28.08. Форсирование минных полей в районе мыса Юминда.
Днем 28.08 1941 г корабли КБФ начали покидать Таллин, им предстояло форсирование минных полей и трудный переход в Кронштадт. Основной или северный фарватер(ФБК-10) был выбран, кроме всего прочего, и потому что по нему уже было проведено 64% – конвоев, были вытралены тральщиками или взорвались под кораблями две трети из 74 мины и 17 минных защитника, что серьезно проредило минные поля выставленные противником. Финское побережье прикрывали две береговые батареи с 305 мм орудиями с дальностью стрельбы – 202 кб, а со стороны немцев у м. Кунда была установлена береговая батарея с дальностью стрельбы – свыше 110 кб. Забегая вперед, нашим корабля пришлось бы несравненно хуже, если бы им пришлось остановиться в минных полях и их бы еще, практически в упор, обстреливала крупнокалиберная артиллерия противника. А это было вполне возможно, если бы выбрали южный фарватер или фарватер севернее основного. О плотности же минных полей командование КБФ имело сугубо приблизительное представление[1].
С 21-00 по 24-00 27.08 —шла погрузка личного состава тыловых учреждений, раненных, республиканских и тыловых учреждений, грузов, с 00-00 до — 4-00 28.08 — погрузка войск, были созданы военные комендатуры для организации погрузки войск в гаванях [2].
Главные силы(флаг комфлота В.Ф. Трибуца): крейсер «Киров», ЛД(лидер) «Ленинград», ЭС(эсминцы) «Гордый», «Сметливый» и «Яков Свердлов», ПЛ(подводные лодки) - «С-4», «С-5», «Калев», «Лембит», БТЩ(быстроходные тральщики) 217, 207, 204, 205, 5 ТКА(торпедных катеров) и 6 СКА(сторожевых катеров) «морских охотников» и и вспомогательные суда. ГС(главные силы) прикрывают на переходе от м. Юминда до Гогланда КОН-1 и КОН-2(конвои-1 и 2). К конвою присоединилась ПЛ Щ-405. [3].
Отряд прикрытия(под командованием начальника штаба КБФ, контр-адмирала Ю.А. Пантелеева): ЛД «Минск», ЭС «Скорый», «Славный», ПЛ «Щ-322», «М-98», «М-95», «М-102», а так же четыре ТКА и четыре СКА «МО». ОПР(отряд прикрытия) прикрывает от о. Кери до о-ва Вайндлоо конвои: КОН-2 и КОН-3.
Арьергард: ЭС: «Калинин» (флаг к-ра Минной обороны Балтийского моря, контр-адмирала Ю.Ф. Ралля), «Суровый», «Артем», «Володарский»;СКР( сторожевые корабли): «Снег», «Буря», «Циклон», «Аметист»; 2 ТКА и 4 «морских охотника».АР (арьергард) прикрывает КОН-3 с тыла. [4]. Часть кораблей АР, уже в самом начале прорыва, присоединится к другим конвоям
В Отряде прикрытия на о. Гогланд(под командованием, на тот момент, капитана 2-го ранга И.Г. Святова) на 27-28.08. имелось: 2 СКР, 6 ТКА,, 5 СКА, 9 ТТЩ(тихоходные тральщики), БУК(буксир)— 1, Мотоботы— 4 [5]
Кроме отрядов боевых кораблей были созданы 4 конвоя: КОН-1, КОН-2, КОН-3 и КОН-4
В 12-18 28.08, т.е. на 14 часов позже запланированного, свое движение к Кронштадту начал КОН-1(ТР(транспорты): «Алев», «Атис Кронвалдс», штабной корабль «Вирония», ТР: «Иван Папанин», «Казахстан», «Калпакс», «Элла», «Эргонаутис», «Ярвамаа», плавбаза «Ленинградсовет», плавучая мастерская «Серп и Молот», ледокол «Кришьянис Вальдемарс», ПЛ: Щ-307, Щ-308, М-79). В охранении:7 ТТЩ(тихоходые тральщики),5 КАТЩ(катерные тральщики), буксир ОЛС-7, ЭС «Свирепый», «Суровый», СКР «Аметист», «Касатка», СКА МО 507. Выйти раньше помешала штормовая погода(тральщики не могли идти с тралами против волны), кроме того, были трудности с погрузкой войск(посадка войск в Минной гавани была завершена только в 6-30 28.08, в 14-00 -15-00 28.08 завершили эвакуацию войск с: о. Аэгна, пол-ова Виймси и о-ва Найссар. Командир конвоя — нач. 2-го отд. Опер отд. Штаба КБФ кап 2-го ранга Богданов Н.Г. По неизвестной причине к конвою присоединились ТР: «Иван Папанин», «Казахстан» и «Эргонаутис» из КОН-2, кроме того, к КОН-1 присоединился ЭС «Суровый»(при переходе из Моонзунда он получил повреждения механизмов в результате взрыва мины в параване), а так же СКР "Аметист".
В 14-15 из гавани вышел конвой КОН-4 :СС(спасательное судно) «Сатурн», самоходная баржа ТТ-1, буксиры: КП-6 и КП-12(на буксире у последнего был ТКА-121), ПЛ Щ-301. В охранении: 3 ЭМТЩ(электромагнитные тральщики), 4 КАТЩ, КЛ(канонерская лодка) И-8, 3 СКР. Командир конвоя - флагманский минер младший штаба КБФ кап 3 ранга С. А. Глуховцев.
В 14-52 начал движение КОН-2(ТР: «Найссаар», «Шауляй», ГИСУ «Лоод», ледокольный буксир «Тасуя»(у него на буксире – ТТЩ-86), ЗС(заградители сетевые): «Вятка», «Онега», «Азимут»). Силы охранения: 6 ТТЩ, 8 КАТЩ, КЛ «Москва», 2 СКА. Командир — командир 1-го див кан лодок Шхерного отряда кап 2-го ранга Н.В. Антонов). Помимо ушедших с КОН-1 были и другие изменения в конвое(не прибыл СКР с Моонзунда), погиб при переходе с Гогланда тральщик и пр.
15-20 – двинулся на восток КОН-3(ТР: «Аусма», «Балхаш», «Вторая Пятилетка», «Кумари», Лейк Люцерне», «Луга», «Скрунда», «Эверита», танкер 12, СС «Колывань»). Командир – командир отряда транспортов особого назначения, кап 2-го ранга А.Ф Янсон). В охранении: 4 ТТЩ, 7 КАТЩ, КЛ «Амгунь», 2 СКА. К конвою присоединились подошедшие из Палдиски транспорты: «Балхаш», «Кумари, впоследствии, ТР(транспорт) «Скрунда» и ТР «Эверита»(с последним к конвою присоединились СКР(сторожевые корабли) «Снег», «Циклон», «Буря») и другие суда[6].
