Из воспоминаний профессора, доктора сельскохозяйственных наук
Сельмана Лямеборшая (албанца по национальности), прожившего
долгую жизнь в Албании и России
27
Болезнь Сусанны и трагическая судьба Павлика
С этого дня Павлик стал жить со мной. Когда первый раз лег спать на мою узкую кровать, успокоил меня, объясняя, что спит очень спокойно и сейчас повернётся к стенке, и я даже не почувствую, что он рядом. Растроганный, я от души поцеловал его и велел быстро засыпать, потому что детский садик далеко отсюда и нам придется очень рано вставать. За первые три месяца, что Павлик жил у меня, Сусанна ни разу не позвонила и не поинтересовалась, как живет ее сын с отцом в общежитии. Лишь за неделю до ее дня рождения в конце сентября поехала в детский сад за сыном. Однако я заранее попросил воспитательницу никому не отдавать Павлика без моего согласия. Поэтому Сусанне отказались отдавать ребенка, тем более, что сам Павлик заявил ей, что он будет ждать папу, и мы втроем поедим в общежитие. Для Сусанны это было сильное потрясение, она заявила, что никто не имеет права не отдавать ребенка матери, что это заговор против нее. Далее последовали оскорбления в адрес воспитателей детского сада, и поскольку выражений она не выбирала, директор, недолго думая, вызвала милицию. Когда милиция забрала Сусанну в отделение, она заявила, что они пожалеют об этом, потому что она является женой известного албанского революционера. Когда меня разыскала милиция и в телефонном разговоре сообщили мне о том, что Сусанна находится в отделении за хулиганство, я был очень удивлен и объяснил им, что она больна и её нужно срочно показать психиатру. В конце разговора добавил, что мы разведены, и она не является моей женой. Больше вопросов ко мне у милиции не было.
В скором времени я узнал, что Сусанну положили в психиатрическую больницу с диагнозом шизофрения.
Прошла неделя, мы с Павликом поехали навестить Сусанну в больнице. Она выглядела плохо. Чувствовалось, что она принимает сильнодействующие препараты, поэтому была ко всему практически безразлична. Никаких эмоций от встречи с нами не выражала, хотя смотрела на Павлика и на меня прежним добрым и давно забытым взглядом. Когда мы собрались уходить, она попросила меня принести в следующий раз фотокарточку Павлика, сказав, что хочет, чтобы он всегда был рядом, и заплакала.
Павлик так и жил со мной в общежитии. К нему хорошо относились соседи по комнате. Особую поддержку мы ощущали со стороны Георгия Джурманского. Он, как опытный отец, часто давал советы по воспитанию сына и всегда старался помочь мне в готовке, уборке и даже принимал участие в развлечении сына. Скоро я почувствовал усталость от ежедневной работы и заботы о Павлике, но в тоже время ответственность за сына была превыше всего.
После Нового года меня пригласил к себе ректор академии ТСХА Иван Семенович Шатилов. Предложил отправить сына в один из лучших детских санаториев дошкольного возраста в подмосковном городе Звенигород, где его можно будет навещать в любое время. Объяснил мне, что принял такое решение по просьбе Валентина Григорьевича Нестерова, который рассказал о моих трудностях. «Кафедра заинтересована иметь способные кадры, – продолжал Иван Семенович, – а работать и ухаживать за сыном тяжело – можете сорваться. Мы не в праве, терять способных людей».
Слушая его, я просто не знал, как отблагодарить их за эту заботу, и с удовольствием принял предложение Ивана Семеновича.
Каждую субботу и воскресенье я ездил к Павлику в санаторий, а когда было нужно, навещал Сусанну в больнице. Пока ехал к Павлику, научился отключаться от происходящего вокруг, и не теряя даром времени, записывал мысли об отчете, о программировании будущих лесов опытно показательного лесхоза "Русский лес", а также делал наброски будущей диссертации.
Такая напряженная работа продолжалась почти 8 месяцев, пока Сусанна не вышла из больницы и ни забрала Павлика домой.
Теперь уже Павлика нет в живых. Когда он вырос, он стал похож на меня. Павлик был очень добрым человеком, с прекрасным чувством юмором. После окончания средней школы устроился работать на механический завод метрополитена фрезеровщиком. Он быстро освоил профессию, о чем говорили результаты его работы и приличные заработки. Он имел самую высокую квалификацию по своей специальности. Через год его забрали в армию. Служил он на Кавказе, в селе Кубачи, там же освоил ювелирное мастерство. Его работы удивляли даже специалистов своей изысканностью и необычностью форм. После окончания службы в армии Паша вернулся на тот же завод, в скором времени женился на миниатюрной блондинке по имени Марина, и через год у них появилась дочка Юля. Она росла сообразительным пытливым ребенком, безумно любила своего отца и в шесть лет уже умела писать и читать. Ее детские фантазии и способности всегда поражали меня, казалось, что ее ждет прекрасное будущее. Однако жизнь ее сложилась не очень счастливо по множеству причин.
Через 4 года в семье родился сын Роман, внешне очень похожий на Павла. Рос тихим послушным мальчиком, после окончания школы поступил в медицинский колледж, но настойчивости и трудолюбия ему явно не хватало, поэтому несколько раз бросал учебу, затем вновь приступал, но до сих пор так и не закончил образование. Мне же хочется надеяться, что он все-таки найдет свою дорогу в жизни.
