Немного покопалась в истории имен детей британской королевской семьи и выяснила, что там поле непаханое всяких тайн, мифов, загадок и легенд. Не знаю уж, как вы относитесь к этим людям (а я лично не слишком позитивно к ним настроена), но одно очевидно: так или иначе эта семья является носителей очень глубокого пласта человеческой культуры, а потому представляет для нас с вами, дорогие читатели, особый интерес.
Итак, принцесса Шарлотта Элизабет Диана – почему она не просто Диана? И почему вообще ее так зовут?
Три поколения в одном имени
2 мая 2015 года в лондонской больнице Святой Марии родилась принцесса Шарлотта. Весь мир тут же начал её обсуждать, но мало кто заметил, что в её полном имени – Шарлотта Элизабет Диана – спрятан целый семейный портрет.
Шарлотта – это женский вариант имени Чарльз, то есть дань уважения деду, тогда ещё принцу Чарльзу. Элизабет – в честь прабабушки, королевы Елизаветы II. Диана – в честь принцессы Дианы, трагически погибшей бабушки, которую девочка никогда не увидит. То есть в одном имени зашифровано аж три поколения семьи.
Показательно, что имя Диана стоит последним, и это не случайность. Королевские биографы объясняют: принц Уильям намеренно не сделал его первым, чтобы девочка не несла с рождения тяжелый груз ассоциаций, связанных с ее печально знаменитой бабушкой. Видимо, для принца это просто нежное напоминание о рано ушедшей, но все ещё любимой матери.
Лилибет Диана
Принц Гарри же пошёл другим путём. Его дочь, родившаяся в июне 2021 года в солнечной Калифорнии, получила имя Лилибет Диана. И если с Дианой всё понятно, то Лилибет – это вообще нечто особенное.
Дело в том, что маленькая Елизавета в детстве не могла выговорить собственное имя и вместо «Элизабет» говорила «Лилибет». Так это имя прижилось в семье, но называли им королеву только самые-самые близкие ей люди. Например, принц Филипп называл так жену до конца своих дней. Это было особенно личное и ласковое обращение, которое, по всей видимости, королева глубоко ценила.
И вот это сугубо личное Гарри с Меган взяли и вынесли на публику, дав такое имя своей дочери. Разумеется, разразился скандал. Букингемский дворец через источники дал понять, что королеву о разрешении не спрашивали, а просто поставили старушку перед фактом. Сассекские возражали: мол Гарри звонил бабушке и получил ее одобрение.
Правда, безработные интернет-сыщики нашли у этой версии слабое место: в разгар полемики выяснилось, что домен с названием lilibetdiana.com был выкуплен в тот самый день, когда Гарри якобы звонил за разрешением, а похожий адрес lilidiana.com зарегистрировали и вовсе 31 мая – раньше предполагаемого звонка. Деталь небольшая, но красноречивая.
Биограф и близкий друг королевы Джайлс Брандрет позднее расставил точки над «и» с дипломатической аккуратностью:
«Её [королеву] поставили в известность, а не спросили. Но я уверен: если бы она была против – она могла бы сказать „нет". Она согласилась, потому что была хорошим, порядочным человеком».
А в прессе тем временем появилась фраза, которую приписывают самой Елизавете:
«Единственное, что у меня было по-настоящему своё – это моё имя. Но теперь забрали и его».
Правда это или красивая легенда – уже не так важно. Важно, что звучит вполне правдоподобно.
Бонус: имена монархов тоже не так просты
Кстати, если уж говорить об именах – королевские особы и сами не всегда носят те имена, которые получили при рождении. Монарх при восшествии на престол вправе выбрать любое из своих крестильных имён в качестве тронного.
Нынешний Карл III при рождении был Чарльзом Филиппом Артуром Георгом – и вполне мог стать Георгом VII в честь деда Елизаветы II. Ходили даже слухи, что он всерьёз рассматривал этот вариант. Королева Виктория при крещении была Александриной – но первое имя казалось ей неблагозвучным, и она от него отказалась. А принц Гарри – это вообще домашнее прозвище: в документах он Генри.
Так что имена в королевской семье – это всегда немного больше, чем просто имена. Это выбор, месседж и иногда – повод для многолетних обсуждений скучающих интернет-пользователей.
Друзья, ваш лайк делает мой день немного лучше 🫶🏻