Одним из величайших шедевров мировой литературы по праву считается «Божественная комедия» Данте Алигьери — грандиозная аллегорическая поэма, рассказывающая о путешествии человеческой души через загробный мир в поисках спасения. Особую ценность «Божественной комедии» придает то, что это в значительной степени автобиографическое произведение, в котором Данте символически описал свой кризис середины жизни и его преодоление.
Действие поэмы начинается весной 1300 года, когда Данте исполняется 35 лет. Вот как известные строки из «Божественной комедии» характеризуют его состояние в то время:
Земную жизнь пройдя до половины,
Я очутился в сумрачном лесу,
Утратив правый путь во тьме долины.
Каков он был, о, как произнесу,
Тот дикий лес, дремучий и грозящий,
Чей давний ужас в памяти несу!
Так горек он, что смерть едва ль не слаще.
Но, благо в нем обретши навсегда,
Скажу про все, что видел в этой чаще.
К возрасту 35 лет Данте осознал, что предал идеалы своей юности и сбился с верного пути. Десятью годами ранее умерла его муза и любовь всей его жизни, Беатриче, и с тех пор он пытался заглушить боль светскими развлечениями, философией и политикой, но лишь окончательно увяз в неопределенности и внутренних терзаниях, которые в поэме символизирует «сумрачный лес».
Пока Данте мучился внутренними проблемами, его настигла и внешняя катастрофа: политический крах и изгнание из родной Флоренции. К 1300 году Данте занимал пост приора (одного из правителей) Флоренции. В городе шла ожесточенная борьба между группировками «Белых» (умеренных, за автономию города) и «Черных» (радикалов, поддерживавших папу Римского). В 1301 году «Черные» захватили власть. Находившегося в это время в Риме Данте заочно обвинили в коррупции и вымогательстве, приговорили к изгнанию и огромному штрафу, а позже — к сожжению на костре, если он вернется во Флоренцию.
К 36 годам Данте потерял не только «правый путь во тьме долины», но также имущество, положение в обществе и родину. Разрешение своего кризиса он нашел через добровольную встречу с собственными грехами (главными из которых были гордыня, властолюбие, сладострастие и уныние) и победу над ними посредством философии, веры, любви и творчества. Как это и требуется для успешного преодоления кризиса первой половины жизни, он совершил радикальную переоценку ценностей, смену жизненного стиля и поворот оси личности.
Созданная Данте великая поэма стала и символическим дневником его внутренних перемен, и одним из инструментов их осуществления. Он назвал ее «Комедией», потому что в ту эпоху так называли произведения с печальным началом, но обязательным счастливым концом (в отличие от трагедий, где все было наоборот). Эпитет же «божественная» к поэме добавили уже потомки в знак восхищения.
В начале поэмы, на этапе «Ада», главный герой предстает заблудившимся грешником. В это время сам Данте жаждал власти во Флоренции, вел партийную борьбу и не чурался мести врагам. Он поддавался унынию и скорбел об утраченной Беатриче. Его занимали мимолетные увлечения и пустословие. Жизненными целями Данте были политический успех и земная слава философа и поэта.
В ходе описанного в «Божественной комедии» путешествия Данте проходит через постепенную внутреннюю трансформацию — этап «Чистилища». Он разочаровывается в мелочной политической борьбе и видит, что уперся в тупик собственного эгоизма и амбиций. Он осознает свою гордыню и понимает, что земные титулы и слава — лишь «ветер, который дует то отсюда, то оттуда». Он учится терпению и духовному труду.
Теперь Беатриче становится для Данте не погибшей возлюбленной и источником бесконечного цепляния за прошлое, а наполняющим его силами и вечно живым воплощением любви как космического принципа — его проводником к Богу. Он будто бы понял, что, несмотря на все утраты, ничего не утрачивается.
Что же касается целей его жизни, их иерархия также радикально меняется. В конце поэмы, на этапе «Рая», главным для Данте становится уже не обладание властью, почестями, благосостоянием и телесными наслаждениями, а самопознание, внутреннее совершенствование, спасение души и помощь всему человечеству через философию и поэзию.
Сокровища сумрачного леса
У большинства людей кризис середины жизни не складывается столь же драматично, как у Данте, но все-таки каждый из нас время от времени попадает в сумрачный лес. Сумрачный лес — это ситуация неопределенности и угрозы, когда все приходит в движение, температура повышается, и перед нами раскрывается веер опасных и волнующих возможностей. Мы оказываемся в точке бифуркации и видим множество дорожек. Но куда они ведут? Какие — в глубокую чащу, к диким зверям и ядовитым змеям? Какие — к сокрытым в лесу сокровищам и плодородным лугам? Мы не знаем. Все покрыто поволокой.
