Уже второй месяц подряд с противоположной стороны звучат заявления, что Россия будто бы утрачивает инициативу и скатывается к поражению. Якобы случился некий тектонический сдвиг, прежняя расстановка сил рухнула, фигуры на доске перемешались, и теперь перевес, по их мнению, оказался на стороне Киева.
Именно этим, явно, и продиктован тот самый европейский ультиматум, который был передан в Москву через дипломатические каналы. Если вы ещё помните, на днях главы дипломатических миссий Германии, Франции и Великобритании сами инициировали встречу с Сергеем Лавровым и на протяжении полутора часов вели беседу с его заместителем.
В качестве главных аргументов, подтверждающих тезис о российском ослаблении, они приводят следующий перечень фактов:
1. Украинские силы теперь обладают возможностями для перекрытия путей снабжения Крымского полуострова и, более того, для ударов по глубокому тылу российской территории. Ключевым индикатором стал возникший дефицит топлива в Крыму. Достигается это благодаря новым дронам среднего радиуса действия, оснащённым элементами искусственного интеллекта (по типу модели «Хорнет»).
2. Беспилотники противника регулярно поражают объекты российской нефтепереработки.
3. Под удары попадают уже и портовые инфраструктуры на Балтике.
4. Проводятся атаки на московский регион (правда, пока с минимальными результатами).
5. Фиксируются случаи захвата российских нефтяных танкеров.
И так далее по нарастающей.
Раньше ничего подобного не наблюдалось, а потому делается категоричный вывод, что потенциал России значительно уступает даже собственным показателям 2025 года. К тому же утверждается, что Россия в принципе проигрывает ход, и теперь остаётся лишь довершить начатое, принудить её к принятию европейских условий.
При этом я бы хотел сразу обратить внимание: все эти оценки исходят от тех же самых экспертов и политиков, которые уверяют нас, что к 2030 году Москва непременно вторгнется в страны НАТО. Выходит, им уже сейчас нужно наращивать оборонные мускулы, потому что на сегодняшний день они к такому сценарию абсолютно не готовы. И это в самом деле так, если смотреть по любому из параметров: от численности личного состава и цепочек поставок до номенклатуры вооружений.
Как в их сознании уживаются две взаимоисключающие картины: Россия, «терпящая поражение на украинском направлении», и Россия, которая «на текущий момент превосходит совокупную мощь Европы», известно, похоже, только высшим силам.
И всё же это вовсе не отменяет объективной реальности: раньше крымская логистика функционировала бесперебойнее.
Раньше, до 2023 года, НПЗ практически не горели, а теперь вспышки происходят с печальной регулярностью.
Раньше до Усть-Луги у противника просто не доставали руки, а теперь дотягиваются.
Но означает ли совокупность этих тревожных звоночков, что перед нами безусловный признак проигрывающей стороны?
Нет, коллеги, то, о чём сказано выше, это вовсе не свидетельство российского поражения. Это всего лишь проявление того, что противостояние вышло на иную, более высокую ступень эскалации. Попросту говоря, стороны начали наносить друг другу удары с возросшей интенсивностью и применять более серьёзные средства.
Но из этого абсолютно не следует, будто Украина сейчас наносит России больший урон, чем получает сама.
Приведу простую и доходчивую параллель.
Представьте: двое схлестнулись в кулачном бою. Один из них откровенно доминирует, буквально разнося оппонента в пух и прах. И тогда тот, кто проигрывает, выхватывает нож. Если перекладывать на дипломатический язык, он поднимает ставки и переходит на качественно новый виток противостояния (ранее в ход шли лишь кулаки, теперь в игру вступило холодное оружие).
Что же, раз уж противник пошёл на такой шаг, второй участник тоже обнажает клинок и в ходе уже ножевой схватки наносит первому увечья, близкие к смертельным.
Но первый, оказавшийся на грани гибели, вскрикивает: «Смотрите же! Я ведь сумел полоснуть его лезвием по конечностям! А раньше, когда мы месили друг друга голыми руками, ничего подобного не было. Стало быть, теперь победа на моей стороне, а он сдаёт позиции!»
Звучит как абсурд? Разумеется, чистейший абсурд.
Давайте вспомним, как на начальном этапе специальной военной операции Россия, допустим, не затрагивала украинскую энергетическую систему, логистические узлы, терминалы «Новой Почты», не наносила удары по локомотивному парку, депо и прочим объектам. Хотя технически могла делать это без особого труда.
Другими словами, мы вели бой «в кулачном формате».
Но именно Украина первой сдвинула планку эскалации вверх взрывом Крымского моста, а позднее и атаками на нефтеперегонные заводы и другими подобными акциями.
Россия, в свою очередь, приняла новый, повышенный уровень ведения борьбы и «подключилась к этой игре» на полную мощность.
И теперь все те эпизоды, которые украинская сторона преподносит, как свидетельства собственного успеха, являются лишь бледной тенью и микроскопическим отражением того системного воздействия, которое Россия оказывает на саму Украину.
