- То есть, вы не уверены?
- Нет.
Начало здесь. Предыдущая глава 👇
Ответ был предельно чётким, без колебаний. Полина помнила, как шла по незнакомому району. И знала, что приехала туда, чтобы поговорить с Кариной. Просто посмотреть ей в глаза, потому что в тот момент в голове не укладывалось, что можно вот так бесцеремонно вмешиваться в чужие отношения. Причём в отношения человека, которого называла подругой.
Сколько раз Карина обнимала Полину, говорила, что любит её? Собственно, из-за этого Поля каждый раз стыдила себя за мысли, что дружба у них какая-то односторонняя.
Ещё в памяти чётко отпечатался страх, когда Поля услышала шаги и почему-то решила, что это какой-нибудь маньяк. Она помнила, как поняла, кто её догоняет, и бежала прочь от Карины по мосту, как летела вниз, но…
То короткое воспоминание о том, как же так получилось, что она полетела вниз, никак не удавалось воскресить из памяти. Как Карина могла её скинуть? Ограждение там не особо высокое, но Поля понимала, что стала бы сопротивляться.
И она честно призналась следователю, что не помнит момент, который предшествовал падению. А ещё поделилась мыслями, что не представляет, как бы бывшая подруга скинула её с моста.
- Я помню, что спешила поскорее от неё убежать, а потом – раз! – и я лечу вниз. Как бы она меня столкнула? Я что, не сопротивлялась даже? Как-то на меня не похоже. Но и сама я не могла!
- Разберёмся, – буркнул следователь. Пока Полина чуть не умерла второй раз уже в больнице, успели возбудить уголовное дело. И следователь ей понравился больше того кричащего полицейского. Немногословный, серьёзный.
- А я могу искажённо что-то помнить?
- Наверное. Но Илья Григорьевич дал разрешение на беседу. Обычно, если потерпевший бывает в невменяемом состоянии, нас предупреждают. Такие показания ни один суд не примет. Я поговорю с врачом ещё раз. Так значит, рядом в ту ночь была Карина?
- Карина, – кивнула Поля.
- А сам момент инцидента вы не помните?
- Нет.
- Ясно, что пока ничего ясного нет. Будем разбираться, – со вздохом ответил мужчина. – Поправляйтесь, Полина Николаевна! Врачи говорят, вам невероятно повезло.
На это Полина ничего не ответила. Она пока не понимала, что с ней. Под действием лекарств много спала, почти не двигалась. И только теперь, приходя в себя, у неё был вопрос: а ходить-то она сможет? Как она сейчас выглядит? Какие у неё травмы? Болит-то всё тело! И непонятно, в каких местах оно пострадало больше, в каких меньше.
Но, устав от разговора со следователем, – будто мешки ворочала, а не просто разговаривала, – Полина уснула, так и не успев как следует подумать и расстроиться.
***
Ещё неделю её держали в реанимации, и в это время к ней пускали только родителей. Сеню она попросила пока к ней не пропускать. Всё в голове запуталось ещё больше. Полина даже подумала, что от удара мозг превратился в кашицу.
Она узнала, почему врачи без конца говорили ей о везении. Спас её песок. Как девушка поняла, за пару дней до её падения, кучу песка по ошибке выгрузили не в том месте и перетаскать весь ещё не успели. Он смягчил падение.
Это первая счастливая случайность.
А вторая, что при падении она могла упасть на пути и удариться об рельсы или бетонные шпалы. Вот тогда шансов выжить было бы меньше.
И уж тем более было бы меньше шансов начать снова…
- А я буду ходить? – спросила Полина врача дрожащим голосом.
- И бегать будете, – заверил её тот. – Вот только летать с мостов я вам больше не советую.
Полина даже не улыбнулась. Что за юмор такой? Она же не сама!
Или сама?..
