Татьяна вернулась с работы слишком поздно. Юбилейный номер журнала никак не получалось сдать вы печать. Главный редактор постоянно отправлял на доработку. Татьяна настолько устала, что даже в магазин возле дома по дороге не зашла. Решила поужинать с детьми тем, что найдется в холодильнике.
В квартире было темно. Женщина включила свет в коридоре, села на пуфик, вытянула ноги и закрыла глаза. Ноги гудели. Наибольшим удовольствием сейчас было - снять ботинки. Татьяна даже застонала от наслаждения. В этот момент послышались шаги, из кухни выбежала пятилетняя дочь Тани Грибковой - Нина.
—- Мамочка, наконец-то, — надула губы Нина, подбежала к маме и обняла.
— Ниночка, а ты почему не переоделась? Где Аркадий? Ты на кухне одна? – удивилась мама.
— Да. Одна, – с грустью в голосе произнесла девочка, — Аркаша сказал, чтобы я сидела молча и рисовала. Он блог снимает в моей комнате.
— Чтооо? Опять? – Татьяна Николаевна нахмурилась, обняла дочку, посадила на колени и прислушалась. Из детской раздавался веселый голос сына - восемнадцатилетнего одиннадцатиклассника Аркадия. Сын громко смеялся, эмоционально что-то рассказывал и стучал кулаком по столу. Сын говорил на, малопонятном для мамы, языке подростков. Видимо, старался казаться современным и “быть в теме” - как это называется у молодежи.
—- Мама, я кушать хочу, – тихонько сказала Ниночка.
— А в садике ты не кушала? — снова нахмурилась женщина.
— Нет. Аркаша забрал меня сразу после сна. Покушать я не успела. Он сказал, что у него скоро эфир, поэтому нужно поторапливаться.
— И дома тебя не покормил! Так, ну это уже ни в какие ворота не лезет! Нинуля, беги на кухню, я сейчас.
Ниночка побежала на кухню, а Татьяна направилась в детскую и открыла дверь без предупреждения:
— Аркаша, мне нужно с тобой поговорить. Сейчас же прекращай весь этот балаган, и я тебя жду на кухне, – строго и очень громко сказала мать.
Парень испугался, мгновенно выключил камеру и испуганно посмотрел на маму:
— Мама, ты что? У меня эфир! Сколько раз говорить, чтобы ты не врывалась в комнату? Мама!!! — Аркадий готов был расплакаться. В это же время послышались звуки, сообщающие о множестве сообщений. Аркадий вернулся к экрану ноутбука, – ну, вот! Что ты наделала? С меня ржут!
Парень со слезами на глазах, захлопнул крышку ноутбука и пошел вслед за матерью на кухню:
— Что ты наделала? Ты сломала мою жизнь! Как ты могла! Зачем ты ворвалась в комнату, – Аркаша схватил кухонное полотенце и начал махать им в воздухе. Татьяна отобрала полотенце у сына и замахнулась на него ладонью:
— Успокойся сейчас же! Что ты себе позволяешь? Совсем с ума сошел со своим блогерством? Почему ты оставил маленькую сестру в темной кухне? Почему Ниночка сидит в темноте и рисует при свете фонарика? Ты не покормил ребенка, не помог ей переодеть джинсы.
— Я не должен это делать! – завизжал Аркадий, – вы ее родили, вы и кормите!
Юноша выскочил из кухни, громко хлопнул дверью так, что чуть стекло в двери не треснуло. Сын Татьяны ушел в свою комнату, закрылся изнутри, включил музыку и упал на кровать. Мальчик бил кулаками подушку, пока не выбился из сил:
— Достали! Достали! Надоели! Чтоб вы провалились! Ненавижу, – раз за разом повторял одиннадцатиклассник. Парень вспоминал, что ему писали хейтеры, и снова плакал навзрыд. Аркаша понимал, что снова ничего не получилось, а ведь ему почти удалось собрать аудиторию.
