Предупреждение от автора!
В этой истории вас ждут мрачные легенды и пугающие описания того, как буйство природы влияет на человека и окружающий мир. Если вы впечатлительны и не любите жуткие подробности, лучше пропустите этот текст.
Перейдите на главную страницу моего профиля — там в навигаторе вы легко найдете другой рассказ по душе!
В прошлом году я решил устроить себе некий финальный «забег холостяка»... Попутешествовать перед тем как сделать предложение своей девушке и подумал что на всякие острова и туристические места можно и с женой поехать, а одному надо съездить куда‑нибудь, где нет толп туристов с селфи‑палками... Никаких турецких отелей «всё включено»!
Я купил хороший гравийный велик, палатку, закинул рюкзак на плечи и улетел в Румынию. Хотелось романтики глухих карпатских деревень, горных пейзажей... Ага, романтики я хлебнул столько, что до сих пор, как туман вижу, передергивает..
Коротко, почему я выбрал Румынию... В детстве я очень любил фильмы про вампиров, читал книги и вообще эта вампирская тематика меня всегда очень увлекала.
В общем, качу я на велике по Трансильвании, но не по тем местам, где замок Дракулы и где на каждом шагу сувениры с клыками продают, а забираля я прямо в глушь, ближе к ущелью Биказ... По дороге пару раз спрашивал у местных про красивые дикие места — все кивали в сторону гор и говорили что‑то про «Красное озероу». Звучало загадочно и очень "нетуристично"... А местные еще масло в огонь подливают, мол, долго там находиться нельзя, опасно! Но я-то подумал, что они специально это говорят... Накидывают вуаль таинственности на все... Короче, решил ехать туда во что бы то ни стало...
И вот под вечер третьего дня добираюсь я до этого озера... Место, конечно, визуально — просто отвал всего... Представьте: со всех сторон отвесные серые скалы, огромные мрачные ели, а из самой воды торчат сотни мёртвых, высохших стволов деревьев, будто какой‑то затопленный ведьмин лес... Мрачно, но жутко красиво!
Я специально выбирал маршруты подальше от туристических троп, чтобы никаких отзывов на форумах, никаких отметок в соцсетях, меня вела только старая бумажная карта и интуиция...
У озера я заметил ржавый знак с выцветшими буквами на румынском, я сильно не понял, что‑то про «опасность», кажется... Но рядом красовалась стрелка с надписью «Вид на озеро — 2 км», и я решил, что предупреждение относится к крутому склону. В конце концов, если бы место было реально опасным, здесь висели бы плакаты с черепами, верно?
Днём озеро казалось совершенно безобидным... Я сидел на берегу, обедал бутербродами и любовался, как солнечные блики играют на мёртвых стволах, торчащих из воды подобно мачтам затонувших кораблей. Густой хвойный лес обступал берега, отражаясь в воде идеальным зелёным зеркалом. Если бы я почувствовал хоть намёк на опасность, конечно, ушёл бы подальше... Но всё выглядело очень мирно…
Я знал что с этим местом связана одна мрачная легенда.... Мол, в девятнадцатом веке тут рухнула скала, завалила целую деревню вместе с жителями, и из их слёз и крови образовалось это озеро. Ну, я парень с высшим образованием, в сказки про Дракулу и проклятия не верю, подумал: «О, отличная локация! Поставлю палатку прямо у воды, ночью сделаю крутые фотки, чтобы показать любимой».
К лагерю я подошёл основательно — выбрал ровную полянку метрах в десяти от кромки воды, установил палатку, привязал велик к дереву... Сварил на горелке ужин, поел... В горах стемнело моментально... Тишина стояла нереальная, только вода о брёвна тихонько билась... Ну, я залез в спальник и вырубился.
А проснулся я где‑то в час ночи... Знаете это чувство, когда просыпаешься не от звука, а от того, что в организме что‑то идёт не так? Первое, что я почувствовал — меня дико тошнит, вот-вот вывернет на изнанку... Голова тяжёлая, будто по ней подушкой ударили, а во рту — жуткий вкус ржавого железа, прямо как будто я гвоздь раскусил!
Я выполз из палатки на карачках и сильный спазм тут же скрутил мне внутренности... Кое‑как пришёл в себя, вытер рот, огляделся — и вот тут мне стало по‑настоящему страшно...
Над озером стоял туман.... Но не обычный белый туман, который бывает по утрам у реки - этот был какого‑то странного, грязно‑багрового, кровавого оттенка. И он не рассеивался, а плотным таким слоем полз от воды прямо к моей палатке, а само озеро… оно как будто закипало. Вода бурлила, на поверхность поднимались огромные пузыри, которые лопались с противным шипением. И в этом шипении мне начал чудиться… плач... Реально, как будто куча людей где‑то глубоко под водой тихонько воют и умоляют о помощи!
Люди, я не трус, но в тот момент у меня все предохранители в голове перегорели... Рассудок просто отключился. Перед глазами плывут круги, уши заложило, сердце колотится где‑то в горле, а мозг орёт: «Беги! Спасайся! Они идут за тобой!» Я даже реально начал видеть в этом багровом дыму какие‑то силуэты, которые тянули ко мне руки. "Привет, - думаю. - Допутешествовался, сейчас меня тут ведьмы на сувениры разберут!
Я на автомате бросаюсь к велику, на ходу натягиваю налобный фонарик, руки трясутся, ключ от замка вставить не могу... Кое‑как отстегнул, пытаюсь схватиться за руль, и тут пальцы натыкаются на что‑то липкое... Фонариком свечу — а вся цепь, руль, тормозные диски и даже металлические заклёпки на моём дорогом рюкзаке покрыты густым, тёмно‑красным налётом. Один в один как засохшая кровь! Налёт аж хлопьями отваливается!
