Командира 44 ст. полка майора П. М. Гаврилова в бессознательном состоянии отвезли в лазарет для военнопленных лагеря Ревир г. Брест. Обычно военнопленных неспособных идти самостоятельно фашисты пристреливали на месте. Разве что находились военнопленные несшие тяжелораненого сами, но в данном случаи попался командир и от него хотели что-то узнать. Естественно бойцы 44 полка и другие командиры узнали Гаврилова, пусть не сразу. Тем более попавший в плен и назначенный комендантом лазарета командир 125 полка майор Дулькейт А. Э., хорошо знавший немецкий. Советские военнопленные врачи работавшие в лазарете выходили Гаврилова, который, в первое время, не мог самостоятельно ни пить, ни есть. После войны они подтвердили: П. Гаврилов попал в плен в бессознательном состоянии, в полной, но истрёпанноё командирской форме и в крайне истощённом состоянии, это не подлежит сомнению. Гаврилова узнал и фельдшер лазарета, военнослужащий фельдшер 44 полка и другим фельдшерам рассказал кто это. Писатель С. Смирнов пишет: Гаврилов пытался выдать себя за лейтенанта Галкина, но немцы знали кто он такой, сказали: "Врёшь, ты майор Гаврилов и избили его". Возможно и документы Гаврилова были у них. Выдать себя за кого-то другого было невозможно, его хорошо знали. Подлеченного Гаврилова отправили в Баварский офлаг Хаммельбург предназначенный для содержания пленных командиров Красной Армии. Там он встретил знакомых по Брестской крепости и сокрушался, что они, командиры, не смогли как следует выполнить свой долг. В этом лагере сидел до апреля 1942 года Яков, сын Сталина. Гитлеровцы отделяли пленных командиров от рядовых, сержантов, старшин, а сталинисты не отделяли военнопленных рядовых, сержантов, старшин от средних офицеров, отделяли только высших офицеров. Осенью 1942 года в лагере Хаммельбург он встретился с генералом советских инженерных войск Дмитрием Михайловичем Карбышевым.
Д. Карбышев родом из служилых сибирских крещённых татар, подполковник царской армии вступивший в Красную Гвардию в декабре 1917 года. Гаврилов знал Карбышева по учёбе в военной академии им. Фрунзе, в ней Карбышев преподавал. В лагере Хаммельбург у Карбышева были доверительные отношения с земляком из Оска лейтенантом А. С. Саниным, бывшим помощников начальника штаба 333 ст. полка в Брестской крепости. Он попал в плен участвуя в составе отряда Потапова в прорыве 26-27 июня. Санин находился в истощённом состоянии, но по просьбе Карбышева, стал санитаром больного, пожилого генерала в лагере Хаммельбург, что помогло выжить самому Санину. В Омске написал статью в сборник о встречах и беседах с генералом Карбышевым. Санин награжден, в постсталинское время, орденами, медалями. В беседах с пленными командирами Карбышев, предполагая свою гибель, так как немцы принуждали его к сотрудничеству, а он не соглашался, просил их, кто выживет, сообщить командованию, что он, Карбышев, не пошёл на сотрудничество с гитлеровцами. Карбышеву было 64 года, погиб 18 февраля 1945 года, в каторжном концлагере Маутхаузен. Их, группу военнопленных, специально умертвляли, обливая холодной водой из шланга на морозе в -12 С. В 1946 году Д. М. Карбышеву было присвоено звание Героя Советского Союза. Хотя нашлись советские командиры и коммунисты, в том числе генералы, согласившиеся на сотрудничество с гитлеровцами и даже участвовали в массовых расстрелах советских граждан. Народ всегда разнороден, это только в сказочной песне политруков-сталинистов поётся: "Как один человек, весь советский народ". А так не бывает, даже в семье. На время Гаврилов был переведён в женский концлагерь Равенсбрюк, там имелось небольшое мужское отделение для особо тяжёлых работ. Во времена ГДР экскурсовод по музею Равенсбрюк коротенько упоминал о Герое Советского Союза П. Гаврилове, как сидевшим в лагере. Побывал Гаврилов и в других лагерях, выполняя различные работы в составе команд. Пленных имевших подходящие гражданские специальности направляли на работу в авиазаводы, под немецким лозунгом: "Арбайтен унд Дисциплин, унд Орднунг". В лагере Хаммельбург, иначе офлаг 13Д, ранее 62, действовало отделение РТНП (русская трудовая народная партия) состоящая из бывших генералов и командиров РККА, проводившая набор в Русскую добровольческую армию генерала Власова. В составе армии Власова были даже лётчики Герои Советского Союза: С. Бычков и Б. Антилевский. Против власовцев в лагере вели агитационно-пропагандистские действия советское подполье, тоже состоявшее из генералов и командиров. Вообще, по моему мнению, если партия называется как итальянская, немецкая, русская, еврейская, и т. п. то от такой национально ограниченной партии хорошего ждать не стоит. Видимо Гаврилов не имел отношения ни к тем, ни к другим. Так прошли четыре года лагерей. Освобождение наступило в мае 1945 года. После немецкого лагеря Гаврилова поместили в фильтрационный лагерь 227 под Волау, прошёл фильтр СМЕРШ, затем прошёл проверку в советском лагере на ст. Алкино, близ Уфы, дополнительно перемешён в лагерь на Дальний Восток. Однако явно мурыжили его.