Страшно представить, что сейчас пишут подростку, который каждый день рассказывал в своем блоге, что живет один, самостоятельно оплачивает квартиру, а с “предками” - родителями не общается. И вдруг, в комнату заходит мама и отчитывает его по пустякам! Еще и называет “Аркашей”. Аркадий снова зарыдал и включил музыку громче.
****
Татьяна спешила приготовить ужин. Во-первых, Ниночка была голодна, а во-вторых, вот-вот вернется с работы муж Татьяны Николаевны - Иван Грибков. У Татьяны это был второй брак. Именно в браке с Иваном родилась Ниночка.
Аркаша был сыном Татьяны от первого брака. Со своим первым мужем - журналистом Борисом Баграновским, Татьяна рассталась семь лет назад. Борис оказался слишком любвиобилен и менял любовниц, как перчатки. Татьяна не захотела делить мужа с другими женщинами и подала на развод. Аркадию тогда было 12 лет.
Достаточно непростой возраст - самое начало переходного периода. Татьяна очень боялась. Как сын воспримет развод родителей? Но иначе она поступить не могла. Женщина считала, что лучше быть честной перед самой собой, перед сыном, чем жить во лжи. Она не могла позволить себе создавать видимость семьи, видимость нормальных супружеских отношений. Таня презирала мужа и ничего не могла с собой поделать. Развод состоялся.
Впрочем, опасения женщины были напрасными. Аркадий равнодушно отреагировал на то, что мама и папа больше не семья. Мальчик проводил выходные с отцом, в будни жил с мамой. И даже тогда, когда Татьяна начала встречаться с майором полиции - Иваном Грибковым, Аркадий был не против. Даже общался терпеливо и обращался по пустякам к Ивану.
Беда пришла откуда не ждали, и с этого момента Аркадия как подменили. Через полтора года после развода, когда выпускающий редактор “Женского журнала” - Татьяна Баграновская и майор полиции - Иван Грибков поженились, к тому же женщина забеременела, вдруг случилось несчастье с бывшим мужем и отцом Аркадия.
Журналист новостной газеты делал репортаж на одной из незаконных строек в городе, и произошла трагедия. На съемочную группу, которая без разрешения пробралась на стройку, обрушились балки. Двое человек погибли, и еще двое серьезно пострадали. Среди погибших и был Борис Баграновский.
Об этом резонансном случае писали в местных газетах, показали по местному, а затем и по центральному телевидению. Даже в школе все узнали, что случилось с отцом Аркаши Баграновского, и если раньше на мальчика мало кто обращал внимание, то теперь, даже, ребята из старших классов здоровались с Баграновским за руку и оставляли подымить за школой на переменах.
Аркаша впервые почувствовал славу. Пусть и не подходящий для этого случай выпал, но другого не было вовсе никогда. Аркадий и раньше старался стать популярным в школе, знаменитым или, хотя бы, узнаваемым, но на него никто не обращал внимания. Он чувствовал себя серостью и очень завидовал другим мальчишкам в школе, которым без какого - либо особого труда удавалось завоевать авторитет, симпатии, стать лидером. А тут вдруг такой случай!
— Слушай, Баграновский, а че, правда, что твоего батю на стройке кирпичами завалило? – спрашивал кто-нибудь из старшеклассников или одноклассников.
По мнению Аркадия, это было скучно! Поговорят и забудут, поэтому мальчик раздувал щеки, делал загадочный вид и отвечал:
— Ребята, я, правда, не могу рассказать всей правды! Отчим меня убьет. Сейчас идет расследование. Все не так просто.
Ребята застывали с открытым ртом:
— Но, когда можно будет, расскажешь? — пацаны с интересом заглядывали в глаза однокласснику.
— Как только расследование закончится и всех кого следует, арестуют, расскажу!
Таким образом, Аркадию долго удавалось водить ребят за нос и удерживать интригу, но все когда-нибудь заканчивается. Спустя некоторое время, Аркадий начал замечать, что интерес сверстников пропадает. Вот тогда он и объявил:
— Сегодня планирую. выйти в эфир часиков в девять. Расскажу, что случилось с моим отцом. Если кому-нибудь интересно….
