Выехали рано утром. Мороз стоял не такой уж и сильный, всего под тридцать градусов, но со жгучим ветром, который выдувал последнее тепло из тела. Громоздкую трехлинейку Григорий оставил в кузове, примотав куском веревки к борту, чтобы ее не било на колдобинах. А сам расположился в кабине, закутавшись в тулуп. Поставил ноги в валенках на ящик с золотом и задремал, слегка согревшись.
Младший сержант Верхотуров был опытным солдатом. Три года на войне. Из которых всего полгода вдали от фронта по причине ранения. А это считай полных два с лишним года в окопах. Лицом к лицу с врагом. И как не крути, а фронтовой опыт не пропьешь. Он дремал, пока расхлябанная полуторка медленно катилась по голой местности. И мгновенно открывал глаза, когда машина сближалась с перелесками, вплотную подступавшими к дороге. В тулуп закутался, но руки в рукава не просунул, готовый мгновенно сбросить с себя тяжелый мех и выскочить из кабины. И так же мгновенно изготовиться к бою. Хотя какой тут бой? Какой дурак в такие морозы будет бродить в далеких от жилья и тепла местах. Вот только на душе не было спокойствия. Чуйка, развитая на войне, постоянно сигналит об опасности. Развилась она до звериных инстинктов. И вот сейчас подсказывает опасность, не дававшую ему дремать спокойно.
Пятьдесят километров проехали спокойно. До Шилки оставалось чуть больше двадцати. И вот – вот должна была появиться машина с районной охраной. Тогда можно будет передать им важный груз и отправиться назад домой.
Когда заехали на деревянный мост через реку Таргу, Верхотуров приказал водителю остановиться. Дальше дорога идет в гору, петляя вдоль крутых сопок, заросших густым лесом. Матеря холод и свое израненное тело, Григорий покинул деревянную кабину, перед этим забрав наган у водилы. Глубокий пенсионер не сможет все равно им воспользоваться по делу. Тут опыт нужен, которого у старика - водителя и в помине нет. В кабине тепла не было, но она хоть спасала от ветра. А вот в кузове на ветру, ледяной ветер сворачивал губы в трубочку и пронизывал насквозь телогрейку и ватные штаны. Пришлось взять из кабины тулуп. Ведь торчать придется в кузове не меньше сорока минут, пока машина не выедет снова на ровную и без леса местность. Приготовил винтовку, отвязав ее от борта. Передернул затвор, загнав патрон в патронник. Накинул на плечи тулуп. И постучал по кабине, давая сигнал водителю трогаться. Сам внимательно осматривал местность, прикидывая самые опасные места на дороге. И тут же направляя на них ствол винтовки.
Все случилось перед закрытым поворотом на въезде на гору Мерсаниху. Полуторка на мгновение сбавила скорость. Шофер включил пониженную передачу. И тут же из густого перелеска, всего в двадцати метрах от дороги, грохнули дуплетом два выстрела. Два жакана из двенадцатого калибра и с близкого расстояния ударили по капоту полуторки. И она тут же встала. Видно двигателю пришел конец. Прежде чем нырнуть под защиту деревянного борта, Григорий успел выстрелить в сторону опасности. И уже прикрытый бортом, пальнул в слепую еще пару раз в сторону опасности.
В этих краях каждый второй охотник. И задержись его голова над бортом на лишнюю секунду, и сразу словишь пулю. Мгновенно прокачал боевую обстановку. Опасность слева. И оттуда же самое близкое расстояние от стрелка до машины. Сколько нападавших неизвестно. Но точно, что бандит не один. Если рванут к остановившейся машине сразу с двух сторон, шансов уцелеть будет мизер. И тут надежда на наган. В ближнем бою он должен выручить.
На долю секунды выглядывая из – за борта, Верхотуров контролировал обстановку. Главное, не пропустить момент атаки. Но этой самой атаки пока не было. Не хотели бандиты рисковать. Поняли, что машину охраняет профессионал, от которого легко словить пулю...
Продолжение следует...
С уважением к читателям и подписчикам,
Виктор Бондарчук