В 15-52 начали движение Главные силы, перед ними шли 5 базовых тральщика(БТЩ). Обогнав конвои, ГС возглавили движение. За Главными силами двигался КОН-1. Для непосредственного прикрытия конвоев были выделены свои корабли, там были свои тральщики(тихоходные тральщики, ТТЩ), помощь поврежденным кораблям должны были оказывать спасательные суда, сторожевые корабли(СКР), морские охотники и пр., северный фланг колонны прикрывали торпедные катера. В 17-00-18-30 ГС отбили атаку немецких бомбардировщиков на себя, а затем крейсер «Киров» подавил огнем главного калибра немецкую береговую батарею, постановкой дымовой завесы ГС прикрыли от обстрела и себя и КОН-2. Но, немцы потопили СКА ПК-233. . В 20-30 ГС возглавили движение колонны кораблей(по Р.А. Зубкову), а в 21-10 крейсер «Киров отразил атаку 5 немецких катеров на себя и на КОН-1. Но, все только начиналось. Уже в 19-17 рядом с крейсером «Киров» начали появляться плавучие мины, а в 20-10 подорвалась на мине С-5. Подлодка шла в середине колонны ГС и ее гибель была особенно странной. Возможно, немцы использовали в т.ч и магнитные мины. Чуть позднее параван "Кирова" затралил первую мину, а В 20-49 подорвался на мине и вскоре затонул ЭС «Яков Свердлов»(правда есть сообщения, что это была подводная лодка), ок 20-56 мина взорвалась в параване ЭС «Гордый»[7].
В 17-00 начали покидать Таллин корабли ОПР под флагом контр-адмирал(на тот момент) Ю.А. Пантелеева, начальника штаба КБФ. Перед Отрядом прикрытия двигались 5 базовых тральщика. Когда ОПР оказались в общей колоне кораблей(за КОН-1) за отрядом прикрытия шел КОН-4, на 4-5 кб севернее ордера шел КОН-2, последним в колонне транспортов был КОН-3. Впереди КОН-2 и КОН-3 шли тихоходные тральщики (ТТЩ), у КОН-4 тральщиков не было. В 19-00-20-00 ОПР отразил атаки на себя и на конвои КОН-2 и КОН-3 бомбардировщиков противника, а в 19-50 и 21-00 атаки торпедных катеров, причем два торпедных катера, по донесениям, было уничтожено. .[8]
В 21-30(см ниже) покинул Таллин Арьергард под командованием контр-адмирала Ю.Ф. Ралля. Он замыкал колонну кораблей и транспортов. Арьергард должен был прикрывать прорыв кораблей КБФ в случае появления тяжелых немецких боевых кораблей.[9].
С севера и юга флагман, крейсер «Киров», прикрывали эсминцы: «Яков Свердлов»(с севера) и эсминец «Гордый.
Р.А.Зубков пишет, что эсминцы «Яков Свердлов» и «Гордый» шли на несколько кабельтовых севернее и южнее крейсера «Киров». Это признает и В.Ф.Трибуц, но только в отношении «Свердлова», «Гордый» шел впереди крейсера "Киров"(по В.Ф.Трибуцу). Значит ли, что «Яков Свердлов» шел вне протраленной полосы, как считает Р.А.Зубков? Скорей всего, «Я. Свердлов» шел на 3-4 кб севернее крейсера «Киров» до входа в мирные поля, потому как взорвался он только через час после входа в них. Видимо, потом он шел по краю протраленной полосы. Об этом, в частности, прямо говорится в приказе В.Ф.Трибуца: идти в протраленной полосе[10].
По мнению Зубкова по первоначальным планам боевые корабли не должны были обгонять конвои, тогда не было бы подсеченных параванами мин на пути транспортов:
«1) командование КБФ всегда считало необходимым, чтобы ОБК и КОН совершали переход в Кронштадт раздельно, или 2) у командования флота к моменту разработки этого плана еще не созрело понимание способа участия ОБК в боевом обеспечении перехода КОН.
На эту мысль наводят также анализ неутвержденных раздельных планов переходов КБФ и вспомогательного флота от 24.08 (табл. 15), а также рассмотрение обнаруженных в архиве схем ордера № 29, согласно которым ГС и ОПР должны были фактически следовать в едином походном порядке (расстояние от концевого корабля ГС до головного корабля ОПР — 25 каб»[11].
Но, расстояние в 2,5 мили – 4, 5 км(«от концевого корабля ГС до головного корабля ОПР») слишком большая для промежутков между кораблями, которое вряд ли намного превышало 2-3 кб, а это значит, что между ГЛ и ОПР был конвой, в данном случае КОН-1.
По словам флагманского минера штаба МО БМ он утром 28.08. доложил семафором на ЭС «Калинин»:
«Поскольку изменилось время начала движения конвоев и будет единая кильватерная колонна, считаю необходимым все ТЩ ТЩ (имелись в виду только ТТЩ, о БТЩ речь не шла. — Р. 3.) и КТЩ КТЩ вывести в голову колонны. Один дивизион ТЩ и два дивизиона КТЩ с прикрытием ПЛО и ПВО (несколько катеров «МО») отправить с упреждением на 3-4 часа; скорость движения иметь 7 узлов. Для разведки плотности минных полей тральщикам следовать с подсекающими (змейковыми) тралами, а катерным тральщикам поставить тралы только при подходе к минным заграждениям в районе Юминда-нина и острова Кери. Весь протраленный район сразу же обвеховать автоматическими вехами типа КС», которые в количестве 1000 штук погружены на небольшой транспорт. Тральщикам второго дивизиона следовать в протраленной полосе с тралами Шульца [док. № 558].» [12].
Так что, как видим, предполагалась единая кильватерная колонна и это утро 28.08, за несколько часов до того конвои двинулись в путь. Это опять-таки говорит о том, что построения Р.А.Зубкова о том, что боевые корабли и суда конвоев двигались разными колоннами, не работают.
О том же говорит и радио от командования ОПР от 17-00:
«Приказание выполняю. Если буду идти с караваном № 2, все боевые корабли пойдут без параванов. С читаю необходимым идти сомкнутым строем для усиления ПВО и использования параванов» [док. № 696] [13].
Как мы видим, Ю.А.Пантелеева беспокоило то, что, идя в общей колонне за тихоходными транспортами, боевые корабли не смогут использовать параваны.
