В квартире было темно и тихо. Ночь была душная. Чрезмерно душная. Он никогда не открывал окна. Боялся застудиться. Старые ходики на стене показывали 12.08. Он сидел на диване, прижав к себе ноги и обхватив их руками. Его бирюзовая пижама прилипла к влажному телу. А сетка на голове сползла набекрень...
Жестяная кружка с чаем стояла на табуретке рядом с диваном. Тонкий аромат степной ромашки наполнял комнату. Он смотрел на кружку и думал о ней. О женщине. О женщине, которую желал...
Тоска скреблась где-то в области солнечного сплетения. Он тихо завыл. Ему отчаянно захотелось ощутить её нежное тело. Её мягкие волосы. Дотронуться губами до её ресниц. Провести рукой по щеке. Опуститься к тонкой шее. Поцеловать хрупкое плечико. Спуститься ниже. Почувствовать её трепет...
Он вскочил с дивана и опрокинул табуретку. Жестяная кружка с грохотом покатилась по деревянному полу. Наступив ногой в ромашковую лужу, он метнулся в уборную...
Выйдя из уборной, он принял твёрдое решение: «Лететь!» Ему хотелось живую женщину. Живую и настоящую. Трепетную. Страстную. Ту, которая в Москве...