Гаврилову могли вменить в вину, что в плену он работал в составе рабочих команд на Германию, пусть и принуждённо. Однако, в итоге, основным косяком стал потерянный партбилет. Интересно, а как он мог его не утратить пройдя концлагерь? Держать его при себе значило носить себе приговор на расстрел. Где уж оставил партбилет Гаврилов не раскрывает в своих мемуарах. Может дома оставил, может в капонире прикопал, "науке это не известно", хотя он должен был написать что-то в объяснительной парткомиссии. Однако, напомню, Гаврилов попал в плен в командирской форме, с сохранение каких-то знаков различия. Иначе не попал бы в офлаг, а сидел бы в шталаге для рядовых. Он не переоделся как некоторые командиры с малыми и высокими званиями, в гимнастёрку рядового, наивно полагая, что их не узнают или не заложат. Да это было очень трудно скрыть в фашистском лагере кишащём тайными осведомителями. В сортировочном дулаге у польского городка Бяла-Подляска было много пленных красноармейцев из Брестской крепости, остаться неузнанным невозможно. "После освобождения, я находился на службе в Советской армии" - пишет Гаврилов в своей книге "Сражается крепость" написанной в 1970 годах. Гаврилов после лагеря на Дальнем Востоке был назначен начальником 8 лагерного отделения японских военнопленных близ станции Тайшет Иркутской области, они строили железную дорогу. Здесь он женился на местной. Есть воспоминания японского военнопленного о Гаврилове и его жене которая трудилась сама в огороде. Японцы удивлялись, что Гаврилов не использует их даровой труд в личных целях. За службу в лагере Гаврилов имел письменные благодарности от руководства. Гаврилов был демобилизован в июле 1946 года с небольшой пенсией. В 1946 году было большое сокращение в Советской армии. Была установка: демобилизовывать в первую очередь тех кто побывал в плену. О демобилизации есть упоминание в книге С. Смирнова "Брестская крепость", есть опубликованный ответ Мемориала "Брестская крепость - герой", о том где находился Гаврилов после лагеря на Дальнем Востоке. Сам Гаврилов пишет коротко: "После демобилизации уехал на родину, в Татарию. Правда пробыл там недолго, тянуло на Кубань, в край, который мне очень дорог ещё со времён гражданской войны". Но эта фраза для лакировки биографии, это сглаживание острых углов. Действительно Гаврилов с семьёй приехал в родную деревню Альвидино желая устроится на работу и жить на родине. Даже мать была ещё жива (воспоминания односельчанки Анны Козловой). В деревне его встретили враждебно, работу не давали, нанялся пастухом. Часть жителей открыто относилась к нему как к предателю за нахождение в плену и даже бросали в него не только камни. Вот, мой сын-муж погиб, а ты выжил. Гаврилов пробовал закрепиться в райцентре Пестрецы, в г. Казань, но не получилось. Его нередко вызывали на допросы-расспросы "бдительные органы". В этом его судьба перекликается с судьбой другого казанца, мордвина М. П. Девятаева, тоже побывавшего в плену, бежавшего из плена на угнанном немецком самолете, но находившемся под подозрением у спецорганов. Только после смерти Сталина его подвиг был оценён и Девятаеву было присвоено звание Героя Советского Союза. Но это другая история, о нём был снят одноимённый художественный фильм. Ранее на эту тему был снят художественный фильм "Чистое небо". Все эти допросы-расспросы и другой негатив прямое следствие определённой госпропаганды сталинского периода. Который трактовал плен как измену социалистической родине, тем более если выжил в гитлеровском концлагере. Бывало красноармеец бежал из плена или был освобождён и, зачисленный в состав армии, продолжил воевать, но после победы его помещали в лагерь и проверяли, а некоторых сажали. По-сталински советский командир не должен сдаваться в плен, а должен застрелиться, это считалось нормой, прямо как самурай камикадзе. Если сдался в плен то его семья лишалась всех пособий и её могли репрессировать, если есть хоть малейшая соответствующая информация, что муж, сын, отец ведёт себя не так как предписано сталинистами. Это касалось и семей рядового, сержантского состава, даже тех чьи мужья, сыновья числились пропавшими без вести. Им эти мизерные выплаты и льготы не полагались. Бывало красноармеец, убитый фашистами, давно гнил в овраге в неизвестности, а его семье, детям шиш под нос без масла. Гаврилов хоть и прошёл фильтрацию, но не был восстановлен в компартии, а значит не реабилитирован. После сурового приёма на малой родине Пётр Михайлович вынужденно уехал в Краснодарский край, на Кубань. Который ему был хорошо знаком по годам армейской службы. Да и женился он в первый раз именно в Краснодарском крае на Екатерине Григорьевне, работнице местной табачной фабрике. Будучи бездетной они усыновили мальчика