В наиболее общем смысле сумрачный лес — это все то, что мы не хотим видеть, и то, где мы не хотим быть. Это наша Тень. Это весьма опасное место, но в то же время сулящее нам драгоценные находки и прозрения. Поэтому Данте и говорит:
Так горек он, что смерть едва ль не слаще.
Но, благо в нем обретши навсегда,
Скажу про все, что видел в этой чаще.
Почему, можем мы спросить, благо должно находиться именно в сумрачном лесу, а не, скажем, на залитом солнцем лугу с мягкой зеленой травкой и порхающими разноцветными бабочками? На самом деле здесь нет никакой несправедливости: благо есть и там, и там. Просто все то хорошее, что есть на идиллических лугах, легко дается нам в руки, и желающих его там собрать очень много. Но нам нужна и вторая половина пазла, иначе картинка не складывается, и эта вторая половина, увы, находится в другом месте.
В Тени сокрыто все то, что мы должны сделать, но боимся сделать; все то, что мы должны увидеть, но боимся увидеть. Мы либо напрямую боимся этого, так как оно рискованно, трудно, болезненно и требовательно, либо боимся чего-то непосредственно с этим связанного. Но если мы сделаем необходимое, несмотря на все трудности, мы будем вознаграждены. Тень скрывает сокровища, которых не найти на свету. По этой причине в мифах величайшие драгоценности так часто сокрыты в темных, опасных и труднодоступных местах: пещерах, зловещих сумрачных лесах или в пучине вод.
Степень нашего страдания в Тени прямо пропорциональна нашей склонности бежать от нее и с ней бороться. Данте обрел в своем сумрачном лесу великое благо и пережил глубокую трансформацию, но при этом он едва выжил. Тень обошлась с ним крайне жестко, поскольку он увиливал от нее десятилетиями, и, даже когда она сама за ним пришла, еще долго и яростно ей сопротивлялся.
Как это вступление в сумрачный лес выглядит на практике, в более прозаических терминах?
В точке бифуркации мы понимаем, что нам необходимо совершить переоценку ценностей и пересмотр собственного подхода к ключевым аспектам жизни. Мы — или что-то внутри нас — начинаем задавать себе вопросы о переменах, которые нам необходимы, и исследуем их. Тогда к нам приходят ответы, в том числе те, которых мы не ждали и не хотели. Эти ответы могут быть неприятны, ибо они очень требовательны — они указывают на работу, которую нужно проделать, и на неотъемлемый от нее риск, и на творческий дискомфорт усилия, и на то, чем нам нужно будет пожертвовать.
В тот самый момент, когда мы получаем неприятный ответ, мы и встречаемся с Тенью. Мы оказываемся перед выбором: как поступить дальше? Мы можем отбросить этот неприятный ответ и породивший его вопрос и переместить свое внимание на что-то еще. Или мы можем продолжить их исследование, несмотря на то что это не очень приятно.
Дальнейшее исследование требует мужества. Если мы продолжим его, мы рискуем прийти к однозначному выводу, что нам нужно сделать что-то тяжелое, а подчас и рискованное. Мы можем прийти к выводу, что необходимо зайти в сумрачный лес и отпустить что-то, за что мы давно и крепко уцепились. К такому выводу очень не хочется приходить, ведь, как только мы это по-настоящему сделаем, нам уже не спасти лицо, не придумать отговорку. Мы должны будем либо сделать это, либо признаться себе в собственной трусости и никчемности. Получить такой ответ — это большая ответственность; вот почему люди не любят исследовать неудобные вопросы. Пока вопрос и ответ не были тщательно исследованы, всегда можно спрятаться в тумане неопределенности и сделать вид, будто ничего серьезного не происходит и ничего делать не нужно.
Нам страшно отпускать былые ценности, цели и привычки. Мы поддаемся цеплянию и рационализируем его. Вдруг наш кризис — это никакой не зов, а просто болезнь, очередной мрачный период, и нам нужно всего лишь отвлечься и развлечься? Так думал и Данте. Вдруг мы вообще не годимся для иных ролей? Вдруг для нас будет лучше продолжить делать все по-старому, подавив в себе начавшийся процесс перехода?
Совершив все описанные здесь ошибки, Данте Алигьери, с высоты собственного опыта, призывает нас пройти через сумрачный лес, потому что в противном случае лес все равно придет к нам сам, и тогда наша встреча будет намного травматичнее.
