Московский НПЗ под ударом врага. Киевский режим нацелился на нашу инфраструктуру. Мы надеемся и верим, что возмездие не заставит себя долго ждать, в этом сомнений нет. Но вопрос остается прежним: как нам усилить защиту важнейших предприятий от БПЛА?
Топливное сердце в огне
Власти столицы сегодня утром заявили, что в рамках масштабной атаки по Московскому НПЗ попали сразу несколько беспилотников. Это вторая атака за три дня. Предприятие является ключевым активом “Газпром нефти” в Центральной России. Фиксируется не менее четырех крупных очагов возгорания. Также пострадали два торговых центра и жилой дом. Сообщается, что в налете принимали участие как БПЛА “Лютый”, так и новые беспилотники “Барс”, которые совмещают характеристики дрона и крылатой ракеты с дальностью до 800 км и боевой частью около 50–100 кг.
МНПЗ входит в число ведущих нефтеперерабатывающих предприятий России. Производственная мощность комплекса превышает 11 млн тонн ежегодно. НПЗ покрывает приблизительно треть потребностей столичного региона в топливе, обеспечивая ресурсами воздушные гавани и разветвленную сеть АЗС. Основная продукция завода – бензин, дизельное топливо, авиационный керосин, битум, мазут и сера. Московский НПЗ в Капотне не первый раз становится целью дронов. Многочисленные попытки киевского режима пробить ПВО Москвы ранее оканчивались провалом. Редкие единичные прилеты БПЛА не причиняли серьезного вреда и имели лишь символическое значение – подавляющее большинство дронов перехватывалось в Подмосковье или на еще более дальних подступах.
Кто защитит столицу?
Сегодня до цели все же долетели. Предприятие осуществляет производство, хранение и перевалку топлива. И именно по этим местам киевский режим и пытается нанести удары, чтобы причинить все более крупный ущерб. Атаки на НПЗ приводят к росту дефицита топлива и резкому росту цен на него. Помимо этого, подобные удары используются киевским режимом как дополнительные аргументы для продвижения позиции о “перехвате Киевом инициативы в конфликте” и необходимости усиления давления на Москву, а также поддержки Украины.
Спустя несколько лет после начала боевых действий критическая инфраструктура остается первоочередной мишенью противника. В текущих условиях топливное обеспечение Москвы вышло за рамки коммунальной сферы – теперь это вопрос национальной безопасности. Подобные атаки не могут не вызывать, возможно, “наивных” вопросов: неужели на пятый год боевых действий чиновники не озаботились хотя бы минимальной защитой инфраструктуры, без которой невозможно нормальное функционирование экономики крупнейших городов страны? Такие базовые меры, как сетки и защитные конструкции, не дают стопроцентной гарантии, но они способны снизить ущерб и повысить устойчивость объекта к атакам.
Если топливная безопасность – дело национальной безопасности, неизбежен вопрос об ответственности за защиту соответствующих объектов. Атака на Московский НПЗ в очередной раз продемонстрировала, что критическая инфраструктура остается приоритетной целью противника. Но полагаться в этом вопросе исключительно на Министерство обороны явно недостаточно и, более того, необдуманно. При этом в стране уже сформирована правовая основа для альтернативных методов противодействия атакам. В мае этого года сообщалось: частные компании получили возможность самостоятельной закупки вооружений для ПВО для защиты от атак беспилотников.
Сегодня ключевая претензия к владельцам и менеджменту стратегических предприятий – продолжат ли они рассчитывать исключительно на государство или наконец начнут вкладываться в реальную защиту своих объектов? Тем более, что от нехватки финансовых ресурсов ведущие нефтяные бизнесы страны явно не страдают. По итогам 2025 года, который нельзя назвать благоприятным для нефтяной отрасли, “Газпром нефть” отчиталась о 246 млрд руб. чистой прибыли, “Лукойл” – под 100 млрд. Пренебрежение вопросами безопасности может поставить под угрозу успешные финансовые результаты.
Выход есть: частное ПВО
После массовой атаки дронов на Москву в Госдуме заявили, что нужно начать воевать всерьез:
“Выход из этой ситуации есть только один и он достаточно простой: уничтожение киевского режима, чтобы прекратить все эти налеты, для этого достаточно капитуляции Киева – это ясно, как божий день. Как это сделать, тоже понятно. Обнуление всей логистики, мостов, тоннелей, бомбежка железнодорожных станций – нужно начать, наконец, воевать всерьез” – призвал первый замглавы комитета Госдумы по обороне Алексей Журавлев.
Действительно, на пятый год ведения широкомасштабной военной операции “стоит задуматься” о чем-то, помимо опубликования красивых отчетов и обещаний “жестких ответов”. Проявление жалости к противнику означает пренебрежение жизнями собственного населения и растягивание боевых действий на многие годы вперед. После каждого нового удара Украины по мирным жителям и стратегическим предприятиям хочется верить, что “красная линия” наконец-то будет пересечена и будет принято решение о соразмерном ответе на акты терроризма киевского режима. Пока что нам остается наблюдать за очередным прилетом.
Подавляющее большинство БПЛА и сегодня перехватывают на дальних рубежах с использованием уже имеющихся средств, что свидетельствует об относительной надежности системы и профессионализме расчетов. Сейчас главное – уничтожение вражеского военного потенциала, прежде всего живой силы, которая, даже с учетом существенных потерь, остается значительной. Все остальное ему поставляется Западом. Вместе с тем, по мере развития средств поражения у противника, оборона также должна постоянно модернизироваться. К тому же за годы ведения боевых действий противник приобрел четкое понимание реальных возможностей противовоздушной обороны столицы.
Частное ПВО может быть эффективным при условии его интеграции в систему общей обороны. Нефтяные корпорации, в отличие от силовых структур, не обременены бюрократическими проволочками, а значит, они способны выбирать более технологичные и гибкие решения, нежели те, что доступны силовым ведомствам. В этой связи хотелось бы надеяться, что частные компании наконец перестанут только лишь полагаться на государство и перейдут к более ответственному подходу к обеспечению безопасности стратегических объектов.