В 19-30 В.Ф.Трибуц согласился с предложением начальника штаба КБФ. Первоначально ГС и ОПР, действительно, шли южнее колонны транспортов, прикрывая ее, но потом, в т.ч. и по воспоминаниям В.Ф. Трибуца, перед входом в минные поля, ГС возглавили колонну кораблей, В.И. Ачкасов прямо пишет, что ОПР шел за КОН-1. В дальнейшем пошли двумя колоннами(ОПР шли южнее,обгоняя транспорты). Об этом ниже.
Что же касается использования вех для того, чтобы обозначить протраленный участок(среди современных историков горячим сторонником использования вех является Платонов А.В.), то даже Зубков сомневается в осуществимости этой меры да и были ли на тот момент вехи — вопрос. А главное — вряд ли вехи остановили больших морских начальников, по приказу которых корабли уходили из протраленного коридора.
Согласно подсчетам Зубкова тральщиков для эффективной проводки кораблей и судов требовалось буквально сотни(320 и больше), между тем, их было только - 26, в т.ч. базовых, способных идти с тралами в штормовую погоду – 10(непосредственно перед выходом в море число базовых тральщиков возросло с 7 до 10). Существенно увеличить число тральщиков(хотя бы и за счет гогландского отряда) не представлялось возможным. В гогландском отряде их было немного да и времени на их переброску не было. Главные силы и Отряд прикрытия шли в протраленной полосе – 3 кб(кабельтова), КОН – 1 – 1кб, КОН -2 и КОН-3 – 1,7 каб, КОН-4 и Арьергард тральщиков не имели[14].
В.И. Ачкасов считает, что двигаясь на - 7-10 миль севернее можно было обойти минное поле. Но и Трибуц В.Ф, Пантелеев Ю.А.и Зубков Р.А. резонно отмечают, что при этом пришлось бы идти у самого берега, причем финские 12-ти дюймовые батареи стреляли бы почти в упор. Кроме того, времени для установления границы минного поля не было(это предлагал Ачкасов), решение об эвакуации командованием флота было принято 27.08, а уже в ночь на 28.08 флот должен был выйти в море. Помимо того, было очень мало тральщиков:7 базовых тральщика на тот момент. Должны были подойти тральщики с Моонзунда и из Гогланда, но рисковать последними тральщиками для определения границы минного поля было бы безумием [15].
В 17-00 КОН-1 начал форсирование ЮМАП(юминдской минно-артиллерийской позиции) и к 22-00 понес существенные потери: погиб санитарный ТР «Элла», а так же поспешившие ему на помощь ледокол «Кришьянис Вальдемарс», и два тральщика, от ударов авиации противника был потоплен транспорт «Эргонаутис». Штабной корабль «Вирония» в ходе бомбежки, в результате ошибки механика, потерял ход и оказался на минном поле. Получив приказ от начальника штаба КБФ Пантелеева Ю.А., СС «Сатурн» взял потерявший ход штабной корабль «Вирония» на буксир, опередив в этом ТР «Колпакс». Сатурн был в КОН-4, по Зубкову он шел за КОН-1 головным кораблем своего конвоя. Возможно Отряд прикрытия огибал затор из кораблей(«Вирония» и др) и в этот момент корабли отряда сместились в сторону от протраленного фарватера(в 19-30 по Р.А. Зубкову, Ю.А. Пантелеев получил разрешение от В.Ф. Трибуца идти параллельным курсом, см. выше, благо ОПР имел быстроходные тральщики).
КОН-2 начал форсирование ЮМБ в 19-30, т.е. намного позднее чем КОН-1, шел он, по Зубкову не по оси фарватера, а на 4-5 кб севернее, как пишет Зубков такое решение командиром конвоя было принято:
«из-за опасения подрыва на плавающих минах, подсеченных тральщиками ГС» [16].
Командир конвоя явно не учел, что впереди него тоже будут тральщики, а значит и будут свои подсеченные плавающие мины. Так бы на их пути были бы и корабли ГС и КОН-1 и др, а в варианте выбранном командиром КОН-2, с плавающими минами будут корпусами своих кораблей бороться суда его конвоя. Ок. 21-00 подорвался на мине ЗС «Онега, погибли два катера, большинство тральщиков потеряло тралы, 3 их них ушли на о. Гогланд, а один – сместился в сторону КОН-1, КОН-2, итоге, снесло ветром и он встал на пути КОН-3(по Р.А.Зубкову возник, своего рода, затор, но ни один документ этого не подтверждает, что сам Зубков и признает).
КОН-3 начал форсирование ЮМБ несколько позднее КОН-2, т.к. впереди шли корабли КОН-4, имевшие меньшую скорость. После 20-40 у тральщиков начали выходить из строя тралы, в результате взрыва мин и зацепов(вышли из протраленной полосы?), а в 22-30 КОН-3, вообще, остался без тральщиков, которые ушли вперед, оторвавшись от головного корабля. Примерно в это время подорвался ТР «Луга»,все раненные были перегружены на ТР «Скрунда», а потом подорвался и затонул ТР «Эверита. В 01-00 29.08 конвой стал на якоря до рассвета «в виду полной дезорганизации». Но, при этом ТР «Лейк Люцерне» продолжил движение и достиг стоянки КОН-1(по Зубкову), т.е. судов КОН-2 на его пути не было. [17], см. выше.
Из состава КОН- 4 подорвались и затонули КЛ И-8 и СС «Сатурн», ПЛ Щ-301, примкнувшая к КОН-4, а так же ряд мелких судов. Часть кораблей КОН-4 ночью оказались в районе стоянки КОН-1, часть остались в районе стоянок КОН-2 и КОН-3.
Военный совет КБФ сообщил командирам КВМБ(Кронштадтской военно-морской базы) и ОПР(командиры конвоев и АР такой информации не получали):
«Встану на якорь на ночь Ш=59°59' Д=26°36'. Начну движение с рассвета. ТЩ ТЩ с Гогланда с тралом Шульца. протралить ФВК ЮКБ-ги подойти ко мне к 4 ч 30 мин» [18]
По мнению Р. А.Зубкова на это решение В.Ф.Трибуца повлияла сложная минная обстановка, множество плавающих мин, с которыми было трудно бороться, выход из строя ряда тральщиков и пр. А кроме того на комфлота повлияли тяжелые впечатления:
«от наблюдавшейся в течение 2,5 часа гибели от подрыва на минах ТР «Элла», ЛЕД «Кришьянис Вальдемарс», ПЛ С-5, ТТЩ № 71 «Краб», БУК ЛП-5 (С-101),потери хода ШК «Вирониа»[19].