Интересно было всем. И прямой эфир Аркадия собрал множество слушателей. Аркадий рассказал, придуманную им историю о том, что отец вел журналистское расследование и вывел на чистую воду целую банду, за что с ним и расправились мафиози. В глазах ребят отец Аркаши был героем, а он сам - сын героя.
Некоторое время Аркадий чувствовал себя на вершине славы, но постепенно новые, более свежие, интересные события, начали вытеснять историю про отца Аркаши, геройски погибшего на стройке от пуль мафиози. Еще и до отчима эта история дошла.
Иван был не просто зол, а очень зол. Встряску тогда парень получил серьезную. Испугался не на шутку. Никогда он не видел отчима настолько разъяренным. Аркадий извинился, признал, что был не прав, но только на словах признал. Глубоко в душе парень затаил обиду. Между Иваном Грибковым и пасынком “пробежала черная кошка”.
Подросток теперь не ассоциировал себя с семьей матери. Особенно после того, как мама вышла замуж за Грибкова, взяла его фамилию и родила Ниночку. Все они были Грибковы, а он - Аркадий Баграновский.
Теперь Аркаша перед сном разговаривал мысленно с отцом, рассказывал ему, что происходит в жизни и о том, как ему не хватает отца. Хотя, при жизни отец и сын не были близки, да и развод родителей мальчик воспринял абсолютно нормально.
Теперь же, повсюду в комнате сына висели фотографии отца в рамках, и Аркаша всячески подчеркивал, что он - Баграновский. Иван и Татьяна относились к этому нормально. Они очень хорошо понимали, что «сила действия равна силе противодействия», и если они начнут что-либо запрещать, то подросток взбунтуется.
Впрочем, когда ребята во дворе и в школе начали забывать о том, что Аркадий - сын героя, то подросток и сам потерял интерес к фотографиям и рассказам об отце. Теперь он снимал юмористические блоги и пытался стать знаменитым блогером. Даже придумал ник в интернете от блога. Аркадий называет себя “Багор”.
Только канал, который создал одиннадцатиклассник, никак не хотят смотреть. Немногочисленные подписчики, которых парень приглашается к себе, быстро отписываются, а случайных зрителей слишком мало, для того, чтобы стать знаменитым и узнаваемым.
Татьяна замечает, что сын стал нервным, дерганным, постоянно злится и чаще всего, его злоба выплескивается на самых беззащитных - на тех, кто его любит. Достается от Аркаши и маме, и пятилетней Ниночке и бабушке - Людмиле Константиновне, которая очень часто приходит в гости в дом своей невестки.
Людмила Константиновна Баграновская - мама бывшего мужа Татьяны после развода сына и невестки, осталась на стороне невестки и всячески поддерживала ее, да и сейчас женщины в отличных отношениях.
*****
Сегодня Аркадий к ужину не вышел. Остался в своей комнате. И даже когда Татьяна постучалась в дверь, сын не ответил. Ничего не оставалось делать, сели ужинать втроем.
— Что опять у вас? — вздохнул Иван.
— Помешала прямой эфир снимать, — прошептала Татьяна и махнула рукой, – не трогай его, Ваня, пусть сидит в комнате.
— Он тебе на голову вылез, а ты молчишь, — пробурчал муж.
— Такой возраст, что же? —- вздохнула мать,
—- Какой возраст, Танечка? Ему восемнадцать лет! В его возрасте мальчишки работают, служат, учатся, помогают родителям, разве ты не знаешь о таких? – рассердился Иван, — когда мне было восемнадцать, я уже был призван в армию. На Дальнем востоке служил очень далеко от дома. А ты с ним носишься: “Аркашенька! Аркашенька!”
— Ваня, перестань. Он мой сын! Аркадий пережил смерть отца, ему очень тяжело!
— Моей мамы не стало, когда мне было девять, но со мной никто так не носился, – повысил голос муж, — Аркадию пора становиться более самостоятельным, иначе он на всю жизнь останется никчемным маменькиным сынком.
