Втоптанная в говно любовь — это война на уничтожение.
Презрение к самому себе через убийство таких же, как я.
Войны придумали суки, нисколько не похожие на волков.
Я понял это слишком поздно, вгоняя в сердце последнюю пулю.
На фронте без перемен...
Шевелятся черви на вздутых трупах.
В минуты затишья перечитываем письма убитых врагов.
На фронте без перемен...
Питаемся падалью, присыпая тлен солью.
Спим, не смыкая глаз. Клацаем, словно зубами, затворами ружей.
На фронте без перемен...
Командиры прячут от нас глаза и газеты.
В них крамола и шёпот предателей. Змеи сомнений ползают по окопам.
На фронте без перемен...
Безуспешно пытаемся вспомнить на фотографиях своих жён. Но их улыбки не воскресят из могил наши души.
На фронте без перемен...
Не хочется думать о том, что завтра придётся думать. Выползать из скорлупы чужого себя. Как-то заглядывать в зеркало.
На фронте без перемен...
Спирт, сухари и махорка по кругу.
Слёзы, отчаянье, боль — всё прячут внутри.
Здесь никто никому не нужен.
На фронте без перемен...
Забвение приходит с атакой. И похмелье после боев.
Бинты и награды. Кресты и распятья. Но выбор для всех один.
-----------------------------------------------------
Втоптанная в говно любовь — это война на уничтожение.
Презрение к самому себе через убийство таких же, как я.
Войны придумали суки, нисколько не похожие на волков.
Я понял это слишком поздно, отворив волчью кровь.
На фронте без перемен...
«Сборщики манекенов» Цикл «Одинокая стальная пуля» ©2025