Колю. Но и на Кубане, во второй приезд-возвращение пришлось нелегко бывшему узнику гитлеровского концлагеря. Однако многие жители Кубани имели сталинский минус в биографии, статус людей проживавших и работавших на оккупированной территории, о котором они обязаны были писать в анкетах, в биографиях. Поэтому на Кубане, в этом отношении, были более лояльны друг к другу, именно вследствие многочисленности. Гаврилову, не имевшему выгодной гражданской специальности, пришлось работать чернорабочим, но затем ему удалось устроится экспедитором на завод, работал в стройтресте. Гаврилов пытался найти первую семью, узнать что с ней случилось, делал запросы. Ему сообщили, что семьи командиров выведенных из крепости гитлеровцы расстреляли в лесу, но почему-то осенью 1942 года. Действительно, фашисты расстреляли некоторые семьи командиров в этот период за сотрудничество с партизанами. Писатель Сергей Смирнов встречался с Гавриловым в Краснодаре, в его саманном домике на окраине города, который они построили вместе со второй женой Марией Григорьевной Красновой. Он познакомился с ней после дальневосточного лагеря, предположительно в Иркутской области. В своей мемуарной книге "Сражается крепость" Гаврилов упоминает о своей второй жене. Она была уроженкой Иркутской области, вдова лейтенанта погибшего в Ленинграде. Её дочь Валя, школьница, проживала с ними, но умерла в 1953 году от болезни сердца.
Пётр Гаврилов родился в саманном домике Казанской губернии при царе и теперь жил в саманном домике Краснодара, у разбитого корыта. Жили гавриловы, по словам писателя, "очень стеснённо". А было время и домработницу имел. Судьба играет человеком. В своё время писатель С. Смирнов собирал сведения о защитниках Брестской крепости разбросанных по всему СССР. Он вёл цикл передач о Брестской крепости на радио. Писатель в поисках был очень осторожен, чтобы не ошибиться в выборе персонажа для передачи, чтоб герой вдруг не оказался замаран сотрудничеством с оккупантами. Такой промах очень негативно отразился бы на популярной передаче и на самом писателе. Смирнов подробно расспрашивал Гаврилова, других найденных защитников Брестской крепости и записывал на магнитофон их воспоминания, сличал их, выявлял нестыковки и вновь расспрашивал при необходимости в последующих беседах или письмах. А нестыковок, противоречивых показаний было немало. За столько лет трудной жизни многое забылось, смешалось в памяти, запуталось. Люди стали добросовестно заблуждаться, а порой сознательно забывать определённые моменты. Так почти все говорили: "Попал в плен в бессознательном состоянии". Всем хочется выглядеть хорошо. Можно сказать, его писательские исследования темы приравнивались к работе следователя. Было ли это оправдано? Конечно было. Другие негативные случаи подтверждают это. Писатель Сергей Сергеевич Смирнов оказал решающее влияние на судьбу П. Гаврилова. Можно сказать он стал ангелом в его нелёгкой судьбе. С ним чёрная полоса его жизни закончилась. Ещё в детстве мать говорила: "Пётр в рубашке родился" и сработало. Смирнов проверив и поверив в Петра Михайловича сделал всё возможное, а смог он добиться многого, ибо был знаком с обширным кругом влиятельных людей, был справедливым, талантливым писателем прекрасно владеющим словом. Кстати его сын унаследовал эти качества. Писатель Смирнов добился восстановления П. Гаврилова в компартии, организовал сбор необходимых оправдательных доказательств. В 1956 году Гаврилову выдали новый партбилет, что означало полную реабилитацию, оправдание, путёвку в новую жизнь. Это стало возможно только благодаря новому курсу в стране после 20 съезда КПСС, выступившего против культа личности Сталина. Писатель так описал радость Гаврилова на эту благую весть: "Этот пожилой пятидесятишестилетний человек, вдруг, словно мальчишка, принялся отплясывать какой-то диковатый, ликующий танец". Сразу ему и пенсию увеличили, "оказалась" неправильно начисляли. На одной большой встречи с защитниками Брестской крепости в г. Бресте, в 1956 году, Гаврилов неожиданно узнал от местной жительницы, что его первая жена Катя жива, но лежит парализованная в доме-интернате для инвалидов в районном городке Коссове Брестской области. Пётр Гаврилов и его вторая жена Маша проявили высокие отношения и забрали Катю к себе в Краснодар. Они ухаживали за ней до самого конца её недолгой жизни. В какую квартиру они привезли её, в свой саманный домик? Ведь в 1956 году П. Гаврилов ещё не получил звание Героя Советского Союза. Нашёлся и сын Николай, он служил в армии, а после демобилизации приехал к отцу, окончил художественное училище, стал работать по специальности. Во время оккупации Коля, хоть и мал был, помогал партизанам, выполнял поручения как связной. Отец этим очень гордился.
