Как создать образ современного защитника. Интервью с Александром Малькевичем
«Белгородская правда» поговорила с экс-депутатом, который ушёл на СВО, о патриотическом воспитании детей и молодежи
Около двух месяцев назад журналист, телеведущий и общественный деятель Александр Малькевич сложил депутатские полномочия и подписал контракт с Минобороны РФ.
Ищем примеры для подражания
— Долгое время из нашей культуры уходил образ героя-патриота. Прежние идеалы вроде Павки Корчагина, Маэстро из «В бой идут одни «старики» или Алексея Маресьева остались в советском прошлом. На ваш взгляд, когда именно произошёл этот перелом? И почему современное искусство так долго не создавало новых масштабных образов защитников Родины?
— Перелом случился на рубеже 1990-х: вместе с распадом СССР в прошлое ушли и его символы. Но и сегодня мы сталкиваемся с серьёзной проблемой. Массовая культура практически не предлагает ярких образов участников СВО, которым хотелось бы подражать.
Для меня это болезненная тема. В 2024–2025 годах я регулярно выступал перед самыми разными аудиториями: студентами, слушателями региональных программ «Время героев», инструкторами центров «Воин». Каждый раз просил слушателей назвать хотя бы пять участников СВО, известных всей стране. К сожалению, сделать это могли единицы.
— А сейчас ситуация изменилась, чьи имена сейчас на слуху у молодёжи?
— На пятый год СВО сформировался список героев, часто упоминаемых в СМИ и хорошо известных молодым людям. Среди них: Владислав Головин – гвардии капитан морской пехоты с позывным Струна, Герой России; Апти Алаудинов – командир спецназа «Ахмат», Герой России; Ахра Авидзба – первый командир интернационального отряда (затем батальона и бригады) «Пятнашка» (ныне входит в состав Добровольческого штурмового корпуса Минобороны РФ), Герой ДНР; Владимир Жога – командир отдельного разведывательного батальона «Спарта» ДНР, Герой России и его отец Артём Жога – сейчас полпред Президента в Уральском федеральном округе, Герой ДНР. Экипаж танка «Алёша» – четверо военнослужащих 127-й мотострелковой дивизии, прославившихся благодаря легендарному бою 6 июня 2023 года на Запорожском направлении. Все они удостоены звания Героев России.
Однако стоит отметить важную проблему. После Великой Отечественной войны эффективно работала система популяризации героев. Подвиги Маресьева, Кожедуба и Жукова были на слуху, о них писали книги и снимали фильмы. Сейчас этого нет. Информация о героях часто ограничивается краткими, сухими сводками в каналах мессенджеров или региональных СМИ. И на этом всё.
Деятели культуры часто оправдываются тем, что осмысливать события СВО ещё рано – мол, это нужно будет делать лишь спустя десять лет после её завершения. Это серьёзная болевая точка. В годы Великой Отечественной войны кинематограф оперативно создавал духоподъёмные картины: «Два бойца», «Парень из нашего города», «Небесный тихоход». У нас же подобные проекты появляются робко. Например, недавно вышел вполне неплохой фильм «Малыш», но этого крайне мало.
Необходимые шаги
— В условиях, когда молодёжь ориентируется на героев из голливудских фильмов и компьютерных игр, какие шаги необходимо предпринять для формирования новых, отечественных образов героев?
— Не так давно наконец‑то появились компьютерные игры – тактическая стратегия «Отряд 22: ZOV» и «Куинджи, 93». Также события, происходящие на СВО, стали вплетать в сериалы. Наверное, сейчас нельзя обойтись и без художественных книг. Особенно нужны для молодёжи малые жанровые формы: рассказы, повести, чтобы герои быстро запоминались. Это должны быть живые истории про бойцов, где героизация переплетается с юмором на войне, а завершается повествование описанием подвига.
— Обязательно с юмором?
— Конечно, без него же невозможно на войне, иначе ты свихнёшься совсем, особенно на пятый год. Я здесь говорю не об анекдотах, а о здоровом армейском юморе.
— Сейчас утверждают, что патриотизм нужно воспитывать с детского сада. А какие жанровые формы для малышей вы могли бы посоветовать?
— Совершенно очевидно, что это раскраски, комиксы, пазлы и выпуск игрушечных солдатиков. Сейчас реализуется уникальный выставочный проект «Сквозь века. СВО», создающий живую связь между историей Отечества и современностью. Он представляет собой коллекцию из более чем 150 детализированных миниатюрных фигур. Каждая из них создана методом 3D-сканирования и фотополимерной печати с поразительной точностью. Это не абстрактные персонажи, а реальные люди: участники СВО, военкоры и волонтёры. Никто же не мешает сделать на этой основе анимационный сериал из коротких мультиков.
— То есть вы предлагаете с разной аудиторией разговаривать на удобном и доступном для неё языке. А как вы думаете, какие формы диалога с молодёжью сейчас не работают?
— Например, выступление героя с 45-минутной лекцией. Ни один подросток столько не выдержит. Это же ещё нудно, если только оратор не окажется по‑настоящему хорошим. А это бывает редко. Но тут есть и другая беда: в целом ряде регионов по школам ходят вообще непонятные люди со странными наградами с маркетплейсов в 5–6 рядов на камуфляжной форме. А приглядишься – там пара ведомственных медалей от Минобороны, а все остальные выполнены по заказам «от хороших людей – хорошим людям». Но это тема для отдельного материала.