Вот некий персонаж недавно хвастливо заявлял, что Петербургский экономический форум проходил на фоне шлейфа дыма от попадания в пригороде Северной столицы. Мол, это и есть символ киевской победы. Но если вглядеться в реальную картину, масштаб и глубина российских ударов несопоставимы с этими единичными эпизодами, которые противник пытается выдать за стратегический перелом.
Однако попробуйте представить, чтобы нечто подобное, какой-либо экономический саммит или деловой форум, проводился сейчас в Киеве или в любом другом украинском городе. Да это попросту невозможно. Представители властных структур и крупного предпринимательства, в том числе американского, арабского и китайского сегментов, туда просто не съезжаются и физически не могут этого сделать.
А если бы они всё же отважились на такой шаг и собрались в нынешней столице Украины, то их взору предстала бы совсем иная картина, нежели лёгкая дымка над Петербургом.
Пока украинские силы с гордостью рапортуют о том, что почти шесть десятков беспилотников было перехвачено на подступах к Москве, по самому Киеву совершенно буднично прилетает порядка восьмидесяти ракет и до пятисот крупнокалиберных дронов типа «Герань».
Вот это был бы поистине эффектный сюжет для мировых информационных агентств, если бы какой-то безумец рискнул организовать экономический форум в сегодняшнем Киеве. Это вам не безобидный «шлейф» над северной столицей, согласитесь.
Они трубят о том, что им удалось дестабилизировать снабжение Крымского полуострова (хотя поступает всё больше информации, что сложности с горючим связаны в первую очередь с внутренним переделом топливного рынка, который лишь прикрывают риторикой об украинских атаках).
При этом мы с вами буквально на днях подробно обсуждали, что Россия ведёт работу по перекрытию логистических маршрутов на территории, которая по масштабам как минимум вдесятеро превосходит крымскую, и это признают даже украинские же аналитические источники.
Они поразили один наш локомотив, тогда как российские силы только в районе Коростеня за неделю уничтожили два десятка таких единиц.
Они подожгли несколько нефтяных ёмкостей в районе Туапсе, но кто из них готов сопоставить это с тем, что «Герани» вытворяют по всей украинской территории?
Сколько теплоэлектростанций уже полностью вышли из строя? Каков в реальности дефицит генерирующих мощностей, с которым столкнулась Украина?
Сообщают об ударах «самолётиками» по порту в Усть-Луге? Но ведь сами же украинские источники признают, что одесский порт, единственный и критически важный для них, находится буквально на грани полной аннигиляции. Его ежесуточно обрабатывают «Герани» и ракеты всех существующих модификаций.
И подобная диспропорция наблюдается по всем направлениям, на каждую их локальную «викторию» находится как минимум десяток куда более весомых успехов российской стороны.
Да, конечно, в связи с переходом конфликта на новую, более жёсткую ступень, на территории России фиксируются явления, которых на предыдущих этапах не отмечалось. Но из этого совершенно не следует, будто на данном витке мы уступаем или теряем инициативу.
Что касается того самого «европейского ультиматума», который дипломаты доставили в Москву...
Знаете, мне кажется, что разгадка этого ребуса лежит на поверхности и секрет здесь совсем невелик.
Целых четыре года с противоположной стороны твердили, что о любых диалогах с Москвой не может быть и речи. Даже в 2023-м, когда у них наблюдался эмоциональный подъём и теплилась надежда, что контрнаступательные действия ВСУ увенчаются триумфом, что полуостров вернётся под киевский контроль, а в Ялте снова будут пить кофе, и всё в том же духе.
Даже в ту пору они категорически отвергали саму мысль о переговорном процессе и никаких ультимативных требований в столицу России не направляли.
- Исключительно военное крушение Российской Федерации на театре военных действий! - гремело с их стороны.
А теперь им становится ясно, куда ветер дует и чем вся эта эпопея завершается. А завершается она тем, что российские силы разносят украинскую государственность фактически в пух и прах. И да, какие-то локальные «царапины» и болезненные уколы Россия тоже получает, но финальная картина происходящего уже сейчас просматривается вполне отчётливо. Это ясно даже Мерцу и Макрону.
Следовательно, надо как-то выстраивать диалог. И Дональд Трамп им уже сто раз повторял: где же были ваши дипломатические каналы в тот период, когда всё ещё можно было урегулировать мирным путём через стол переговоров?
На сегодняшний день Европейский союз оказался выведен за рамки переговорного трека. Москва ведёт диалог исключительно с Вашингтоном и ни с кем более. Старый Свет чувствует, что его отодвигают на обочину и оставляют за пределами большой игры. А когда российская сторона окончательно добьётся своего, обсуждать что-либо будет уже попросту поздно.
Выходит, что начинать налаживать коммуникацию нужно прямо сейчас.