Но, В.Ф.Трибуц не торопился встать на якорь, он пытался продвинуться дальше на восток и выйти-таки за пределы минных полей. Что и естественно. Видимо надломили командующего флотом взрывы далеко на западе, где находился АР, по крайней мере, хронологически они совпали. Приказ о постановке на якорь последовал в 23-05(в 22-55 подорвался на мине ЭС «Калинин», в 23-05 – подорвется ЭС «Володарский и в 23-10 ЭС «Артем»), а реально, встали на якорь позднее в – 23-40. В итоге, ГС встали на якорь в пяти милях восточнее точки указанной в телеграмме.
Нес потери и ОПР, сперва, в 20-23 мина взорвалась в правом параване ЭС «Славный, потом он же подорвался на мине в параване в 21-35, а в 21-40 взрыв у борта ЛД «Минск». Оба корабля временно потеряли ход, приняли большое количество воды(ЛД «Минск» в итоге, принял – 600 т воды, что очень много для такого корабля), вышла из строя часть приборов. Но, на этом беды не закончились. В 22-35 подорвался на мине и затонул ЭС «Скорый» после попытки взять на буксир ЛД «Минск» по приказу Ю.А. Пантелеева. Свою торопливость в отдаче этого приказа потом Ю.А. Пантелеев объяснял тем, что поврежденный ЛД «Минск» медленно дрейфовал по минному полю, а утром его могла расстрелять неприятельская артиллерия. Из воды было подобрано ок. 100 человек, но ни командира эсминца кап. 3-го ранга А.Н. Баландина ни военкома среди них не было. Они до конца остались на погибающем корабле. В довершении всех бед от ОПР оторвались и ушли вперед почти все БТЩ. В итоге, в 22-45 ОПР встал на якоря[20].
Еще сложнее сложилась судьба арьергарда. Арьергард под флагом контр-адмирала Ю.Ф. Ралля уходил от Таллина последним, он снимал с островов последние группы его защитников. В 21-30 он занял место в конце колонны транспортов. Арьергард должен был прикрывать конвои с Запада от надводных кораблей противника, если бы они появились. Но, ситуация складывалась для него благоприятно: надводных кораблей немцев и финнов не было, немцы начали бомбить арьергард, но вскоре стемнело и удары с воздуха сошли на нет. Между 22-00 и 23-00 Ю.Ф. Ралль по воспоминаниям контр-адмирала Ю.В. Ладинского(тогда Ю.В. Ладинский был офицером штаба Ю.Ф. Ралля) провел совещание со своим штабом. Было принято решение идти под прикрытием параванов, обгоняя конвои. Р.А.Зубков предполагает, что т.о Ю.Ф. Ралль выполнял приказ В.Ф.Трибуца о помощи ШК «Виронии», . Как вспоминает Ю.В.Ладинский:
«Контр-адмирал Ралль подзывает к себе всех находящихся на мостике специалистов штаба. Вопрос один – что делать? Идти дальше или запросить у командующего флотом разрешения стать на якорь до рассвета? Мы высказались однозначно: продолжать движение. Мы считали, что арьергард прежде всего должен неуклонно выполнять поставленную задачу – прикрывать с запада идущие впереди по курсу конвои. Стало быть от конвоев отрываться мы не можем. Полагали мы также, что невелика у нас опасность подрыва на минах при наличии параванов-охранителей (тогда еще не знали их пагубную способность подтягивать немецкие мины к борту)»[21].
Таким образом, ни о какой помощи ШК «Виронии»,во всяком случае, на совещании штаба Ю.Ф. Ралля даже не упоминалось. Альтернатива была: либо стать на якорь либо прорываться в Кронштадт за параванами несмотря ни на что. Ю.В. Ладинский отрицает, что в штабе Арьергарда знали о решении Трибуца встать на якорь. Возможно, они не хотели вставать на якорь в минных полях, тем более, что незадолго до прорыва из Таллина один наш караван понес потери после такого решения. И как бесхитростно продолжил Ю.В. Ладинский:
«Ну, а кроме того, естественно, всем нам хотелось
как можно скорее идти вперед, к родному Кронштадту.
Выслушав каждого из нас, Юрий Федорович (Ралль. – Р. З.) задумался, затем
улыбнулся и сказал:
– Значит – так держать!» [22].
Несмотря на предупреждения с тральщика, что впереди минное поле на скорости 16 узлов(ок. 30 км в час) с поставленными параванами эсминцы свернули налево и пошли севернее каравана на -4-5 кб по минному полю(по каким-то причинам СКР не пошли за ними и остались в хвосте каравана ТР, Зубков считает, что они оторвались от АР еще раньше).
Но, это было не все, в 22-50 АР пересек путь КОН-3 и ушел южнее его(возможно Ю.Ф. Ралль пытался пристроиться к ОПР, чтобы идти дальше под прикрытием его тральщиков) но уже ок. 22-55 подорвался ЭС.»Калинин»: мина взорвалась у самого корпуса в параване, корабль остался на плаву, но медленно погружался. Потом, в 23-05 подорвался подошедший к нему по требованию Ю.Ф. Ралля для помощи ЭС «Володарский, а затем, в 23-10 - ЭС. «Артем» [21].
Как вспоминал флагманский артиллерист ОЛС капитан 2-го ранга А.А. Сагоян, находившийся на «Артеме»:
«Миноносцы «Артем», «Калинин», «Володарский» в 21 час 10 минут последними оставили рейд, подавляя на ходу огонь батарей врага, прорвавшегося к Пирите, Кадриоргу. Следуя в арьергарде, миноносцы прикрывали [82] идущие впереди конвои и главные силы. Около полуночи, форсируя минные поля на траверзе Юминда, все они в короткий срок погибли, сначала «Калинин», затем «Володарский» и «Артем». Исключительное мужество и выдержанность в момент гибели «Артема» проявили личный состав корабля и находившийся на мостике командир дивизиона Л. Н. Сидоров... Мне довелось быть в момент гибели вместе с ним. В считанные минуты до погружения корабля он спокойно, волевым голосом, с исключительной выдержкой отдавал последние распоряжения по спасению экипажа и, не покидая ходового мостика, погиб... » [24].
Между тем, МО-211 снял с ЭС «Калинин» раненных и контуженных, в т.ч, контр-адмирала Ю.Ф. Ралля, и бригадного комиссара Кокина, в итоге, они прибудут в Кронштадт едва ли не раньше ГС…..[25].
С другой стороны, в 21—12 Трибуц отдал приказ нач штаба КБФ(Пантелееву Ю.А) и Раллю Ю.Ф.(МО БМ) об оказании помощи ЭС Гордый, возможно, этим было вызвано движение эсминцев контр-адмирала Ралля(на полчаса- час позже). Хотя, в штабе Ралля об этом тоже ничего не говорят(да и В.Ф.Трибуц вряд ли имел ввиду движение по минному полю, речь шла о том, что при проходе мимо поврежденного корабля ОПР и Арьергард должны были оказать помощь эсминцу). Возможно, с этим связан переход Ралля южнее конвоев и попытка пристроиться к ОПР[26].