В 1957 году П. М. Гаврилову присвоили звание Героя Советского Союза с вручением двух орденов Ленина. Второй за выслугу лет. Звезду Героя вместе с двумя орденами Ленина ему вручил командующий Северо-Кавказским округом, дважды Герой Советского Союза, Герой Монголии генерал И. А. Плиев в Ростове на Дону.
В 1962 году генерал осетин Исса Плиев будет руководить жестким, с помощью автоматов, подавлением протестного выступления пролетариев города Новочеркасск против повышения цен на питание и снижения зарплат. Было убито много гражданских, в том числе дети. Генерал выполнил позорное решение Политбюро КПСС во главе с Н. Хрущёвым. Это было новое Кровавое Воскресение по-коммунистически, почти копия царской. Только в царское время протестанты шли с портретами бога и царя, а в советское с портретами Ленина и членов Политбюро, но ничто не спасло, портреты не защищают от пуль. В 2020 году на эту тему был снят хороший художественный фильм "Дорогие товарищи", режиссёр Андрей Кончаловский. В 1962-63 годах генерал И. А. Плиев руководил советскими войсками на Кубе во время Карибского кризиса.
После присвоения звания Героя Советского Союза жизнь П. Гаврилова круто изменилась. Ему дали трёхкомнатную квартиру со всеми удобствами, о нём узнала вся страна, он стал популярным, его вполне заслуженно, пригласили в общество "Знание" по поручению которого Гаврилов ездил по Союзу с военно-патриотическими выступлениями как участник трёх войн. В 1958 году он даже стал депутатом палаты Совет Национальностей ВС СССР. Словом жизнь наладилась благодаря помощи ответственного человека и большого писателя Сергея Сергеевича Смирнова. Внимание к Брестской крепости и её слава началась с захвата документов штаба 45 дивизии вермахта в 1942 году, в которых описывались сражения в Брестской крепости. На основе этих документов была написана статья "Год тому назад" в газете "Красная Звезда" от 21 июня 1942 года. Так советский народ узнал о защитниках Брестской крепости, далее всё более и более. До сих пор появляются новые подробности, но среди них есть фейковые.
Герой Советского Союза Пётр Михайлович Гаврилов дожил до 79 лет, успел написать книгу воспоминаний о сражениях в Брестской крепости и о гитлеровском концлагере, на основе своего конспекта от 1955 года. Конспект лежит в музеи Мемориала, доступ к нему ограничен. Опубликованы лишь отдельные страницы и даже в них есть интересные детали которых нет в книге. В своей книге Гаврилов скромно написал о своих действиях во время боёв за крепость не считая их особенными, не выпячивая себя, старался описать подвиги других защитников крепости которые знал. Конечно книгу ему помогли написать профессионалы и она прошла определённую идеологическую цензуру.
26 января 1979 года П. М. Гаврилов, татарский сын советского народа, скончался в городе Краснодар и был с почестями похоронен на гарнизонном мемориальном кладбище Брестской крепости. Недалеко от капонира Гаврилова, в котором он скрывался в июле 1941 года. Рядом с товарищами по обороне Брестской крепости, согласно его просьбе.
Для тех кто хочет глубже вникнуть в тему продолжение следует. В третьей части коротко рассказывается о посмертной памяти П. Гаврилова и о некоторых других защитниках Брестской крепости.