Её вдруг начал мучать этот вопрос. Ну как бы Карина её сбросила? Неужели та настолько глупа, чтобы таким образом освободить себе путь к Сене? Как-то это на неё не похоже… А она сама? Разве так глупа? Даже в подростковом возрасте у неё ни разу не мелькнула эта ужасная мысль в голове! Нет, как мысль она мелькнула, наверное, как и всех людей хоть раз в жизни, но тут же испарилась.
Родители ничего не рассказывали. Да и что они могли знать? Мама приходила и плакала, папа на неё ворчал. Оба то жалели её, то пеняли, мол, как ты вообще там оказалась? Где был Сеня? Что произошло? Гадали вслух, уж не расстались ли они, а сами поглядывали на реакцию дочери. Но Поля никак не реагировала. Сама им рассказывать ничего не хотела. Решила, что сначала всё вспомнит. Или следователь восстановит все детали происшествия.
Когда Полину перевели в обычную палату, к ней заявился не только Сеня, но и его родители. И тут же с порога его мама начала:
- Что случилось? Сеня молчит, ничего не рассказывает…
- Потому что я не знаю! – довольно раздражённо заметил Сеня.
- Помолчи, – оборвал его отец. Он присел на корточки рядом с кроватью Поли и серьёзно спросил: – Скажи нам честно. Без утайки. Наш сын тебя скинул?
- Ну класс! – всплеснул руками Сеня, а Полина внимательно на его смотрела. По реакции непохоже, чтобы он испугался. Знает, что она не помнит или точно не причастен?
Неизвестность мучала. Тем более, в голове есть где-то тщательно спрятанная мозгом нужная информация.
- Я не помню, – произнесла она.
- Это не я! Я бы никогда… Да о чём ещё говорить? Неужели ты думаешь... А, – Сеня махнул рукой и вышел из палаты.
Соседка Полины, пожилая женщина лет шестидесяти – шестидесяти пяти, смотрела на всё с интересом. Она молчала, не вмешивалась, но было видно, что женщине любопытно.
- Прости его, мы все на нервах! – воскликнула мама Сени. – Так за тебя испугались! Ты же нам не чужая.
- Ага. Мы все очень волновались. И познакомились с твоими родителями, наконец. Поддерживали друг друга, пока ты в реанимации лежала, – кивнул отец Сени.
Полина снова удивилась. Она бы родителей давно познакомила, но Сеня не проявлял к этому интереса, а она лишний раз не навязывалась. Всё думала, что вот-вот и поступит предложение о свадьбе, и тогда можно было бы собрать всех вместе.
Только пять лет прошло, а предложение так и не поступило. Но слова родителей Сени её тронули. Жаль будет с ними прощаться, если они снова расстанутся! Надо же, а она, оказывается, к ним привыкла. Даже прикипела немного. Ещё недавно злилась за их частые визиты, а теперь грустно.
- Мы поговорим с Сеней позже. Наедине, – сказала Полина.
- Да, дай ему время успокоиться! Он тоже весь на нервах. Почти не спал все дни. Не ел. Я зря готовила! Всё свободное время сюда бежал, а пускали-то только ненадолго. И то после родителей, – вздохнула женщина.
- Ладно, раскудахталась! Мы пойдём, не будем тебя утомлять, – сказал отец Сени и подтолкнул её к выходу.
А Полина, наконец, собралась расслабиться. Полежать в тишине. Но не тут-то было! Теперь ожила соседка.
- Нервные какие нынче молодые люди! – вздохнула она.
Поля закрыла глаза, надеясь, что та решит, что она уснула и не будет приставать с разговорами. Но той явно было всё равно!
- Помню, первый муж у меня таким же был. Всё что-то обижался! Но я любила его – страшно вспомнить как!
- Почему же вы расстались? – поинтересовалась Полина.
- А кто сказал, что мы расстались? Умер он, – соседка тяжело вздохнула. – Молодым совсем. У нас сын остался… Семь ему уже стукнуло. Долго детей не получалось, он у нас как чудо! Сейчас уже взрослый, своя семья. Внуки у меня есть. А тогда, если бы не он, я бы жить не знала как!
- Но он же обидчивый был!