К тому же призывает нас и Будда. Некогда он осмелился исследовать самые важные и неприятные вопросы из всех, а затем исследовать ответы на них. После этого он оставил привычный уклад своего богатого дома и отправился навстречу неизвестности, уязвимости, усилию, приключению, трансформации. Не нужно думать, что это было легко. Как и Данте, пройдя через свой сумрачный лес (а это заняло у него целых шесть лет), он обрел там «благо навсегда», причем благо самого высшего сорта, и его было настолько много, что он поделился им со всем миром.
Ничто из этого не станет возможным, если мы будем ограничивать свои поиски идиллическими лугами. Есть то, что необходимо сделать, увидеть и пережить, но это тяжело, мы боимся, и нам очень не хочется. И оно — по определению — располагается в Тени, ибо там располагается все, от чего мы увиливаем и что не можем принять. Мы сами, сознательно или же бессознательно, отнесли в Тень все неудобное. Теперь настала пора вернуть это. Вот почему без интеграции Тени невозможно собрать пазл жизни и рассчитывать на целостность, мудрость, силу, покой и подлинное счастье.
Но даже это еще не все. В Тени находится множество неприятных переживаний и разрушительных реакций, которые сами и напрямую могут не скрывать ничего ценного, однако каждый такой сгусток тьмы — это источник внутреннего напряжения и новых негативных переживаний. Это наши зависимости, страдания, страхи, когнитивные искажения, наша злость и фрустрация. Пока мы отвергаем их, мы не можем о них позаботиться, и процесс их мрачной эволюции продолжается. Отвергаемое страдание порождает еще больше страдания. Отвергаемый страх порождает еще больший страх.
Вторая половина жизни есть время, когда мы наконец-то можем уделить работе со своими негативными реакциями то внимание, которого она заслуживает, поскольку каждая повторяющаяся негативная реакция есть ограничение. Следовательно, каждая реакция, выведенная из Тени и гармонизированная, делает нас свободнее, целостнее и сильнее.
Важно понимать, что в Тень уходит не только то, что принято считать «темным». Тень не равна «злому в человеке». В Тень уходит все, что было отвергнуто и объявлено неприемлемым — независимо от знака, в том числе живость, радость, творчество, юмор, интеллект, мягкость, разумная твердость и способность говорить «нет». Все эти прекрасные качества — и многие другие! — бывают нами по тем или иным причинам отторгнуты. Мы запрещаем их себе или нас заставили их себе запретить. Последователи Юнга назвали этот вид Тени Золотой Тенью. В Тень уходит все, что не вписывается в наш привычный образ себя и кажется нам неправильным, недостижимым, недозволенным.
Если человек рос в семье, где любая претензия на то, чтобы выделиться, подавлялась насмешкой или наказанием, он может вытеснить свой талант, инициативность и яркость. По иронии сама его яркость окажется в Тени — не потому что плоха, а потому что опасна.
Личный путь Данте хорошо демонстрирует работу с Золотой Тенью. Он вступил в середину жизни изгнанником, потерявшим все: власть, родину, положение. Казалось бы, ему нечего интегрировать, кроме своей боли и своих пороков. Однако утрата внешнего статуса освободила в нем то, что было вытеснено годами политической борьбы и социальных амбиций — способность к интенсивному духовному поиску и глубину поэтического видения.
Когда Данте был приором Флоренции и участвовал в партийных интригах, его величайший дар находился в Золотой Тени. Хотя он уже был поэтом, его поэтический гений не мог раскрыться в тех условиях. Он оставался подавленным как непрактичный и неуместный в мире политики и служил скорее средством снискания новых почестей. Сумрачный лес и последовавшее за ним путешествие вернули Данте его подавленные золотые качества. Лишившись внешней власти, он обрел власть над словом и образом, создав произведение, которое на многие столетия пережило все флорентийские правительства. Это классический пример того, как кризис середины жизни может вернуть нам отторгнутые сокровища нашего ума.
Что бы ни оказалось в нашей Тени, все вытесненное рано или поздно предъявляет счет. Но не стоит бояться его оплатить, поскольку встреча с Тенью бывает не только болезненной, но и неожиданно радостной и освобождающей: в Тени человек обнаруживает силы и качества, о существовании которых он уже почти забыл.
Сердце нашей Тени
Содержание большинства наших кризисов и наших встреч с Тенью не универсально. Оно определяется тем, какой опыт человек наработал, какова его личность, что именно было подавлено и вытеснено в первой половине — а это в свою очередь во многом определяется тем, в какой культуре, в какой семье и с какой идентичностью человек жил. У каждого своя Тень, свой полдень и свое новое солнце.
Наряду с индивидуальными аспектами Тени есть область реальности, которая находится в Тени у всех людей…
<…>
Получить доступ к полной версии статьи и подкаста
Заказать новую книгу автора (2025 г.)