МАШКИНЫ КАЧЕЛИ. (18 ЧАСТЬ).
Ничего Маша не замечала вокруг себя, ничего не беспокоило. Она влюбилась в нового знакомого, того самого любителя картошки, который дотащил тяжёлые торбы до дома. Девушки поблагодарили помощника, отсыпали ему в пакет клубни картофеля.
На следующий день он ждал их возле парадной с коробкой в которую упаковывают торты.
Алёна аж присвистнула-"Ты глянь, парниша то на кого-то из нас запал".
Маша подумала, что явно он запал на Алёну, но ошиблась.
Парень широко улыбнулся, выставил вперёд себя торт:
–Девчонки, а я к вам. Спасибо, что выручили меня вчера. Жрать так хотелось- сказал он.
–А сегодня, что богач? –иронично спросила Алёна.
–Сегодня да. Мне удалось попасть на разгрузку вагонов.
–Ааа, понятно. И ты решил испортить нам фигуры?
–У вас отличные фигуры и их ничем не испортишь.
Алёна многозначительно посмотрела на Машу. Решать ей. Пригласить домой на чай с тортиком или забрать сладкое, шаркнуть ножкой и адью.
Маша растерялась. Как отреагирует тётушка?
"А, была не была"-подумала она.
–Я думаю, что от одного кусочка мы сильно не разжиреем. Меня, кстати, зовут Марией, а её Алёна –приветливо сказала Маша.
–Очень приятно, Антон. Так что, будем стоять или пригласите в гости?
–Да, да, конечно, прошу в дом. Учтите, дома тётушка, дама строгих правил, так что если спросит, то мы сто лет знакомы и ты учишься в пединституте.
–Во как? Ладно, пед так пед. Идём?
Троица направилась в парадное. Антон придержал дверь, пропуская девушек и это очень понравилось Маше.
В прихожей Маша крикнула-. " Бронислава Борисовна, у нас гости, наш сокурсник Антон".
Бронислава Борисовна выплыла из своей комнаты в длинном домашнем платье, слегка надушенная, в шёлковой чалме, которую купила в Пицунде и носила очень редко, только в сильную жару.
"Добрый день, молодой человек. Я Бронислава Борисовна, старшая в этом доме" –сказала тётушка подняв подбородок и прищурив глаза.
Антон на мгновение растерялся. Тётушка умела взглядом заставить трепетать перед нею. Маша удивлённо посмотрела на Брониславу. Тётушка словно вернулась прежней строгой учительницей, словно не было двух лет болезни и немощи.
"Рад знакомству. Меня зовут Антон Петров" –ответил парень придя в себя.
А потом они все вместе пили чай с тортом. Вернее молодёжь уплетала бисквит с масленым кремом, а тётушка пила пустой, жидкий чай, так как врачи запретили заваривать крепко, как любила тётушка.
Беседа текла плавно. Бронислава Борисовна задавала вопросы о семье Антона, местный ли он, какие у него планы на будущее.
Антон отвечал довольно бойко-" Да, местный. Родился и вырос на Петроградской стороне. Имеет матушку и сестру. Отца к сожалению нет. Он ушёл от мамы много лет назад, так что он мужчина в доме. Планов пока не строит, так как пока учится и неизвестно, что там завтра будет. Страна меняется на глазах и в не лучшую сторону".
Бронислава удовлетворенно кивала. Ей нравился ход мыслей этого парня.
После чаепития Антон откланялся, попросив украткой у Маши телефон.
После ухода гостя тётушка снова сгорбилась, сдулась, стащила с головы чалму.
"Чертова чалма, так виски сдавила, чуть не померла, но не выходить же к гостю с немытой головой" –проворчала тётушка и уже с иронией добавила–"И на кого из вас он запал? "
Девушки переглянулись, пожали плечами.
"Я думаю, что на Алёну" –ответила Маша.
Через день он позвонил. К трубке подошла Алёна, послушала, прикрыла рукой динамик и крикнула - "Маша, иди сюда".
Маша выглянула из кухни где чистила картошку на пюре:
–Что случилось?-спросила она.
–Антон зовёт тебя на прогулку-прошептала Алёна и сунула растерявшейся Маше трубку.
–Алло –проблеяла Маша.
–Привет. Это Антон. Не хочешь прогуляться немного перед сном.
–Кто? Я?
–Да. Именно ты.
–Можно.
–Тогда через час выходи. Я буду ждать.
–Хорошо.
Маша положила трубку. Ноги как-то сразу стали ватными, на висках выступил пот.
–Алёна, что мне делать? Антон зовет на свидание.
–Как что? Бегом в ванную, умыть рожу и на макияж. Кстати, можешь надеть мою кофточку, ну ту зелёную.
–Никакой зелёной кофточки. Машка тёмненькая, а лицо бледное. В зелёном она будет похожа на заплесневелый сыр. Пусть возьмёт мою бордовую водолазку и наденет джинсы. Вечерами прохладно–крикнула из комнаты тётушка.