Не для галочки и без формализма
— Сегодня в школах внедрили различные патриотические инициативы: от «Разговоров о важном» и нового предмета ОБЗР до создания военно-патриотических клубов. Как, по вашему мнению, масштаб этих мер соотносится с реальным результатом?
— Главное, чтобы всё это проводилось увлечёнными людьми и без формализма. Если честно, меня даже угнетает аббревиатура ОБЗР. Половина граждан не ответит, как она расшифровывается. Почему бы не назвать предмет «Защита Родины»? Это и просто, и понятно. Да, создаётся много всего. Но хочется, чтобы не было размывания смыслов, а техническая оснащённость соответствовала современным запросам, чтобы подросток полностью погружался в тему и проникался ею. Иначе это не работает – точно так же, как музей без увлечённого экскурсовода.
— Вы говорите о музеях, посвящённых СВО?
— Да. Было бы отлично открыть интерактивное и увлекательное пространство в каждом регионе. Изучение истории СВО важно начинать с её предпосылок, обязательно добавляя местный компонент.
Сейчас в России работает уже 27 таких площадок «Россия – моя история», включая Москву, Нижний Новгород, Саратов, а также новые территории в ДНР и ЛНР. Однако всего в составе страны 89 регионов, так что есть к чему стремиться.
В качестве образца стоит взять столичный Музей Победы или иммерсивную экспозицию «Пропавшие в кинохронике» в пятом павильоне «Ленфильма» в Санкт-Петербурге. Последний проект – не классическая выставка восковых фигур, а масштабная историческая инсталляция, посвящённая фронтовым корреспондентам Великой Отечественной войны. Подобный опыт необходимо перенимать и развивать.
— Как в нашем обществе побороть работу для галочки?
— Ещё одна боль. Пятый год идёт СВО, а часть России делает вид, будто ничего не происходит. Мне возразят, что люди надрываются, помогая фронту. Однако, по моим ощущениям, реально вовлечены только бойцы, их семьи, волонтёры и жители приграничья – это примерно 20 %. Остальные сочувствуют молча или участвуют формально.
Основная претензия у меня к журналистам. Возможно, они не виноваты, когда транслируют сухие пресс-релизы: пришёл 59-й гуманитарный конвой, а на фото – фура, мешки и коробки.
Но если освещать эту тему, то аудитория должна получать глубокие, живые материалы. Важно показывать, кто отправил груз, что внутри, кому он предназначен и как именно поможет. Нужны интересные детали с продолжением: бойцы получили помощь, и она им пригодилась. Покажите, как обустроили блиндаж, куда постелили ковёр, который прислала условная Анна Матвеевна из Сибири. В основе должна быть человеческая история. Вместо этого мы видим лишь сухие отчёты о том, кто и как приобщился к поддержке. А отсюда – только усталость и непонимание.
Почему именно «Ахмат»
— Что лично вы можете сделать для решения этой задачи? И как повлиять на молодых коллег?
— Только личным примером. Находясь среди бойцов и общаясь с удивительными местными жителями, я испытываю потребность рассказывать о том, что мы переживаем, и запечатлевать происходящее. Времени, к сожалению, критически мало. Выдаются свободные часы только по ночам: в это время я делаю наброски, пишу заметки и рассказы. Если останусь жив, обязательно хочу написать книги и снять фильмы, где образ героя будет подан правильно – таким, каким его должен увидеть массовый читатель и зритель.
— У меня возник вопрос: при подписании контракта вы изначально решили идти в подразделение специального назначения «Ахмат» или это случайность?
— Два месяца я нахожусь здесь, в белгородском приграничье. Конечно, мог бы пойти к командиру «Пятнашки», херсонским маргеловцам или в гвардейский Ленинградский полк. Кстати, я был летописцем моих земляков (Малькевич из Санкт-Петербурга – прим. авт.) и знаком там со многими подразделениями. Но всё перевернула встреча с Апти Алаудиновым. Харизма командира увлекает, и понимаешь, что тебе с ним по пути. В «Ахмате» я встретил столько удивительных людей! Это действительно семья, содружество бойцов разных национальностей и вероисповеданий. Причём здесь служат не только мусульмане и православные, но и буддисты. И все мы объединены общими задачами, которые стоят перед нашей страной.
— Мы встречались с вами ранее на журналистских форумах. Знаю, что у вас был позывной Писатель. Сейчас он изменился? Если да, то почему? Ведь именно сейчас для вас открылось время истинного писательства – такой глубокий материал рядом.
— С 2022 года мой прежний позывной фигурировал в разных пропусках в приграничье и на передовую. Я не был военнослужащим, но как общественный деятель волонтёрил, приезжал в Шебекино. А как военкор бывал на позициях у ребят «за лентой». Когда попал сюда, мне сказали, что у нас уже есть несколько парней с позывным Писатель, и попросили подобрать новый. Думал взять Коллекционер, но его трудно выговаривать, нужно было что‑то покороче. Мне говорят: «Ты – журналист, пропагандист, преподаватель, будь Лектором. Вот теперь у меня позывной, который подтверждает четвертьвековой стаж вузовской работы. Тем более что сейчас я кандидат наук. И пришёл в армию с должности доцента.
В свою очередь, редакция «Белгородской правды» желает Сан Санычу с позывным Лектор беречь себя и вернуться домой живым и здоровым!
Беседовала Елена Ховхун