Утром 22 июня 1941 года белгородцы отдыхали после рабочей недели, школьники отсыпались после выпускных вечеров, а на партийном пленуме обсуждали будущий урожай. Никто не знал, что через несколько часов привычная жизнь закончится. Война, которая казалась далёкой, уже шла к Белгороду.
Утро 22 июня 1941 года в Белгороде начиналось как обычное воскресенье.
Страна тогда жила по шестидневной рабочей неделе, поэтому единственным выходным был именно воскресный день. Люди строили планы на отдых, кто-то уже пошёл на рыбалку или поехал к родственникам. Выпускники отдыхали после школьных вечеров.
Как рассказал Бел.Ру историк Юрий Коннов, до полудня большинство жителей даже не подозревали, что уже несколько часов идёт война.
«До 12 часов никто ведь не слышал. Война-то за сотни километров», — отмечает исследователь.
В это время в Доме культуры железнодорожников продолжался пленум Белгородского райкома партии. Руководители предприятий, совхозов и колхозов обсуждали вполне мирные вопросы — будущий урожай, работу хозяйств и выполнение планов.
Но в 12:15 всё изменилось.
Шок, которого никто не ждал
О нападении Германии белгородцы узнали из выступления наркома иностранных дел СССР Вячеслава Молотова по радио. Дома радиоприёмники были далеко не у всех, поэтому люди собирались возле громкоговорителей на улицах и площадях. Такие точки были установлены в центре города, возле рынка и городского сада.
Известие стало настоящим потрясением.
Всего за неделю до этого, 14 июня, в газетах было опубликовано сообщение ТАСС, где утверждалось, что слухи о возможной войне с Германией не имеют оснований. Многие восприняли эту информацию как официальную гарантию того, что войны не будет.
«Как может ТАСС врать? Как может руководство страны врать? Сказали, что войны не будет, значит всё», — объясняет Коннов настроения тех дней.
Поэтому новость о нападении Германии оказалась для большинства белгородцев полной неожиданностью.
Первые эшелоны на фронт
Распространённый миф о том, что жители Белгорода уже 22 июня массово побежали в военкоматы, историк считает преувеличением. Мобилизация началась только на следующий день. 23 июня сотрудники военкоматов приступили к призыву резервистов. Первыми на фронт отправлялись вовсе не вчерашние школьники. В основном призывали мужчин более старших возрастов — тех, кто уже проходил военную службу.
Одновременно с этим началась отправка на фронт частей 145-й стрелковой дивизии, о которой сегодня вспоминают гораздо реже, чем о знаменитых 185-й и 299-й дивизиях. Между тем именно штаб 145-й стрелковой дивизии находился в Белгороде летом 1941 года. Части соединения располагались также в Шебекино, Судже, Рыльске и других населённых пунктах региона.
В начале июня дивизия находилась на летних учениях. После начала войны её срочно доукомплектовали примерно шестью тысячами военнообязанных, в том числе жителями Белгорода и окрестных районов. Уже 26 июня первые эшелоны начали уходить на запад.
Судьба соединения оказалась трагической. Дивизия была переброшена под Смоленск, где вступила в тяжёлые бои. К августу 1941 года она практически перестала существовать.
Как менялся город
Война быстро изменила повседневную жизнь Белгорода. Практически сразу были отменены отпуска и выходные. На предприятиях ужесточили контроль за трудовой дисциплиной. Особое внимание уделялось работе железнодорожного узла, который имел стратегическое значение для перевозки войск и грузов.
В это же время в городе начали создавать истребительные батальоны. Их формировали органы НКВД по заранее подготовленным планам. Основной задачей таких подразделений была борьба с диверсантами и поддержание порядка в тылу.
К концу июля появились новые задачи. Фронт приближался, и власти начали готовиться к возможной оккупации территории.
Подготовка к худшему сценарию
В конце июля 1941 года руководство страны поставило задачу создавать партизанские отряды и подпольные группы на территориях, которые могли оказаться под оккупацией. Эта работа велась по заранее разработанным инструкциям.
В Курской области, в состав которой тогда входил Белгород, организацией подполья и партизанского движения занималось Управление НКВД. Работу курировал заместитель начальника управления Виктор Аленцев, возглавлявший 4-е отделение, а затем 4-й отдел. Его заместителем был лейтенант госбезопасности Василий Кремлёв, который отвечал за так называемый Белгородский куст районов.
На местном уровне подбором людей для будущего партизанского отряда занимались первый секретарь Белгородского райкома ВКП (б) Фрол Луев и начальник районного отдела НКВД Николай Дядьковский. Организационные и хозяйственные вопросы были возложены на заместителя начальника отдела НКВД по милиции Владимира Попова.
По словам Юрия Коннова, к августу партизанские отряды в регионе уже были сформированы, а в начале сентября началась их подготовка. Будущих подпольщиков обучали обращению с оружием, правилам конспирации и действиям в тылу противника. Для них даже выпускали специальные пособия, в том числе карманную книгу «Спутник партизана».
В лесных массивах начали создавать тайники с продовольствием, оружием и боеприпасами. Один из таких схронов был оборудован в районе Батрацкой дачи. При этом большинство белгородцев продолжали жить обычной жизнью и надеялись, что фронт останется далеко от города.
Но сводки становились всё тревожнее.
Когда война подошла к Белгороду
Осенью положение Красной армии на западном направлении стремительно ухудшалось. 15 октября Ставка Верховного Главнокомандования приняла решение об отводе войск Юго-Западного фронта на новую линию обороны. Это означало, что Белгород придётся оставить.
В середине октября дороги на восток оказались переполнены военными колоннами, техникой и тыловыми подразделениями. Отступление проходило в тяжёлых условиях осенней распутицы. Непрерывные дожди размыли дороги. Машины вязли в грязи, многие приходилось бросать прямо на обочинах. Не хватало топлива.
Перед уходом советские войска уничтожили важные объекты инфраструктуры. Были повреждены железнодорожные пути, выведена из строя городская электростанция, подожжён элеватор на Крейде и испорчены продуктовые склады.
Первоначально город планировали оборонять. Рассматривалась даже возможность строительства баррикад и ведения уличных боёв. Однако позднее было принято решение отвести войска и занять более выгодные рубежи восточнее. Серьёзных боёв непосредственно в Белгороде так и не произошло.
По данным историков, последние арьергардные столкновения шли 21–23 октября на дальних подступах к городу — в районе Стрелецкого и Пушкарного. 24 октября 1941 года Красная армия оставила Белгород. Для жителей началась новая глава истории города — первая оккупация, которая продлится до февраля 1943 года.
В первой части спецпроекта «Белгород 1941» мы рассказали о том, как жил город до начала войны.
Они гуляли в парках и строили заводы: чем жил Белгород в первой половине 1941 года