Я не оплатила племяннице и ее семье отдых на море, а она на меня моей больной матери пожаловалась

У меня не сложилась личная жизнь. Я не вышла замуж, не родила ребенка. Но все равно я считаю себя счастливым человеком.

Я построила карьеру, квартиру купила просторную. И близкие люди у меня есть, поэтому я никак не могу назвать себя одинокой.

Особенно тесно всю жизнь я общалась со своей младшей сестрой. У Гали все получилось в этой жизни. Она замуж вышла, правда, потом развелась, дочку родила.

Лизу, свою племянницу, я люблю безумно. Всю жизнь я о ней заботилась, баловала ее то подарками, то какими-то поездками.

Когда Лиза была маленькой, я еще не так много зарабатывала, сама себя ущемляла во всем, но все равно старалась что-то для нее сделать, купить. А с годами мне это еще проще стало делать.

Сейчас Лизе 30 лет. Она сама уже стала мамой, родила девочку Агату. Ей недавно 7 лет исполнилось. И малышка для меня стала практически родной внучкой. Я нянчусь с ней, с радостью беру ее на прогулки куда-нибудь.

Когда Агате было 4 года, я решила сделать племяннице и ее семье подарок. И о нем я сообщила прямо за праздничным столом.

- Я куплю вам на троих путевки на море. Позагораете, отдохнете, впечатлений наберетесь.

Лиза очень обрадовалась, ее муж Паша поблагодарил меня за такую щедрость. Я свое слово сдержала, купила путевки. Молодежь по ним и поехала отдыхать, осталась в результате очень довольна.

На следующий год я опять оплатила Лизе отдых. Она мне позвонила, намекнула на то, что хотела бы вновь куда-то съездить, но не хватает денег.

А мне не жалко было для близких людей что-то сделать, поэтому я не отказала, купила путевки в очередной раз. И Лиза поехала отдыхать с мужем и дочкой в хороший отель.

Осенью того года нашей с Галей маме поставили страшный диагноз. У нее была онкология. И лечение предстояло длительное, тяжелое.

Мы с Галей договорились, что она будет ухаживать за мамой, а я буду финансовые вопросы закрывать. Нас обеих это устроило, поэтому мы стали действовать, как договорились.

Когда пришло лето, мне позвонила Лиза. И она уже не просто спросила у меня про путевки на море на ее семью, она их потребовала.

У меня текущих денег стало меньше. Что-то маме на лекарства уходило, какие-то суммы я сестре давала. Все-таки она смотрела за мамой, силы и время тратила. Заслуживала же она чего-то за свои старания!

У меня была заначка. Но я в нее не хотела лезть. Все-таки никто не знал, какие еще предстоит понести расходы. Крупная сумма могла в любой момент понадобиться.

Все это я объяснила племяннице. Мне казалось, что она, адекватный человек, поймет меня. Но у Лизы было свое представление о жизни и о том, как должно быть в семье.

- А Агата так мечтала опять на море поехать, – сказала Лиза. – Не стыдно тебе без отдыха ребенка оставлять? Малышке так нравилось в соленой воде плескаться.

Я вообще была огорошена таким ответом племянницы Она ведь знала, что бабушка ее болеет, что я даю ей деньги на лекарства и лечение, на жизнь. Но все это было пустым звуком.

Лиза не стала продолжать со мной разговор, положила трубку. Я через несколько часов мне позвонила мама. Она была в слезах.

Оказалось, что Лиза ей позвонила и пожаловалась на меня. Да, племянница больную бабушку загрузила всем этим. А мама была после химиотерапии, очень плохо себя чувствовала в тот день.

Я решила, что не буду оставлять это без внимания, поэтому набрала племянницу. И ей я сказала, что навсегда прекращаю ей помогать и покупать больше даже мелочь не стану.

Я переживала, что Галя не поймет меня, что она обидится, что я так с ее дочкой поступила. Но сестра была на моей стороне.

- Лиза забыла о правилах приличия, - сказала Галя – Разбаловали мы ее. Мама очень расстроилась, когда с Лизой поговорила. Она даже плакала.

Я рада, что у нас с сестрой отношения сохранились. Мы общаемся каждый день, я приезжаю к ней и к маме, помогаю теперь не только деньгами, но и делом.

Лиза про меня решила гадости всей родне рассказать. Я не стала ее останавливать. И в итоге она стала посмешищем.

У нас все родственники – люди нормальные, все понимают, что здоровье важнее всего. Только Лизе это до сих не стало доступно для понимания.