Галина (часть 2)

Книга жгла ей ладони, но не тем огнем, что плавит воск, а тем, что плавит саму душу. Галина стояла в абсолютной темноте подвала, и алое свечение, исходящее от страниц, отбрасывало на бетонные стены гротескные, искаженные тени. Карта перестала быть просто рисунком. Она пульсировала в такт какому-то подземному сердцу, и Галина с ужасом и восторгом поняла, что видит не просто схему катакомб, а кровеносную систему самого мироздания. Тонкие линии, обозначавшие коридоры, сплетались в узлы — это были точки силы, места, где ткань реальности истончалась до предела. А в самом центре, там, куда уходил самый толстый, похожий на артерию туннель, пульсировала черная клякса. «Эпицентр», — прошептали её губы, и слово камнем упало в вязкую тишину.

Внезапно карта начала блекнуть. Свечение угасало, как гаснет экран старого телевизора. Галина в панике захлопнула том. Тьма навалилась на неё с удвоенной силой, тяжелая и осязаемая. Но эта тьма была не просто отсутствием света. В ней что-то изменилось. Воздух стал гуще, в нем появился новый запах — не сухой пыли и старой бумаги, а чего-то живого, мускусного и хищного. Запах чужого присутствия.

Она услышала шаги.

Это не был звук шагов человека. Это был глухой, тяжелый стук, будто по бетону волокли неподъемный груз. Шаги приближались с неотвратимостью судьбы, и вместе с ними из глубин катакомб пришел звук — тихий, издевательский шелест. Так могла бы смеяться сама пустота.

Галина выключила фонарик и вжалась в холодную сталь стеллажа. Сердце колотилось где-то в горле. Шаги замерли. А затем раздался голос. Он был низким, бархатным и абсолютно лишенным человеческих интонаций.

— Она нашла её. Книга вернулась в лоно.

Ей ответил другой голос — женский, высокий и звенящий, как разбитое стекло.

— Не кричи об этом на всю преисподнюю! Ты хочешь, чтобы Хранители проснулись раньше времени?

Галина узнала этот второй голос. Он принадлежал Маргарите Эдуардовне, её начальнице. Маргарита Эдуардовна всегда казалась ей просто сухой и властной женщиной предпенсионного возраста, помешанной на порядке. Но сейчас этот голос звенел от плохо скрываемого торжества и животного страха.

— Хранители спят вечным сном, — пророкотал первый голос. — Их время вышло. Но вот он может почувствовать вибрацию.

— Он слишком занят своими игрушками наверху. Он слеп к тому, что творится под его ногами.

Галина поняла: они говорят о нем. О главном герое этого мира. Том, кто написал первую строчку.

Шаги возобновились и начали удаляться. Когда эхо стихло, Галина перевела дух. Она была жива, но она была не одна. И теперь она знала их имена: чудовище из глубин и его верная приспешница Маргарита.

Он сидел за огромным дубовым столом в пентхаусе, который парил над облаками. Его звали Демьян Воронцов, и для всего остального мира он был гением — медиамагнатом, владельцем технологических империй, человеком, чье слово стоило дороже золота. Он был красив той хищной, демонической красотой, что заставляет людей оборачиваться на улице. Но сейчас его идеальное лицо было искажено гримасой раздражения.

На огромном панорамном экране перед ним шла трансляция с открытия новой галереи современного искусства — бессмысленного нагромождения ржавых железок и цветных пятен. Демьян смотрел на это с брезгливостью творца, наблюдающего за каракулями ребенка на полях своего великого романа.

— Выключи это дерьмо, — бросил он в пустоту.

Экран погас.

В дальнем конце кабинета бесшумно открылась дверь. Вошла женщина. Высокая, худая как тростинка, с бесцветными волосами и глазами цвета грязного льда. Её звали Агнесса. Она была его тенью, его личным ассистентом и самым опасным оружием. Она двигалась абсолютно беззвучно.

— Что-то случилось? — её голос был лишен всякой эмоциональной окраски.

Демьян встал из-за стола и подошел к окну. Город внизу казался скоплением светящихся муравейников.

— Я чувствую... диссонанс, — медленно произнес он, не оборачиваясь. — Как фальшивая нота в идеальной симфонии. Кто-то нарушил покой фундамента.

Агнесса подошла ближе и встала за его спиной.

— Это может быть она? Библиотекарь?

Демьян усмехнулся, но улыбка не коснулась его глаз.

— Галина? Эта серая мышь? Нет... или да? Она нашла то, что было спрятано слишком глубоко? Что ж... Это меняет правила игры. Если фундамент зашевелился, значит, пора спуститься с небес на землю и посмотреть, кто там копошится в моем подвале.

Он резко развернулся. Его взгляд пронзал насквозь.

— Найди её. Найди эту Галину. И принеси мне Книгу Бытия. Я хочу лично вычеркнуть из неё пару лишних глав.

Агнесса молча кивнула и так же бесшумно покинула кабинет. Демьян снова посмотрел на город.

— Игра началась по-настоящему... — прошептал он сам себе и коснулся пальцем холодного стекла, словно пытаясь нащупать биение пульса мира далеко внизу.

продолжение следует