Для 28.08 характерно ограниченные масштабы использования авиации противником – 15-20 самолетовылетов. Возможно, немцы предполагали, что наши конвои, в итоге, не выдержат и повернут на Запад, сдаваться шведам. Но, этого не произошло. Всего до постановки на якоря флот потерял – 39 кораблей и судов, в т.ч. 25 – на минах, 4 – от ударов авиации, девять по другим причинам [27]. Среди погибших кораблей, много мелких судов, упомянута даже шаланда С-12 …..Погибли на минах: ТР «Элиа», ледокол «Кришьянис Вальдемарс», ТР «Эверита», ТР «Найссаар», ШК «Вирония». Поврежден ТР «Луга», потонет ночью по Трибуцу или утром, по Зубкову.
Как отмечает Р.А Зубков:
«Из 36 случаев подрыва кораблей и судов на минах 20 произошли с боевыми кораблями.
Из 31 погибшего корабля и судна 15 — боевые корабли, 11 — вспомогательные суда, а пять — транспорты.» [28].
Т.е. транспортов на минах 28.08 и в ночь на 29.08 погибло, сравнительно, не много. В основном погибали боевые корабли и вспомогательные суда. Это было связано, с тем, что боевые корабли шли впереди, он вынесли основную тяжесть борьбы с минами(прежде всего тральщики, 2 из которых погибли), они боролись с плавающими минами, которые подсекали тралы тральщиков и пр. Ну, и, кроме того, очевидно, что капитаны транспорты вели себя на минном поле куда более осторожно чем командиры боевых кораблей.
29.08 – 06.-09. Путь к Кронштадту под бомбами
ГС начали движение в 05-40 29.08. Впереди шли 5 БТЩ, еще 4 охраняли крейсер «Киров». На пути ГС не оказалось ни одной мины, т.е. минное поле ГС преодолели еще 28.08 до постановки на якоря.
ОПР – лидеры «Ленинград» и «Минск, эсминцы «Суровый», «Славный», две подводные лодки и ПС «Пиккер» снялся с якорей, чуть позже, в 06-20 и двинулись за тралом единственного БТЩ, в охранении 9 СКА и 6 ТКА. Перед этим тральщик вытралил в районе лидера «Минск» две мины, последние мины оказавшиеся на пути отряда. Т.е. если бы лидер «Минск» не вылез на минное поле, то и мин на пути ОПР уже бы не было. В начале движения ОПР отразил атаку торпедных катеров противника(один из них по отчетам был даже уничтожен). Сопроводив КОН-1 до траверза Вайндлоо, ОПР в 06-44 двинулся на соединение с главными силами за параванами единственного тральщика и параванами лидеров и эсминцев на скорости – 14 узлов. Это было связано, кроме всего и с тем, что в отряде было 3 сильно поврежденных кораблей, даже близкое попадание бомб могло стать для них фатальным. Потом, в приказе командующего флота, ОПР выполнял свои функции по прикрытию конвоев до меридиана Вайндлоо. При этом Ю.А.Пантелеев запросил помощи у командующего флотом, сообщив, что идет за единственным тральщиком. Вскоре В.Ф. Трибуц смог ее оказать: подошли 7 тральщиков с о. Гогланд из отряда прикрытия капитана 2-го ранга И.Г.Святова. Их В.Ф.Трибуц отправил в ОПР, а там, убедившись, что помощь тральщиков уже не нужна направили их на помощь конвоям [29].
КОН – 1 начал движение раньше всех, в 5-30 за 4-мя тральщиками, которые вытралили вскоре после начала движения – 2 мины(последние мины, встретившиеся на пути конвоя). Т.е. и КОН – 1, фактически уже 28.08 преодолел минную позицию противника. Р.А. Зубков отмечает наличие большого промежутка между КОН-1 и КОН-2. Судя по всему образовался он после ухода ОПР, который двинулся по приказу Трибуца на помощь «Виронии» и двинулся, обходя КОН-1 по минному полю, поэтому и подорвался ЛД « Минск».
В 5-58 начал движение отряд кораблей и эсминцев: эсминец «Свирепый» буксировал ЭС «Гордый, обеспечивали их СКР «Аметист» и ТТЩ – 76, имевший относительно сильное зенитное вооружение. Несмотря на трудности буксировки кораблям удалось пройти минные поля и дойти до Кронштадта, несмотря на упорные попытки авиации противника их уничтожить.
КОН -2 снялся с чуть позже, ок. 6-00 и шел за парой оставшихся с ним тральщиков, ок. 9-50 последний корабль КОН-2 прошел ЮМАП, а вскоре на помощь ему подошли тральщики с Гогланда.
КОН-3 начал движение еще позже, в 6-21, следуя за двумя парами тральщиков. К конвою присоединились: СКР «Снег» и ряд других судов. Перед началом движения был потоплен поврежденный минами, но еще удерживающийся на плаву ТР «Луга», перед этим с него сняли последних людей. В ходе движения были встречены 6 мин, подорвались на минах: ТР «Балхаш»(что привело, видимо, самым значительным единовременным потерям в ходе прорыва, см. ниже), СКР «Снег», СС «Колывань» и еще два судна. Судя по всему, КОН-3 ушел куда-то в сторону от проделанного прошедшими ранее отрядами кораблей и конвоями фарватера. В 9-40 КОН-3 вышел за пределы ЮМАП. В ходе прорыва утром 29.08 противник с 5-30 до 9-40 обстреливал с немецкого берега артиллерией, но попаданий немцы добиться не смогли: было сравнительно далеко, потом наши конвои успешно прикрывались дымовой завесой[30].
Рано утром начались налеты немецкой авиации. Как напишет позднее в своих воспоминаниях В.Ф. Трибуц:
«Первые воздушные разведчики врага появились около шести часов утра, а через час с небольшим начались бомбардировки. Основные усилия враг сосредоточил на ударах по «Кирову», «Минску», «Гордому», «Ленинграду». Отбиваться становилось все труднее, не хватало боезапаса. Бомбы начали падать вдоль бортов крейсера, за его кормой…….
Мы уже подходили к той невидимой границе, где начиналась зона действия нашей истребительной авиации. Я направлял одну за другой радиограммы командующему авиацией флота, находящемуся в Петергофе на своем командном пункте; увы, он и сейчас не мог помочь нам: лишь около девяти часов утра появилась первая пара истребителей; они, конечно, не прикрыли корабли и транспорты. Больше было надежд на спешившие с Гогланда по моему приказу навстречу колонне тральщики, буксиры, катера, которые могли как‑то помочь пострадавшим.
