Василь Быков — один из ключевых авторов лейтенантской прозы, белорусский писатель, прошедший Великую Отечественную. Его повести о войне стали важной частью советской и мировой литературы, переведены на десятки языков и не теряют актуальности по сей день. Рассказываем о его жизни и творческом пути.
Начало пути
Василь Владимирович Быков родился 19 июня 1924 года в деревне Бычки Витебской области Белоруссии в крестьянской семье. Он рано начал рисовать и в 1939 году даже поступил в Витебское художественное училище. Однако через год перешел в ФЗО, поскольку там платили стипендию.
В тяжелом 1941 году Василь участвовал в строительстве оборонительных сооружений. Летом 1942 года был призван в ряды Красной армии: окончив Саратовское пехотное училище, он оказался на фронте девятнадцатилетним лейтенантом. Воевал на Украине, прошёл Кировоградскую и Уманско-Ботошанскую операции, дважды был тяжело ранен. Однажды его даже внесли в списки погибших, и мать получила похоронку. По одной из версий, именно ощущение человека, уже числящегося мертвым, оказало существенное влияние на его прозу. Войну он закончил в звании старшего лейтенанта на территории Австрии в должности командира артиллерийского взвода.
Писатель, которого не ждали
После войны Быков устроился в редакцию областной газеты «Гродненская правда», где и начал свою литературную карьеру. Однако затем вернулся в армию, служил в гарнизоне на Курильских островах до 1955 года. Демобилизовался в звании майора.
Его первые литературные опыты приходятся на начало 1950-х, но настоящим литературным крещением стала повесть «Журавлиный крик» (1959). Уже в ней обозначилась главная тема его произведений как отображение эпохи «колоссальных усилий советского народа» в годы Великой Отечественной. И там же проявился его главный творческий метод: Быков брал не панорамное сражение, не стратегическую операцию, а один эпизод, несколько часов, горстку людей — и через них пропускал весь ужас и трагедию войны.
Советская критика встретила молодого автора настороженно. Привыкшая к батальной прозе с четкими героями и антигероями, с неизбежным торжеством коллективного духа, она не знала, что делать с быковскими повестями, где советские солдаты были показаны живыми людьми, а не каноническими героями.
Главное, чем Быков отличается от большинства признанных советских военных писателей, — это неотступное внимание к нравственному измерению войны. Его не интересовал героизм как таковой. Он пытался понять, что происходит с человеком в момент, когда у него есть выбор между «выжить любой ценой» и «следовать моральным принципам».
Повесть «Третья ракета» (1962) поставила этот вопрос прямо: небольшой артиллерийский расчет удерживает позицию, люди устали, напуганы, и среди них нет никаких плакатных героев. Быков показывал, как война обнажает человека, снимая все социальные маски.
В «Мертвым не больно» (1966) писатель позволил себе еще большую горечь. Повесть была воспринята как почти крамола: в ней звучала критика в адрес советских командиров, бросавших солдат в бессмысленные атаки, в ней были страдание и безнадежность, которые цензура привыкла купировать. Редактор журнала «Маладосць», опубликовавший повесть, получил серьезный нагоняй от партийных органов.
«Сотников» — главная книга
Вершиной быковского творчества и одним из самых значительных произведений о Второй мировой войне вообще стала повесть «Сотников» (1970). Ее сюжет предельно прост: двое партизан, Сотников и Рыбак, попадают в плен к полицаям. Один из них — Рыбак — чтобы выжить, соглашается на сотрудничество с оккупантами и сам участвует в казни товарища. Другой — больной, измотанный Сотников — отказывается сотрудничать и идет на виселицу.
Это не история предательства в обычном смысле. Быков не осуждает Рыбака с холодным презрением — он показывает, как нормальный, в общем-то, человек, хороший солдат, шаг за шагом, почти незаметно для самого себя переступает черту. Каждый шаг кажется разумным, вынужденным, объяснимым — и в результате человек становится палачом. Сотников же, физически слабый, проигрывающий Рыбаку по всем практическим параметрам, оказывается нравственно несокрушимым.
Повесть стала основой для знаменитого фильма Ларисы Шепитько «Восхождение» (1977), который получил главный приз Берлинского кинофестиваля и сделал имя Быкова известным далеко за пределами СССР.
Белорусская оккупация как особая тема
Быков писал о войне как белорус — и это важно. Белоруссия пострадала больше других республик СССР. Здесь была тотальная оккупация, проходили карательные операции, в которых участвовали полицаи из местных. И одновременно развернулась одно из самых масштабных партизанских движений в истории человечества. Жизнь в белорусских лесах была ежедневным выживанием в условиях, когда предать мог сосед, а пощады не ждали ни от немцев, ни иногда от своих.
Эта специфика придает быковской прозе особую интонацию. В ней почти нет триумфальных маршей — зато есть болота, зимний лес, хутора, где люди пытаются уцелеть между двух жерновов. Повести «Круглянский мост» (1969), «Обелиск» (1971), «Дожить до рассвета» (1972) рассказывают о людях, которые воюют, потому что у них нет выбора. И при этом каждый день совершают моральные выборы.
«Обелиск» — особенно тонкая вещь. Учитель Мороз добровольно сдался оккупантам, чтобы разделить судьбу своих учеников, которых взяли в заложники. Он знал, что не спасет их, — и пошел все равно. Быков ставит вопрос: является ли этот поступок героизмом, если он был заведомо бессмысленным с практической точки зрения? И отвечает: да, потому что смысл в том, какая память останется о человеке.
Конфликт с властью
На протяжении всей советской карьеры Быков жил в состоянии хронического давления со стороны идеологических органов. Белорусская компартия относилась к нему с нескрываемой подозрительностью. Его обвиняли в пацифизме, в очернении советского солдата, в том, что он изображает войну слишком мрачно и не показывает участие партии. В 1972-1973 годах против него была развернута травля в республиканской прессе.
Однако писатель не отступал, не писал покаянных статей, не корректировал свои тексты в угоду начальству. Он лишь немного менял акценты там, где это требовалось для публикации, — но суть его взгляда на войну оставалась неизменной. Ему помогала поддержка из Москвы: его произведения переводили на иностранные языки, а Шепитько получила за экранизацию его повести престижную награду.
В поздний советский период, в 1980-е, его повести становятся еще более беспощадными. «Знак беды» (1982) — история двух стариков, остающихся на оккупированном хуторе, — получила Ленинскую премию, что было воспринято как некоторая реабилитация. Но при этом повесть рассказывала о коллективизации как о травме, предшествовавшей войне и во многом определившей поведение людей при оккупации. Это было смело даже по меркам 1980-х.
Последние годы
После распада СССР Быков оказался в независимой Белоруссии и поначалу активно участвовал в общественной жизни, поддерживал национальное возрождение, был депутатом. Но довольно быстро превратился в неудобную фигуру. В 1997 году покинул страну, жил в Финляндии, Германии, Чехии, работал при фондах и организациях, связанных с поддержкой белорусской культуры.
На родину он вернулся незадолго до смерти тяжело больным. Василь Быков умер 22 июня 2003 года — в день начала Великой Отечественной войны.
Быков написал около тридцати повестей. Почти все они посвящены войне, и почти в каждой центральным становится один и тот же вопрос, сформулированный по-разному: что делает человека человеком в момент, когда за человечность можно поплатиться жизнью?
Подписывайтесь на канал «История. Вопросы и ответы», чтобы не пропустить новые публикации!