- И что? – фыркнула женщина. – Сердце не выбирает, кого ему любить. Выбираешь ты.
- Это как? – совсем растерялась Полина.
- Ну… любишь так, что готова принять его со всеми недостатками или недостаточно, чтобы терпеть. Вот и всё. Что, сомнения есть?
- Есть, – выдохнула Полина тихо.
- Муж?
- Нет.
- А, ну тогда посомневайся. А то мода пошла – женились, чуть что не понравилось, развелись! Так можно всю жизнь бегать под венец! А женились, так живите. Ищите точки соприкосновения. Вот со вторым мужем у нас идиллия. Но ты не думай, что всегда так было. К пенсии появилась, – и женщина рассмеялась.
- А до пенсии идиллии, что, не было?
- Всякое было! То поругаемся по мелочи, то не понимаем друг друга. Дом строили – ругались каждый день! Я так хочу, а он эдак. Ничего, построили. И не развелись! Ругались, а всё равно понимали, что жить дальше вместе будем. Это выбор. Общий выбор. Когда только один выбирает, а второй живёт, как живётся, ничего не получается!..
Она говорила, говорила и говорила, а Полина обдумывала именно фразу, про живёт, как живётся. Сеня же именно так и делает! Не решает проблемы, а просто отодвигает их, будто они сами как-то там разрешаться. Или кто-то разрешит их за него. Ничего не меняет.
Поле так хотелось отвернуться к стенке и немного поплакать, но нога в гипсе и рука в гипсе ей это сделать не дали. Да ещё и половина тела в повязках! И усталость от всего этого: от разной боли, мыслей, мучительных попыток вспомнить…
Она закрыла глаза, и сама не заметила, как уснула. А где-то на фоне соседка продолжала предаваться воспоминаниям, совершенно не замечая, что говорит сама с собой.
***
- Здравствуйте, Полина Николаевна, – произнёс следователь, заглядывая в палату. Он тут же заметил соседку и с ней тоже вежливо поздоровался: – Здравствуйте! Вы не оставите нас… О, да у вас нога в гипсе…
- Ничего, – пожала плечами соседка. – Я с костылями хорошо управляюсь! Говорите, не жалко!
Дождавшись, когда она покинет палату, следователь устроился рядом с кроватью Полины на стуле и со вздохом заметил:
- К сожалению, Карина никакой вины не признаёт. Говорит, расстались вы на мосту. Причём ваша подруга утверждает, что вы ушли с моста, а она ещё там постояла, глядя на проходящий под ним поезд. Кстати, насчёт поезда сошлось по времени.
- Но… как… как же я тогда упала?
- Вот это и мне непонятно. Может, Карина врёт. Пока не можем найти свидетелей. Вы ничего нового не вспомнили?
- Нет. Голова уже пухнет от моих попыток!
- Ну, так уж не надо себя мучить! Давайте попытаемся вспомнить весь день. Вдруг было что-то, на что вы не обратили внимания? Или ваши воспоминания натолкнут вас на новые мысли?
- Давайте, – согласилась Поля и задумалась. – У меня в тот день было много занятий. Пять групп и два индивидуальных…
- Постойте! Мои ребята уточнили, что в день происшествия вас вообще не было на занятиях. Вы их отменили.
- Нет! Я же точно помню: устала, лежала в кровати, пришло сообщение от Карины… Это было 28 мая! Точно! Потому что мне в тот день ещё одних выпускников навязали. Я уже и брать не хотела, но те так мечтали станцевать на выпускном… А я что сделаю? У нас с ними времени осталось – всего шесть репетиций! Шесть! И танцоров там нет. Ну, в общем…
- Вы упали двадцать девятого мая, – тихим голосом перебил её следователь. – Полина Николаевна, вы не помните не маленький промежуток, а целые сутки.
Поля тихо ойкнула. Такого она никак не ожидала!
Не забывайте подписываться на канал, сообщество VK, личный блог в Мах, ставить лайки и писать комментарии! Больше рассказов и повестей вы найдёте в навигации по каналу.
Продолжение 👇