Крупные боевые корабли нашли выход в том, что, миновав минные поля, увеличили скорость до 22 узлов. Это было сделано в районе Лавенсари. Авиация врага потеряла из поля зрения крейсер «Киров», лидеры, эсминцы. Очередная группа самолетов сбросила бомбы на «Пиккер» и идущие за ним подводные лодки. В семнадцать часов с минутами крейсер «Киров», лидеры «Минск» и «Ленинград», эсминцы прибыли в Кронштадт»…[31]
Гораздо более трудным было положение транспортов: у них было слабое зенитное вооружение, невысокая скорость, что ухудшало условия для маневра, а корабли сопровождения имели тоже слабое ПВО. Осложняло ситуацию и то, что транспорты до 9-40--9-50 преодолевали минные поля(во всяком случае,КОН-2 и КОН-3). А противник продолжал наращивать усилия своей авиации. Как вспоминал В.Ф.Трибуц:
«Потери наши в транспортах были велики, но почти со всех мы сумели эвакуировать личный состав. Самое ценное, люди, были спасены. Немалая заслуга в этом заблаговременно созданного на острове Гогланд отряда кораблей и вспомогательных судов под командованием капитана 2 ранга Ивана Георгиевича Святова (ныне контр — адмирал в отставке). В состав отряда входило двенадцать тральщиков, дивизион сторожевых кораблей, шесть торпедных катеров, восемь катеров МО-4, два буксира, четыре мото бота, спасательное судно «Метеор» и два катера. Эти корабли оказывали помощь пострадавшим, подбирали из воды, снимали с тонущих транспортов людей, доставляя их на Готланд. Всего переброшено на остров более двенадцати тысяч человек; позже их переправили в Кронштадт. Фашисты, понимая роль отряда И. Г. Святова, систематически атаковали его корабли и суда на рейде Сууркюля на Готланде, сбросили на них сотни бомб, но экипажи самоотверженно делали свое нелегкое дело.»[32].
Всего в группировке, которую немцы задействовали против сил КБФ, прорывавшихся из Таллина было до 120 самолетов, в т.ч. 41 бомбардировщик, 3 торпедоносца и 24 истребителя. 29.08 немецкая авиация произвела 137 самолето-вылетов бомбардировщиков, 16 самолето-вылетов тяжелых истребителей и три разведчика[33].
По таблицам Р.А.Зубкова И-16 [34] на максимальной дальности 138 км мог патрулировать 3-4 мин, И-153 — 8-12 мин на расстоянии — 185 км(с подвесными баками), МиГ-3 — 10-16 мин на расстоянии — 185 км, Як-1- 3-18 мин на расстоянии — 231 км(10-40 мин на расстоянии — 185 км). Возможности патрулирования на малых высотах были больше, но самолеты там более уязвимы. Из Низино, где базировались наши самолеты, до о. Вайндлоо — 204 км, до о. Гогланда — 165 км, до о. Лавенсаари — 119 км, до о. Сескара — 89 км. Т.е. И-16 не могли прикрыть ни район о. Вайндлоу ни даже о. Гогланд с о. Лавенсаари в принципе. И-153(с подвесными баками) и МиГ-3 мог прикрывать только район Гогланда и только Як-1 мог прикрывать Вайндлоу, но их было очень мало. Да и возможности наших устаревших И-153 были очень скромными. Не нужно забывать, что выпущено было И-153 с подвесными баками очень не много, распределены они были по нескольким флотам, а в результате потерь в ходе боевых действий их число на КБФ, видимо, сошло на нет.
«До конца 1939 г. для установки подвесных баков оборудовали 50 И-153 (столько же И-15бис), некоторое количество таких самолетов было выпущено и в 1940 г. Впоследствии, машины с подвесными баками поступали в основном в истребительную авиацию ВМФ» [35]
Да и подвесных баков не было...
Кроме того, характеристики по дальности самолетов, это характеристики машин в идеальном состоянии, между тем, двигатели многих устаревших машин были сильно изношены. По Р.А.Зубкову противник совершил 137 налетов бомбардировщиков, 19 вылета тяжелых истребителей и др(это немецкие данные). Но по свидетельству очевидца в налетах только на отряд эсминцев со сторожевыми кораблями участвовало, по совокупности, до 200 бомбардировщиков, а ведь были еще удары по лидерам эсминцев, по крейсеру «Киров», которые, по В.Ф.Трибуцу оставались главными целями, а ведь были еще и транспорты, которые тоже атаковали. Кроме того, неоднократно упоминаются действия пикировщиков(они наносят удары по кораблям с пикирования), а по Р.А.Зубкову в данном районе немецких пикировщиков(Ю-87) не было, действовали в основном: Ю-88, Хе-111, Ме-110 и др. Если это так, то противник мог сделать не ок 170 самолетовылетов по кораблям, осуществлявших прорыв(по данным немецких военных историков) [36] , а раза в два больше, т. е ок — 300-350. . Кроме того, вполне возможно, что с бомбардировщиками взаимодействовали истребители. Тогда самолетовылетов у немцев могло быть еще больше. Авиация же КБФ 29.08. на прикрытие флота произвела — 122 вылета, причем это были в громадном большинстве, устаревшие машины, с малой скоростью, слабым вооружением, малой дальностью. Не удивительно, что противник имел подавляющее превосходство в воздухе. И дело тут не в злой воле, командовавшего ВВС флота ген-майора М.И.Самохина, не в «заговоре» тех или иных военных, не в равнодушии, не в разгильдяйстве(по Р.А. Зубкову можно было ограничиться прикрытием главных сил 2-мя эскадрильями, а остальными силами прикрыть конвои), [37]. Нужно помнить, что чуть позднее (в сентябре) немцы будут устраивать массированные налеты на Ленинград и Кронштадт и ни авиация флота, ни авиация фронта, ни авиация ПВО, ни многочисленные зенитные батареи не могли защитить боевые корабли, которые погибали прямо у причалов. А причина простая: подавляющее превосходство противника в воздухе. Что-то подобное имело место и 29.08.
Видимо, В.Ф.Трибуцу следовало приказать высаживать людей не только с поврежденных, но и с уцелевших транспортов на острова(на о. Гогланд, в частности). Вместо этого, иное ретивое командование отправляло транспорты дальше, в Кронштадт. Так погибли: транспорт «Колпакс» , транспорт «Алев» и др. Обвинять в этом Трибуца трудно: командование северо-западного главкомата считало, что самое трудное — это погрузить войска на транспорты, а Р.А. Зубков, очень известный военно-морской специалист, контр-адмирал, уже в 21 в полагал, что мы могли прикрыть двумя эскадрильями боевые корабли, а оставшимися 4-мя эскадрильями прикрыть транспорты(см. выше) В похожем ключе думал и командующий флотом, требуя от И.М.Самохина прикрыть с воздуха и боевые корабли и транспорты.