— Не говори так. Я приучаю его к самостоятельности! – нахмурилась Татьяна.
— Да? Интересно! Каким образом?
— Аркаша забирает сестру из детского сада, — начала перечислять Татьяна и задумалась.
— Ничего себе! – всплеснул руками отчим Аркадия, — давай-ка его за это медалью наградим.
— А мама сегодня поругала Аркашу, что он мне свет на кухне не включил и не покормил, – тут же поддержала отца Ниночка.
Иван молча посмотрел на жену и ухмыльнулся. Далее продолжать разговор не было смысла. Татьяна слышала ночью, когда уже все спали, что старший сын делал на кухне бутерброды. Видимо все - таки проголодался, но чтобы насолить матери так и не вышел к ужину.
Взаимоотношения с сыном беспокоило Таню все больше. Женщина была согласна с мужем - пора бы Аркаше становиться более самостоятельным, а не вести себя как 13-летний подросток. Именно об этом она решила поговорить со свекровью бывшей. По субботам, Людмила Константиновна обязательно ездила на центральный рынок за продуктами, а на обратном пути заезжала к бывшей невестке. Вот и сегодня заехала:
— Бабушка Люда приехала! – обрадовалась Ниночка. Хотя, Людмила Константиновна не была девочке бабушкой, но любила малышку и баловала.
— Привет, кнопка! Конфеты заказывала? – подмигнула бабушка Люда.
Малышка кивнула, получила свою порцию угощений и подарков, да и побежала в детскую.
— Здравствуйте, Людмила Константиновна, – вздохнула Татьяна и поцеловала бывшую свекровь в щеку, – присаживайтесь, сейчас чай пить будем.
— Привет, Танюшка. Ой, какую я халву купила! Пальчики оближешь! Ставь чайник. А чего кислая такая? — удивилась свекровь.
— Да, Аркаша опять чудит, – Татьяна опустилась на стул и обхватила голову руками, такое сотворил, что никак в себя прийти не могу.
— Что случилось опять? — нахмурилась бабушка, которая уже привыкла, что от внука одни проблемы…
Татьяна смахнула слезу и с грустью в глазах посмотрела на бывшую свекровь. Женщина не знала с чего начать, и некоторое время собиралась с мыслями, а потом наконец-то начала рассказ:
— Вы же знаете, что Аркадий мечтает стать знаменитым блогером? — закусила губу Татьяна.
— Кто же этого не знает? — развела руками бабушка, – он уже всех достал со своим блогерством! Выпускной на носу, лучше бы к экзаменам готовился.
— А я о чем? Но разве он послушается? — снова вздохнула мама Аркаши, — в общем, теперь у него блог юмористический. Снимает на улице всяческие пранки над людьми.
— А это еще что такое? — растерялась Людмила Константиновна.
— Розыгрыши, — Таня снова заплакала, но свекровь пододвинулась поближе к невестке и обняла ее за плечи:
— Не плачь, Танюха, сейчас разберемся. Он жив, надеюсь - блогер этот твой доморощенный?
— Ой, да что Вы? Жив, конечно, – испугалась Татьяна, — понимаете, последний пранк оказался настолько неудачным, что Аркашу избили.
— Этого и следовало ожидать, — стукнула по столу ладонью бабушка, — примерно это я и думала услышать от тебя! За что же ему припечатали под глаз? В чем конкретно заключался розыгрыш?
— Понимаете, Аркаша говорит, что сначала все шло хорошо, но потом ему попался человек, который вовсе не имеет чувства юмора.
— Так - так, и что же? Таня не тяни, – начала нервничать Людмила Константиновна.
— Розыгрыш заключался вот в чем: блогер, вернее наш Аркаша, подходит к человеку и просит купюру. Любую, самую небольшую купюру для фокуса. Мол, сейчас я разорву Вашу купюру на мелкие кусочки, а когда разверну, там будет купюра побольше.
— И что же? – предвкушая какую-то нелепую шутку, бабушка поджала губы.
