Зимой 1943 года в боях под Ленинградом в руки советских солдат попал необычный немецкий танк. Экипаж в спешке бросил его в торфянике, не успев взорвать или повредить ни один важный узел машины. Вначале по тактическому знаку на броне в виде белого мамонта советские солдаты путали его с другими машинами, но вскоре этот зверь обрел знакомое всем название — «Тигр».
Шутки по поводу названия после полигонных испытаний трофея сменились серьезностью, а затем и вовсе недоумением. Выяснилось, что броня «Тигра» не пробивалась на приемлемом расстоянии ни одним орудием, бывшим на тот момент на вооружении Красной Армии, включая 76-миллиметровую пушку основного танка Т-34.
На экстренном совещании у Сталина повисла гробовая тишина. Всем было ясно: летом с немцами предстоят решающие бои, в которых те по максимуму используют новейшие образцы тяжелой бронетехники.
Вариантов на земле было немного — например, срочно возвращать в серию противотанковую пушку Грабина ЗИС-2. Её производство свернули в конце 1941 года по парадоксальной причине из-за избыточной мощности. Тогда у немцев просто не было танков с такой броней, и пушку посчитали излишне дорогой. Но пока заводы заново разворачивали линии под ЗИС-2, требовалось найти принципиально новое, быстрое и дешевое решение.
Решение из эвакуации: «Сталинский секрет»
Выход нашел талантливый ленинградский инженер Иван Ларионов. Его конструкторское бюро было эвакуировано из осажденного города и работало на нужды фронта. Раз в лоб новые немецкие танки было не взять, Ларионов предложил атаковать их в самое уязвимое место сверху, с воздуха.
Так появилась ПТАБ — противотанковая авиационная бомба. Она представляла собой небольшой полуторакилограммовый кумулятивный заряд. При ударе о броню направленный взрыв формировал тонкую струю колоссального давления. Двигаясь со скоростью до 10 километров в секунду, эта струя не плавила, а буквально раздвигала металл, прошивая крышу танка толщиной до 70 миллиметров. Внутри машины кумулятивный поток мгновенно поражал мотор, экипаж и приводил к детонации боеукладки.
Новое оружие держалось в строжайшем секрете. Сталин лично запретил применять ПТАБы поодиночке, чтобы немцы не разгадали секрет раньше времени. Ставка ждала генерального сражения.
«Эффект сита» на Курской дуге
Час Х настал на Курской дуге. ПТАБы укладывались в специальные кассеты штурмовиков Ил-2. Один самолет брал на борт от 192 до 280 таких бомб. При сбросе они вылетали сплошным потоком, образуя в воздухе своеобразное градовое облако. Летчику не нужно было целиться в конкретный танк — штурмовик просто летел вдоль немецкой колонны, а ПТАБы засыпали площадь 15 на 200 метров, накрывая сразу несколько машин.
Для германских войск это стал шокирующий сюрприз. По советским фронтовым отчетам, в одном из эпизодов на Курской дуге штурмовики за одну бомбардировку вывели из строя этими боеприпасами 39 из 44 сожженных танков противника.
В первых рапортах немецкие генералы докладывали наверх, что русские применили неизвестное термическое оружие или струю жидкого пламени. Аккуратные прожжённые отверстия в броне ставили немецких техников в тупик — они не сразу поняли, что их уничтожает копеечный кумулятивный заряд, сброшенный с воздуха.
Чтобы ПТАБ копейка в копейку оправдывала звание оружия победы, советские инженеры максимально упростили корпус и стабилизаторы, сделав их штампованными из дешевого железа. При этом на главном взрывчатом веществе не экономили: мощная тротилово-гексогеновая смесь шила немецкую броню как масло. Дешевизна конструкции позволила запустить конвейер на полную мощность. Только в Курской битве было использовано полмиллиона ПТАБ, а всего за годы войны заводы выдали астрономическую цифру — около 14,6 миллиона штук.
Почему «чудо-оружие» потеряло абсолютную силу?
Был у этого эффективного оружия и весомый недостаток, вызванный тактикой и взаимодействием родов войск. Чтобы ПТАБ накрыла цель, вражескую колонну нужно было вовремя обнаружить.
Вот тут и начинались проблемы. За всю войну специализированная советская разведывательная авиация совершила в два раза меньше вылетов, чем немецкая. У Люфтваффе был знаменитый двухбалочный самолет-разведчик «Фокке-Вульф» Fw 189, который фронтовики называли Глазом или Рамой. Рамы буквально зависали над советскими позициями, фиксируя любые передвижения. В СССР специализированный аналог Су-12 разработали слишком поздно, и на протяжении большей части войны массового корректировщика такого класса у нас не было.
Кроме того, немцы быстро адаптировались к советской новинке. Буквально через несколько дней после начала Курской битвы они перестали ходить плотными колоннами, увеличив дистанцию между танками до 100 метров. Эффективность коврового сброса ПТАБ снизилась, а на крыши башен немецкие танкисты начали судорожно варить самодельные сетки и решетки, чтобы вызвать детонацию кумулятивной струи до брони.
Тем не менее, ПТАбы внесли колоссальный вклад в Победу. Наравне со знаменитыми тяжелыми самоходками СУ-152 они стали главным и самым неожиданным ответом советских инженеров на хваленую бронетанковую программу Рейха.
Как вы считаете, почему в послевоенных фильмах и книгах про ПТАБы незаслуженно забыли, оставив всю славу пушкам и танкам? Поделитесь вашим мнением в комментариях, давайте обсудим!
На этом канале я разбираю не только ВОВ, но и другие великие военные противостояния. Сейчас я публикую свой исторический роман о Тридцатилетней войне (эпоха мушкетов, пик и тотальной наёмнической дипломатии XVII века). Там герои выживают исключительно за счёт такой же хладнокровной тактики и военной хитрости.
➡️ Если вы любите настоящую, честную и детальную военную историю — переходите к моему роману: [Ссылка на книгу] и подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые разборы!