Прежде всего, комфлота В.Ф.Трибуц старался спасти боевое ядро флота, в котором было много поврежденных кораблей: ЛД «Минск» принял, в итоге, почти — 600 т воды, при полном водоизмещении 2600 т, носовой отсек был затоплен, ЭС «Гордый» по А.Платонову принял -420 т воды, он был меньше ЛД «Минск» и для него это было не мало. Не меньше воды, как пишет Ю.А. Пантелеев, принял и ЭС «Славный после подрыва у самого корпуса двух мин. В итоге, ЭС «Гордый» вели на буксире, еще два эсминца и лидер тоже имели серьезные повреждения, они могли быть потоплены, просто от близкого попадания бомб [38] . Остальные крупные корабли — участвовали в буксировке и обеспечении поврежденных кораблей.
В результате авиаударов противника были сначала повреждены, а потом погибли транспорты и вспомогательные суда: 29.08 «Вторая Пятилетка»(20-30), «Вормси», буксир «Вента». 30.08 погибли транспорты: «Скрунда», Иван Папанин», «Ярвамаа», «Лейк Люцерне», ПМ «Серп и Молот». 2.09 погиб транспорт «Шауляй». Погибли сразу еще 29.08. транспорты: «Аусма»(13-15), «Тобол»(15-10), «Колпакс»(16-45), «Алев»(18-00), «Атис Кронвалдс»(18-10), танкер № 12(18-20). Прибыли в Кронштадт: КЛ «Амгунь», ПЛ «Калев», ледокольный буксир «Тасуя, транспорт «Казахстан».
Но, как уже говорилось: несмотря на гибель транспортов большую часть людей с них удалось спасти: капитаны подводили свои горящие суда к отмелям о-во Гогланд, Вайндлоо, Большой Тютерс, а там уже с них снимали команды и пассажиров, так произошло с: плавучей мастерской «Серп и Молот», транспортами: «Лейк Люцерне», «Иван Папанин», «Казахстан» и «Вормси». Кроме того, к о Гогланд были прибуксированы военный транспорт «Шауляй», парусно-моторная шхуна «Хийуранд», буксир «Вента» и др. [39].
КОН-1 вместе с примкнувшими к нему судами и кораблями КОН-4 и АР, пройдя в 12-36 южнее о. Гогланд, продолжил движение на Кронштадт, обходя о. Лавенсаари южнее. КОН-2 и КОН-3 вместе с частью кораблей из КОН-4 и АР прошли севернее о. Гогланд и двинулись севернее о. Лавенсаари в направлении Кронштадта [40].
При всем при этом зенитная артиллерия кораблей отчиталась о 7 сбитых самолета противника [41].
Для Таллинского прорыва характерны многочисленные случаи буксировок поврежденных кораблей и судов(хорошо известно, что на Черном море, попытки в 1943 г буксировать сперва 1, а потом 2 поврежденных эсминца провалилась и были потеряны все 3 эсминца). В 1941 г на Балтике в течении 12-ти часов ЭС «Свирепый» буксировал ЭС «Гордый» в сопровождении СКР «Аметист» и ТТЩ «Коралл», которые несли 6 76,2мм орудий, 8- 45 мм и 10 12,7 мм пулеметов. Относительно неплохая защита и большое везение ,видимо, и позволили отразить многочисленные атаки с воздуха. Были и другие случаи буксировок: с 27.08 ледокольный буксир «Тасуя» с Моонзундских о-вов буксировал ТТЩ -86 на о. Гогланд, потом тральщиком ТТЩ-86 был отбуксировал в Кронштадт……..К этому можно добавить: ТТЩ-84, ТКА-121, ТКА- 74, ТКА-84, СКА- К-288, КАТЩ – 121 и другие корабли, а так же, как уже говорилось, многие транспорты И большая часть этих буксировок была успешной, корабли привели в Кронштадт либо к о, Гогланд, что позволило сильно поврежденным судам выброситься там на мель и спасти людей, см. выше. [42].
С исключительным мужеством действовало большинство моряков, но и на этом фоне выделялся экипаж транспорта «Казахстан». Имея относительно скромное ПВО, корабль упорно отбивал одну воздушную атаку за другой, наконец его подожгли, капитана выбросило взрывом за борт. Но, команда и большинство пассажиров не считали положение безнадежным, оставшийся на корабле штурман Загорулько Л.Н. привел корабль к крохотному островку Вайндлоу, куда высадилось ок. 2300 человек. Они заняли на острове оборону, отрыли щели, из высадившихся был сформирован полк. Потом всех их перевезут на о.Готланд, а чуть позднее и в Кронштадт. А на самом корабле, где оставалось еще ок 900 человек, жгли бензин в емкостях, чтобы имитировать пожары. Ну, а позднее израненный корабль двинулся в Кронштадт , куда и прибыл утром 2.09.[43].
Можно вспомнить так же и экипаж транспорта «Колпакс». С большим искусством капитан корабля Э. Вэйнбергс уходил от бомбовых ударов противника: он менял скорость хода, лавировал то влево, то вправо, уворачиваясь от бомб. Когда раненный капитан уже не мог больше командовать, его сменил старпом. Корабль уже прошел о. Гогланд, но тут счастье изменило морякам: прямое попадание, потом еще…..Немецкие летчики, снижаясь расстреливали барахтавшихся в воде людей[44].
Непосредственно в Кронштадт, Ленинград и Ораниенбаум на кораблях из Таллина и Палдиски без выгрузки на острова было доставлено — 9646 человек, в т.ч. 4709 на тех судах, на которые они были приняты в Таллине и Палдиски и 4937 спасенных в море. Кроме того, доставлено с 30.08 по 7.09 с Гогланда островов – 11055 человек. Итого: 20701 человек. Неизвестно: сколько вывезено с о. Родшер.
Похожие цифры приводит капитан 2-го ранга Крылов: ко 2.09 в Кронштадт было доставлено – 15492 человека, как мы знаем привозить людей в Кронштадт продолжали и позднее, до 7.09. Но, отчет КБФ приводит цифру вывезенных с островов – 12160 человек(с учетом 855которых привезли на ТР «Казахстан») [45]. Итого: 9646(29-30.08) +11049(31.08-07.09)(как уже говорилось, 855 человек с ТР «Казахстан» были учтены в первом списке(см. выше)= 20695. Т.е. цифры по доставленным в Кронштадт достаточно достоверны, они происходят из разных источников и взаимно проверяются.