— Ничего. Несколько человек давали купюры, Аркаша разрывал их на мелкие кусочки, но потом говорил: «извините, не получилось с первого раза. Дайте еще одну купюру, нужно еще потренироваться. Сейчас точно получится».
— И что же? – уже более серьезно спросила Людмила Константиновна.
— Я же говорю, попался человек без чувства юмора. Какой-то парень дал тысячу, в надежде получить пять. Вот глупец, правда? – улыбнулась Татьяна, но бывшая свекровь по-прежнему оставалась серьезной, — в общем, когда Аркадий проделал ту же самую манипуляцию и попросил еще одну купюру, этот ненормальный схватил сына за шиворот и ударил под глаз, представляете?
— Знаешь, Таня, я бы сделала то же самое, – возмутилась Людмила Константиновна, – где он?
– В своей комнате, – грустно ответила Татьяна, — самое неприятное, что все это происходило в прямом эфире, и Аркадий не успел выключить камеру. Теперь о том, что блогеру Багору подбили глаз, знают все подписчики.
— Так он там был не один? С Багором каким-то? – удивилась бабушка, — так им и надо! Нечего над людьми издеваться.
— Людмила Константиновна, Вы хоть бы пожалели внука! — рассердилась мама Аркаши.
— А чего его жалеть? – развела руками бабушка, — вместо глупостей всяких, пусть бы лучше пошел спортом заниматься или в тренажерный зал, а еще лучше - к экзаменам готовился. Поступать скоро, а он ерундой занимается!
— Много ты понимаешь, бабуля, — пробурчал Аркадий, который в эту минуту вышел из комнаты на кухню, чтобы приготовить чай и бутерброды, — мам, чай и бутеры принеси в мою комнату.
— О, Кутузов, привет, – засмеялась Людмила Константиновна, – как розыгрыш, удался? Ты завтра еще сходи. Только проси купюры покрупнее, – бабушка ударила себя по бокам и засмеялась так, что слезы из глаз пошли, но Аркадий даже не улыбнулся:
— Путь в “блогеры - миллионники” тернист и непрост, – философски заметил Аркадий, — но я своего добьюсь!
— Аркаша, внучек, хватит дурью маяться, — приложила ладонь к сердцу бабушка, – поступать скоро! Ты с профессией определился?
— Определился, конечно, — поджал плечами парень, – по стопам отца пойду. На факультет журналистики буду поступать.
— Нууу, — мама и бабушка переглянулись, — неплохо конечно, только стать настоящим, профессиональным журналистом непросто. Многие диплом получают, да единицы тех, кто состоялся в профессии.
— Пусть поступает, Людмила Константиновна, – махнула рукой Татьяна, – я его потом в наш “Женский журнал” устрою или в типографию. Что-нибудь придумаем.
— Вот еще, – ухмыльнулся Аркадий, — даже и не думай! Не хватало, чтобы Багор в бабском журнале работал.
— Да ты сначала поступи, потом образование получи, а уж тогда возмущайся. Пока тебя, даже, объявления о продаже квартиры не возьмут писать. Умник нашелся.
— Тихо - тихо, не ссорьтесь, – прищурилась бабушка, — а куда же ты поступать будешь? У нас в городке ты, точно, профессию журналиста не получишь. Негде здесь учиться. Твой папа учился в Москве, а дедушка….
— А кто тебе сказал, бабуля, что я собираюсь остаться в нашей “деревне”? Я собираюсь поступить учиться в огромном городе - в мегаполисе. Может быть даже, в Москве. Там миллионы людей, возможно. Я начну все сначала! Буду вести блог, у меня появятся сотни тысяч подписчиков, — мечтал парень.
— Ты с этим своим интернетом, Аркадий, совсем с катушек поехал, — махнула рукой бабушка, — об учебе думай.
— Да, ну вас, – махнул рукой парень, – подхватил тарелку с бутербродами, которые приготовила мама и быстро ушел в свою комнату, крикнув на ходу, – ко мне не входить, у меня съемка.