А Маша стояла столбом в растерянности. Алёна затормашила её, подтолкнула к ванной комнате, сбегала за водолазкой к Брониславе , вытащила джинсы, протерла Машины поношенные кроссовки, кинула их назад в обувницу, выставила свои туфли-лодочки. Это была самая приличная пара обуви в её гардеробе.
Разряженная в лучшие вещи, надушенная "Шанелью" тётушки, с причёской волосок к волоску и янтарным кулоном Бронеславы поверх водолазки, Маша выглядела взрослее и очень привлекательно.
"Маша, тебе идут водолазки и брюки. Твой стиль. Главное не разжираться, чтоб под облегающей тканью не проступали складки жира. Бедра у тебя узкие, попка аккуратная, это стоит подчеркивать. Да не красней ты как тургеневская барышня. Надо показывать достоинства и скрывать недостатки" –резюмировала тётушка.
Маша покрутилась возле зеркала. И правда сегодня она была прелесть как хороша. Чмокнув тётушку в щёчку и пообещав вернуться не поздно, выскочила за дверь с трепещущим сердцем.
Антон стоял возле парадного. Он окинул Машу одобрительным взглядом:
–Привет. Ты сегодня прекрасно выглядишь- сказал Антон протягивая ей веточку начинающей распускаться сирени.
Маша чтоб скрыть смущение спрятала лицо в нежно пахнувших цветках.
–Ну что, идём?-спросил он.
–Куда?
–Куда пожелаешь. Хочешь на Невский поедем?
–Там суетно. Туристы, валютчики, всякие мутные личности.
–Тогда давай на Каменный остров.
–Я там никогда не была.
–Вот и отлично. Я знаю множество интересных мест где не толкутся туристы, нет мутных личностей и есть на что посмотреть.
Маша потеряла счёт времени. В Питере с началом мая темнело поздно, приближались белые ночи.
Они гуляли по городу и разговаривали. Вернее Антон задавал вопросы, а Маша отвечала. Для себя она решила, что больше никогда не будет врать. Однажды это плохо кончилось. Она рассказала о себе, о тётушке, об Алёне, о своих родителях.
Антон очень удивился, что Алёна всего лишь Машина подруга.
"Надо же, а я думал, что вы сестры, хоть и не похожи. Бывает же такое, что дети разные. Одна в папу, а другая в маму. Так и не скажешь, что она вам с тётушкой не родня. Так по-свойски держится, тобой командует в хвост и гриву"- удивлялся он.
Маша немного обиделась за подругу и ответила, что Алёна ей почти как сестра и тётушка её любит, зовёт доченькой и вообще если бы не Алёна они бы пропали.
" Ты просто не знаешь какая она хорошая и вовсе она меня не гоняет, а воспитывает"–с жаром сказала Маша и немного надула губы в обиде.
Антон взял её за руку и примирительно пожал.
"Не злись. Мне просто так показалось" –прошептал Антон и неожиданно для Маши поцеловал её пальчики.
У Маши подкосились ноги от такой нежности. Ей ни кто ни когда не целовал руки.
Антон доставил Машу к парадной, взяв с неё обещание, что завтра она снова пойдёт с ним на свидание.
"Машенька, завтра, на этом же месте я буду стоять и ждать с трепетом когда ты выйдешь. Потом наберусь наглости и поцелую тебя в губы. Долго-долго, пока у тебя не закружится голова" –сказал Антон глядя на её пухлые губки.
Маша опустила голову и прошептала–"Можно не ждать завтра".
Это было приглашение к действию. Антон всё понял, обнял Машу за талию, притянул к себе, впился в её губы поцелуем.
У неё действительно закружилась голова. Она даже забыла, что у неё стерты пятки Алениными туфлями, которые ей были слегка маловаты.
Дома на неё налетела Алёна:
–Где ты шляешься? Тётушка нервничает. Между прочим почти полночь!
–Алёна, прости, я потеряла счёт времени. Мы целовались и я кажется влюбилась.
–Дура ты. Влюбчивая дура. Разок поцеловал и всё, люблю и жить без него не могу.
–Именно так. Люблю и жить без него не могу. Кстати, хватит мной командовать. Я сама решу с кем мне встречаться и в кого влюбляться.
Алёна опешила. Всегда покорная Маша взбунтовалась.
–Ладно-ладно, дело твоё, но чтоб домой не позже одиннадцати.
Алёна просто так не собиралась сдавать позиции.
Весь май и начало лета Антон и Маша встречались почти каждый день. В дни когда он шёл на подработку, разгружать вагоны, она грустила и слушала грустные песни, от чего Алёна бесилась.
"Маша, да выключи ты эту Буланову. Тошнит уже от неё" –ворчала подруга.
А Маша ни на что не реагировала. Она тосковала без любимого.
Тётушка примирительно говорила–"Алёна, отстань ты от неё. Любовь сродни болезни и я склоняюсь к мысли, что неизлечимой".
Бронислава Борисовна стала сентиментальной. Вспоминала себя юной и влюблённой.
Маша еле-еле закончила первый курс, закинула конспекты куда подальше. Впереди всё лето и ни что не будет отвлекать её от Антона.
Продолжение следует...