чтобы помочь ей вернуть утраченные земли (и, возможно, больше). В частности, ожидается, что стратегия E2DE будет в точности соответствовать тому, о чем издание Wall Street Journal писало прошлой осенью, а именно: «помочь Украине превзойти возможности российских беспилотников, ввести дополнительные санкции и спровоцировать беспорядки внутри России».
История показывает: с войной внутри, бывает, справиться сложнее, чем с внешней. Но, будем надеяться, что многонациональный российский народ в цивилизационном ядре своем остается единым благодаря острому осознанию экзистенциальных последствий для государства этого конфликта.
Главное – отличать шумы от сигналов, не принимать желаемое за действительное и, разумеется, не терять здравого смысла и бдительности.
Людмила Лаврова