— Ну? Вы видите, Людмила Константиновна, что происходит? Как с ним справляться? У меня голова кругом! Иван говорит, что нужно с ним по строже, а я боюсь! Как бы хуже не сделать, – Татьяна смахнула кончиком фартука слезу.
— Не переживай, Танечка, что-нибудь придумаем, – вздохнула свекровь, — тут теперь надо бы подумать насчет его поступления. Слышала? В город - миллионник собрался поехать учиться.
— Ой, я об этом, даже, думать боюсь! — испуганно произнесла мама Аркадия, — представляете, что с ним может случиться в другом городе, если ему в нашем - в родном городе синяк под глазом поставили?
Через пару часов Людмила Константиновна уехала домой, оставив Татьяну с ее собственными мыслями. Отпускать сына учиться далеко от дома, матери не хотелось, но она понимала, что это сделать придется, ведь Аркадий вот-вот окончит школу, а университет в небольшом городке всего один, да и тот кораблестроительный.
Время бежало очень быстро. Вот уже и Последний звонок позади, а впереди - выпускные экзамены. Аркадий просматривает ВУЗы, которые бы ему подошли для поступления, а Татьяна не спит ночами - переживает о сыне.
— Танечка, хватит тебе вздыхать, — Иван положил на кровать свой телефон и повернулся к жене, — ну о чем ты переживаешь, рассказывай.
— Ты же знаешь, Ваня, боюсь я за сына. Ты же видишь какой он - малоприспособленный к самостоятельной жизни, зато думает, что умнее всех. Ну, и как он в огромном городе будет жить, учиться?
— Так же, как и другие дети! Танюша, твой сын не первый и не последний, кто уезжает учиться в другой город. Поживет в общаге, поймет что такое самостоятельная жизнь, а не рядом с мамочкой. Все будет нормально, не переживай!
— В общаге? – испугалась Татьяна и вскочила с кровати, – я думала, мы для Аркаши квартиру арендуем!
— Обойдется! Захотел самостоятельной жизни? Вперед!.
Иван выключил светильник и отвернулся к стенке, пожелав супруге спокойной ночи. Только какая уж теперь спокойная ночь. До трех часов ночи, Татьяна крутилась в постели, представляя, как над Аркашей будут издеваться соседи по комнате, как сыну будет некомфортно и неудобно. На улице уже начинало рассветать, когда женщина забылась тревожным сном.
Утром Татьяна проснулась совершенно разбитая, а вечером, Аркадий “обрадовал” маму, что он определился и хочет учиться в Санкт - Петербурге. В том, что сын поступит в университет, Татьяна не сомневалась. При всей своей бесшабашности, учился сын, все-таки, неплохо. Выпускные экзамены сдал на высокий балл и прошел по конкурсу в университет.
Теперь Татьяна совершенно потеряла покой и сон. Успокоить женщину удалось только бывшей свекрови. Едва Людмила Константиновна узнала, что Аркадий поступил учиться в ВУЗ в Питере, она сразу же приехала в гости.
— Татьяна, здравствуй, — с порога начала Людмила Константиновна, — накрывай на стол! Новости хорошие привезла!
— Привет, Людмила Константиновна, да у меня накрыто. Ужинать собрались! Проходи, проходи скорее, рассказывай! – начала суетиться Татьяна, — Ваня сегодня на сутках. Дежурство. Так что посидим по нашему - по-бабьи.
— А это даже к лучшему, что Ивана нет! Очень уж он у тебя строгий, а новости мои с Аркашей связаны, — сказала бабушка громко и постучала в комнату к внуку, — эй, блогер, иди-ка на кухню, поговорить нужно!
— Тихо! — одернула бабушку Татьяна, — что-то он сегодня не в духе. Что-то там опять не получилось у него с блогом.
— О, Господи, – закатила глаза бабушка, – когда все это кончится? Ну, ничего, надеюсь, что поедет учиться, там познакомится с ребятами, затянет его студенческая жизнь и успокоится наш Аркашенька.
— Да Вы присаживайтесь, рассказывайте.