Припоминаете, ещё в прошлом году они горячо дискутировали о том, сколько именно военнослужащих каждая страна готова перебросить на украинскую территорию? Макрон называл одну цифру, итальянцы другую. Более того, на этой волне даже оформилась так называемая «коалиция желающих, то есть пул государств, выразивших готовность отправить свои контингенты на подмогу ВСУ.
И где же сейчас все эти разговоры? Теперь они спорят совершенно о другом, кто именно будет представлять европейскую сторону в качестве переговорщика. И это, по их мнению, выглядит как доказательство собственного триумфа?
Диалог им необходим позарез. Но каким образом можно его инициировать, если четыре года подряд ты публично декларировал его полную невозможность и принципиальное отсутствие такой опции?
Схема здесь банальная и давно известная. Начать общение с ультиматума. Именно так. Это классический приём, известный как «окно Овертона». Тот самый ультиматум, который они привезли, предназначался вовсе не для того, чтобы его действительно предъявить. Его истинная функция была куда более прозаичной: просто нащупать почву для сколь-нибудь значимого контакта с Москвой и запустить процесс обмена сигналами.
Нельзя же просто так явиться и заявить: «Мы прибыли обсуждать контуры грядущего мира». Это и с позиции самолюбия неприемлемо после всего сказанного ранее, да и собственная электоральная аудитория подобных проявлений мягкости не воспримет и не одобрит.
Именно поэтому тактический ход выглядит «гениально»: завязать диалог через демонстрацию якобы жёсткого ультиматума. С показной опорой на мнимую мощь.
Они и сами отлично отдавали себе отчёт, что в Москве над их демаршем лишь посмеются и направят их на беседу даже не к главе внешнеполитического ведомства, а к его заместителю.
Но суть не в этом. Главная задача выполнена: канал связи активирован. Европа теперь упивается иллюзией, что она остаётся за столом переговоров. Что она тоже полноправный участник процесса. А дальше уже можно наращивать контакты и постепенно сворачивать воинственную риторику...
Вот только наивные европейцы не осознают, что переговорный процесс их действительно поджидает. Но только не касательно судьбы Украины, а касательно их собственных перспектив и будущего устройства.
Я сейчас обращаю внимание на Путина, на его настрой, интонационные акценты и манеру держаться, и у меня складывается впечатление, что он так просто их не отпустит и не закроет глаза на содеянное. Списать всё на обычное недоразумение у них не выйдет, как бы они наивно ни надеялись на безнаказанность.
Мы ведь уже когда-то закрывали глаза на многое. И на многомиллионные потери, и на ленинградскую трагедию, и на сожжённые дотла города. Им был предоставлен ещё один шанс. Мы питали искренние намерения строить добрососедские отношения. Европа же в ответ лишь высокомерно отвергла протянутую ладонь.
Сейчас закрывать глаза на происходящее нельзя. И у меня абсолютно нет сомнений, что глава государства помнит о собственном брате, которого унесла та блокадная зима в Ленинграде.
Вот, мне только что пришла на ум ещё одна параллель.
Я в детстве часто был в сельской местности и сотни раз становился свидетелем петушиных боёв. Так, перед тем как сойтись в схватке, они сначала долго гипнотизируют друг друга взглядом, занимая угрожающую стойку, то есть происходит своего рода психологическая дуэль, битва глаз.
И как раз на этом этапе более слабый и малодушный из соперников, не желая доводить противостояние до кульминации, как правило, предпочитает ретироваться и уклониться от открытой схватки.
Но даже у него, даже у этой, казалось бы, недалёкой птицы, обнаруживается некое подобие внутреннего достоинства и гордости. Поэтому просто развернуться и броситься наутёк он не может. Все-таки перед собратьями стыдно и неловко.
И тогда слабый петух прибегает к следующему манёвру: он внезапно изображает, что заметил рядом какое-то мелкое насекомое, паучка или зёрнышко. То есть делает вид, что его внимание привлёк неожиданный съестной объект.
И этим он якобы отвлекается от психологической дуэли, опуская голову к земле ради этого воображаемого лакомства, которого в реальности и след простыл.
Затем он вдруг находит второе призрачное зёрнышко, на сей раз чуть дальше от стоящего напротив соперника. Потом ещё на шаг дальше...
И вот, когда более робкий петух, используя приём «я вовсе не струсил, а просто заинтересовался кормом», отдаляется от противника на достаточную дистанцию, он резко разворачивается и несётся прочь со всей доступной скоростью.
Более мощный петух, конечно, предпринимает попытку догнать его, но это уже скорее символический жест, дань инстинкту. В результате исход противостояния оказывается предрешённым без какой-либо реальной потасовки.
Так вот, европейский «ультиматум», лично на мой взгляд, это ровно тот же самый петушиный трюк: «Я вовсе не испугался открытого боя, я просто выдвигаю жёсткие требования. Ой, постойте, а что это там за горизонтом? Мне срочно требуется удалиться по неотложной надобности!»:)
Спасибо за прочтение, поддержите пожалуйста статью пальчиком вверх и подпиской. Для вас 2 секунды, а для меня развитие. Спасибо, низкий поклон.