Павел был творческим человеком, как говорят с "золотыми" рукам, и одно время был очень увлечен изготовлением ювелирных украшений, которые с удовольствием дарил своим близким. В какой-то момент попробовал делать ножи, что требовало определенного мастерства и навыка, а затем увлекся изготовлением пистолета. Его настолько захватил сам процесс работы над оружием, что о последствиях он не задумывался. Закончив работу, хотелось испытать пистолет и, достав патроны, поехали с другом на дачу. Постреляв по разным мишеням на даче у друга, пистолет решили там и оставить. Соседей, видимо, беспокоил звук выстрелов, поскольку Пашин товарищ довольно часто упражнялся, и они заявили в милицию. Последовал арест Паши и его друга, которого впоследствии отпустили.
Слушая на суде обвинительное заключение, я выступил с просьбой не отправлять сына в тюрьму, как требовал прокурор, а дать возможность работать и доказать, что никакого злого умысла в этом поступке Павла не было. Однако судья имела на этот счет другое мнение, и сына осудили на два года лишения свободы.
Пока Паша был в заключении, я помогал Марине и детям, и как мог поддерживал его. После года пребывания в колонии ему разрешили приехать на две недели к семье. Он уже тогда страдал хроническим бронхитом и после обследования врач выдал справку, что он нуждается в стационарном лечении. Павел отправил справку в колонию с просьбой оставить его на лечение в Москве. Ответ был положительным. Находился он в стационаре до окончания срока заключения и, таким образом, провел в колонии гораздо меньше полученного срока.
После возвращения Павла домой их отношения с Мариной совершенно расстроились, и в конечном итоге они развелись, а еще через какое-то время Паша стал жить гражданским браком с вдовой его трагически погибшего друга, Светланой.
Вскоре положение в стране изменилось, пришли времена перестройки, рынка, а значит и конкуренции. Нужно было как-то устраивать свою жизнь, и Павел решил открыть шиномонтажную мастерскую, а в качестве помощника пригласил своего друга. Светлана, в это же время, добилась открытия около шиномонтажа магазина необходимых средств и аксессуаров для легковых машин. Довольно быстро им дали разрешение на открытие магазина и мастерской, и уже через неделю стояла очередь из машин, которым необходима была техпомощь. Доходы такой бизнес приносил приличные; хватало для содержания и новой, и бывшей семей.
Работа была очень тяжелая, но постепенно Павел втянулся, и они вместе со Светланой смогли приобрести легковую иномарку, построить двухэтажную дачу, бассейн и баню на участке в 12 соток.
Павлик очень любил дачу и старался там проводить все свободное время, проявляя свои творческие способности в оформлении участка, постоянно его благоустраивая. Дача требовала немалых материальных затрат. Работать приходилось все больше и больше. Такую нагрузку тяжело было выдержать, и в конечном результате у Павла случился инфаркт. После выписки из стационара врачи запретили ему на полгода работать.
Он переехал жить на дачу, и понемногу работал на участке. Так продолжалось около полу года, а потом он снова вышел на работу и буквально через несколько дней умер от повторного обширного инфаркта прямо на рабочем месте. Павлик был замечательным человеком, надежным и преданным другом, и, к сожалению, прожил очень короткую жизнь. Когда я узнал о случившемся, для меня это был тяжелейший удар, который я едва перенес. И лишь поддержка всех моих родных и близких, и здесь в Москве, и в Албании, позволила мне все это пережить и достойно проводить своего любимца в последний путь. До сих пор не могу оправиться от этой потери. Постоянно тоскует о нём душа.
Я сделал небольшое хронологическое отступление, теперь снова возвращусь в шестидесятые годы, ко времени учебы в аспирантуре. В написании диссертации у меня появились некоторые трудности, главная из них заключалась в неумении заполнять матрицу проектирования будущих лесов. Не мог мне в этом помочь и Валентин Григорьевич. После шестого месяца аспирантуры мы встречались с ним практически каждый день и все время обсуждали один и тот-же вопрос: какая информация и в каком виде нужна для заполнения матрицы. Меня с каждым днем все больше посещала тревога. Я стал сомневаться: смогу ли справиться в отведенные сроки с диссертационным заданием. Главный инженер "Союзгипролесхоза" представил мне более 1000 результатов анализов по всем разновидностям почвы, которые могли служить ограничивающим фактором для породного состава, но как их использовать, я не знал. В один из дней, Валентин Григорьевич сказал мне, что завтра в академию приедет заведующий кафедрой экономической кибернетики академии имени Плеханова с лекцией "Составление и решение оптимизационных задач в сельском хозяйстве" и попросил сообщить ему о результатах прослушивания.
Продолжение следует.
Храм Рождества Иоанна Предтечи в д. Калистово Пушкинского г. о. Московской области нуждается в помощи. Денежные средства можно пересылать на номер телефона 89647712326 (Людмила Александровна Макрецова), который привязан к банковской карте, или на расчетный счет:
ИНН / КПП
5038014869 / 503801001
МЕСТНАЯ РЕЛИГИОЗНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ "ПРАВОСЛАВНЫЙ ПРИХОД БОГОЛЮБСКОГО ХРАМА Г.ПУШКИНО СЕРГИЕВО-ПОСАДСКОЙ ЕПАРХИИ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ (МОСКОВСКИЙ ПАТРИАРХАТ)"
ПАО Сбербанк
Рас. Счет 40703810740170110034
БИК 044525225
К. Счет 30101810400000000225
/В сообщении указать, что для храма Рождества Иоанна Предтечи в Калистово/
Подробно об этом храме сообщалось в статье «В гостях у матушки Иоанны», которая публиковалась на нашем канале в прошлом году.
Просим оказать помощь авторскому каналу. Реквизиты карты Сбербанка: 2202 2083 9687 0827