— Вот, что я тебе скажу, — начала свой рассказ Людмила Константиновна, – помнишь, я тебе рассказывала про то, что мои родители развелись, когда я только замуж вышла, а брат мой - Федька в десятом классе учился?
— Ну, помню. Подробностей, уж, не скажу, но что-то такое помню, – кивнула Татьяна.
— Так вот, мать моя - Клавдия Петровна Лагашкина работала в единственном в нашем городе музее художественном. Она являлась научным сотрудником музея и должна была вести исследовательскую деятельность музейного фонда. Только что там вести? Три картины, два бюста, – засмеялась бывшая свекровь и тут же стала серьезной, — так вот, помимо прочего, в ее обязанности входила организация экспозиций. Приезжали выставки из других городов и даже из столицы.
Однажды, в местном музее была организована выставка современных художников под названием “Ленинский октябрь”. В экспозиции присутствовали с десяток картин питерского художника Юрия Суконникова. Он и стал тем, кто разрушил нашу семью. Маман влюбилась, как девчонка и готова была бежать по снегу босиком за своим художником. Она вообще странная - маменька моя. Как не от мира сего.
— Так Ваша мама жива? – растерялась Татьяна.
— Живее всех живых, – кивнула Людмила Константиновна, — и вполне бодра, весела и здорова, несмотря на возраст. Моей матери - прабабке Аркаши, 86 лет, но она при этом живет самостоятельно, стоит на голове по утрам и занимается йогой, – подняла палец вверх бывшая свекровь.
— А где же она? – развела руками Татьяна, – что-то я ни разу от Вас о ней не слышала, да и не видела Клавдию Петровну.
— А это уже вторая часть “марлезонского балета”, – снова засмеялась Людмила Константиновна, — да и рассказывала я тебе, просто ты забыла, а я не акцентировала внимания. Ведь со своей матерью я почти сорок лет в ссоре. Да и брат мой, тоже. Не простили мы ей, что отца она бросила. Я же говорю, влюбилась она в приезжего художника, развелась с отцом и укатила с этим Суконниковым в Ленинград - откуда он родом. Федю мама хотела забрать с собой, чтобы он в Ленинграде окончил школу, поступил учиться, но брат не захотел и тоже встал на сторону отца. После развода отец долго болел, потом получил инфаркт и умер в достаточно молодом возрасте. Федька едва из армии вернулся, а я только - только Бориса родила, – тяжело вздохнула женщина.
Не стало нашего папы, а мы с Федором еще больше против матери ополчились. Молодые были, глупые. Это я сейчас понимаю: не любила она отца. Ей ведь тогда только 44 было. Вот, решилась, изменила свою жизнь и прожила ее счастливо с любимым мужчиной. Ну, а то, что дети не поняли - это печально. Но кто же знал? Сейчас я бы так с маменькой не поступила.
— Да, я понимаю Вас, – вздохнула Татьяна, – вот и Аркаша, иногда, обвиняет меня в том, что если бы я с Борисом не развелась, то он бы не погиб. А разве я виновата? Так жизнь сложилась, – вздохнула Татьяна, – развелись ведь мы не из-за Ивана, а потому что Боря изменял мне. Ивана я после развода встретила. Только Аркаше не говорю, что отец его ни одной юбки не пропускал. Не хочу, чтобы сын об отце плохо думал.
— Вот и зря! Расскажи. Поговори с сыном, объясни в чем причина расставания. Он не маленький. А то так и будет обвинять тебя, что, мол, ты отца бросила. Ну а пока, слушай дальше! Мать моя - Клавдия так и живет в Питере в огромной трехкомнатной квартире недалеко от Невского проспекта. Муж ее - Юрий Суконников, умер несколько лет назад, а она жива и вполне хорошо себя чувствует.
— Откуда Вы знаете? Вы же не общаетесь много лет! — удивилась бывшая невестка.
— А ты послушай, послушай… – настаивала бывшая свекровь и невестка прислушалась. То,что прабабушка Аркадия жила в Санкт-Петербурге, было только на руку матери Аркаши, ведь именно в этом городе на Неве сын собирался жить и учиться.