Тут у меня окончательно сорвало крышу... Я бросил велик, бросил палатку со всеми вещами, схватил только телефон и побежал вверх по склону, к автомобильной трассе, до которой было примерно километра два.
Бегу... Ноги ватные, дыхалки вообще нет — лёгкие как будто горят изнутри. Пару раз я знатно навернулся, разодрал колени, но боли даже не почувствовал из‑за адреналина...
В общем, до дороги я кое‑как дополз, упал прямо на обочину у отбойника. Сил нет, дышать не могу, перед глазами темнота. И тут вижу — из леса, прямо из этого багрового тумана, на дорогу бесшумно выходят три высокие фигуры в чёрных лохмотьях. Ну всё, думаю, хана мне... Это за мной... Экран моей жизни моргнул, я мысленно попрощался с невестой и отключился.
Очнулся я уже в нормальной цивилизованной больнице... Вокруг белые стены, капельница в руке, в носу трубки с кислородом. Рядом на стуле сидит мужик в форме — как потом оказалось, местный полицейский, и врач, такой колоритный дядька в годах, который, к счастью, неплохо знал русский.
Выяснилось, что те три «фигуры в лохмотьях» — это были обычные местные пастухи в дождевиках. У них там овцы от стада отбились, вот они ночью с фонарями их и искали. Они меня на дороге подобрали, погрузили в пикап и привезли к медикам.
Я, когда в себя пришёл, первым делом врача за халат схватил и давай лепетать: «Доктор, я видел там озеро проклятое, там кровь на велике, люди под водой плачут и силуэты в тумане бродят!»
Врач улыбнулся, налил мне водички и говорит:
— Успокойся, парень. Ты не первый умник, который решает заночевать у озера и ловит там свидание с призраками... Ты химию в школе учил?
Я киваю, мол, учил (у меня вообще‑то диплом инженера).
— Отлично! Озеро действительно образовалось после обвала скалы — это правда. Но под водой не деревня, а залежи пирита (FeS2FeS2), «золота дураков». Из‑за гниения деревьев и тектонической активности на дне скапливается сероводород (H2SH2S). Обычно он остаётся внизу, но в ту ночь упало давление и, возможно, был микротолчок, от чего газ вырвался наружу...
Он сделал паузу, давая мне осмыслить новую информацию.
— Сероводород — яд... Он блокирует обоняние, поэтому ты не сразу почувствовал запах. А ещё он вызывает головокружение, галлюцинации и отёк мозга...
—А откуда взялся багровый туман?
—Багровый туман — это микрочастицы оксида железа (Fe2O3Fe2O3) в смеси с газом... Они осели на металле и мгновенно окислили его — вот тебе и «кровь».
— То есть… плача под водой тоже не было?
— Именно, это был звук пузырей. А «силуэты в тумане» — пастухи, которые очень вовремя доставили тебя к нам в больницу!
Я сидел, слушал его, и мне аж смешно стало от того, каким же я был идиотом. Природа устроила красивый, но смертельно опасный химический фокус, а я решил что это мертвые вышли по мою душу.
В общем, велик и палатку мне потом копы привезли. Правда, цепь пришлось выкинуть — заржавела намертво. А рюкзак я еще долго отчищал: эти красно‑бурые хлопья оксида железа въелись в швы и заклёпки так, будто действительно чья‑то кровь засохла.
В больнице я провёл два дня под наблюдением. Врач оказался отличным мужиком — по вечерам заходил ко мне, угощал крепким румынским чаем и рассказывал местные истории. От него я узнал, что подобные случаи бывали и раньше, но крайне редко: раз в 10–15 лет, когда совпадали сразу несколько факторов.
— Последний раз такое было в 1998 году, — говорил он, помешивая сахар. — Тогда местный лесник решил переночевать у озера. Наутро его нашли в километре от лагеря, в полубессознательном состоянии. Он бредил про «мёртвых, зовущих из воды». Все решили, что у человека случился нервный срыв после смерти жены. Никто не связал это с озером.
Я слушал и кивал. Теперь всё встало на свои места:
- редкость явления — за десятки лет всего пара случаев, которые легко списать на другие причины;
- отсутствие информации — в путеводителях и онлайн‑отзывах ничего нет, потому что туристы редко добираются до этого места;
- неявные симптомы — отравление начинается незаметно, а когда проявляются серьёзные признаки, уже поздно что‑то предпринимать;
- местные суеверия — жители знают, что «у Лаку‑Рошу неспокойно», но объясняют это легендами, а не химией.
Перед выпиской доктор дал мне несколько советов:
- никогда не разбивать лагерь ближе 50 метров от кромки воды у подобных озёр;
- обращать внимание на внезапное отсутствие птиц и насекомых рядом с водоёмом — это может быть признаком газа;
- при первых признаках головокружения или металлического привкуса во рту — немедленно уходить на возвышенность;
- иметь при себе портативный детектор сероводорода, если планируешь походы в потенциально опасные зоны.
— Но ты не думай, что Карпаты — опасное место, — улыбнулся он на прощание. — Они просто требуют уважения, как и любая дикая природа!
Теперь эта история — наш семейный анекдот, который меня просят рассказывать на всех застольях, даже если гости уже слышали эту историю...
С тех пор я осторожнее выбираю места для кемпинга. Но не жалею ни о чём: тот случай научил меня двум вещам... Во‑первых, даже самые жуткие «проклятия» часто имеют научное объяснение. А во‑вторых, иногда именно такие испытания помогают понять, что по‑настоящему важно.