Потери в корабельном составе. Из Таллина вышло 225 кораблей, ВСУ и транспортов, в т.ч 151 боевой корабль(46,3% от численного состава КБФ),20 ТР и 54 ВСУ. Прибыли в Кронштадт, Ораниенбаум, Ленинград и в б. Сууркюлян – 163 корабля и судна, в т.ч. 132 боевых корабля, 2 транспорта, 29 ВСУ. Всего дошло до Кронштадта - 72,4% от числа вышедших из Таллина, в т.ч. боевые корабли — 87,4%, транспорты — 10%, ВСУ — 53,7%. [46]. Потери КБФ – 5 ЭС., 3 СКР, 1 КЛ, 2 ПЛ, 1 ТКА, 1 СКА «МО»+2, СУЛ ПЛ – 2, ТЩ – 2, ВСУ – 25. Причем – 5 малых кораблей КБФ были потеряны в результате штормовой погоды. Из 18 потерянных транспортов половина была потеряна довольно быстро, с большей частью людей, с остальных сняли ок. 2\3(по Зубкову)экипажа и пассажиров, то же касается и ВСУ [47].
В составе КБФ по Зубкову: 2 лк(линкора), 2 лкр(легких крейсера)(1), 14 ЭС и ЛД(12), 13 СКР(9), 9 КЛ(3), 47 ПЛ(13), 39 ТКА(14) 64 СКА «МО»(37), 3 БРКА(бронекатера), 6 Мин Загр, 1 суда- ловушки(1), 6 сетевые заградители(3), 66 тральщики(31), катера-тральщики – 54(27). Всего 326. В скобках – корабли, так или иначе, участвовавшие в прорыве из Таллина[48].
- Зубков Р.А. Таллинский прорыв Краснознаменного Балтийского флота(август-сентябрь 1941 г). события, оценки, оценки, уроки. М. 2012, с. 146-148
- Зубков Р.А. Указ. соч, с 112- 113
- Там же, с 109-113
- Там же, с 109
- Там же, с 170 — 177
- Там же, с 160 и 188 — 193
- Приложение 13. Таллинский прорыв Краснознаменного Балтийского флота(август-сентябрь 1941 г). сборник документов и комментариев к ним. Составитель Р.А. Зубков. М. 2012, док.692, 724, Зубков Р.А. Таллинский прорыв…., с 194
- Зубков Р.А. Таллинский прорыв…., с 194-195, Ачкасов В.И. Вайнер Б.А.Краснознаменный Балтийский флот в Великой Отечественной войне, М. 1957, с 63
- Зубков Р.А. Таллинский прорыв...., с. 188- 193
- Приложение 13. Таллинский прорыв Краснознаменного Балтийского флота(август-сентябрь 1941 г). сборник документов и комментариев к ним. Составитель Р.А. Зубков. , документ 735, Трибуц В.Ф Балтийцы сражаются, М., Воениздат, 1985, с 80
- Зубков Р.А. Указ соч, с 158
- Приложение 13. Таллинский прорыв Краснознаменного Балтийского флота(август-сентябрь 1941 г). сборник документов и комментариев к ним. Составитель Р.А. Зубков., документ 558
- Там же, документ 696
- Зубков Р.А. Таллинский прорыв...., с 176 – 179
- Ачкасов В.И и Павлович Н. Б. Советское военно-морское искусство в Великой Отечественной войне, М., Воениздат, 1973, Трибуц В.Ф Указ. соч, с. 74-75, Пантелеев Ю.А.Морской фронт. М. Воениздат, 1965, гл. 2 «Балтика в огне», Зубков Р.А. Таллинский прорыв, с 148-157…..
- Зубков Р. А Указ. соч, с. 198.
- Там же, с 199
- Приложение 13. Таллинский прорыв Краснознаменного Балтийского флота(август-сентябрь 1941 г). сборник документов и комментариев к ним. Составитель Р.А. Зубков., документ 702, 703].
- Зубков Р.А.Таллинский прорыв….., с 201
- Зубков Р.А. Указ. соч, с 199-203, Пантелеев Ю.А. Указ. соч.
- Ладинский Ю. В. Военная вахта. — М.: Воениздат, 1983, гл. 1, «Прорыв».
- Ладинский Ю.В. Указ. соч, гл. 1
- Приложение 13. Таллинский прорыв Краснознаменного Балтийского флота(август-сентябрь 1941 г). сборник документов и комментариев к ним. Составитель Р.А. Зубков., документ 811, 820, 822
- Трибуц В.Ф. Указ. соч, с 81-82
- Приложение 13. Таллинский прорыв Краснознаменного Балтийского флота(август-сентябрь 1941 г). сборник документов и комментариев к ним. Составитель Р.А. Зубков, документ 811, 820, 822, 825
- Приложение 13. Таллинский прорыв Краснознаменного Балтийского флота(август-сентябрь 1941 г). сборник документов и комментариев к ним. Составитель Р.А. Зубков, документ 704
- Зубков Р.А. Таллинский прорыв, с 210-211
- Там же, с 214-218
- Там же, с 212 – 214
- Там же, с 215-222
- Трибуц В. Ф. Указ. соч, с.84
- Там же, с. 86
- Зубков Р.А. Таллинский прорыв…., с 224-225
- Там же, с. 237-238
- Зубков Р.А. Указ. соч, с 225-226
- Там же,с 230
- Зубков Р.А. Таллинский прорыв, с. 258, Платонов А.В. Трагедии Финского залива, Эксмо, СПб: Terra Fantastica, 2005, Пантелеев Ю.А.Указ. соч.
39. Зубков Р.А. Таллинский прорыв….., с 293
40. Зубков Р.А. Указ. соч, с 230
41. Там же, с 253
42. Там же, с. 296-399
43. Приложение 13. Таллинский прорыв Краснознаменного Балтийского флота(август-сентябрь 1941 г). сборник документов и комментариев к ним. Составитель Р.А. Зубков, документ 853, 856
44. Трибуц В.Ф. Указ. соч, с 86 https://tallinskij-perehod.ru/catalog.php?action=manufacturer&id=15"id=15 Приложение 13. Таллинский прорыв Краснознаменного Балтийского флота(август-сентябрь 1941 г). сборник документов и комментариев к ним. Составитель Р.А. Зубков, документ 872, 873
45. Зубков Р.А. Таллинский прорыв…, с 300- 305
46. Зубков Р.А. Указ. соч, с 311-313
47. Там же, с, 315-318
48. Там же, Табл. 90
Продолжение следует
Андреев Андрей