В 32 зале постоянной экспозиции Исторического музея посетители могут увидеть весьма необычную серию статуэток, изображающих известных деятелей культуры. Небольшие фигурки из раскрашенного гипса примечательны тем, что воплощенные персонажи могут показаться несколько комичными, но никак не воодушевлёнными творцами, какими зрители могли бы их увидеть в мраморных или бронзовых изваяниях или на живописных полотнах.
Кто был этот смелый создатель гипсовых статуэток, кого он изобразил и почему известные персоны представлены в таком непривычном, пародийном образе?
Рассмотрим несколько фигур. На одной из них представлен уже немолодой лысеющий человек, плотного телосложения, небольшого роста, с достаточно крупной круглой головой. Немного ссутулившись, мужчина, облачённый в лаконичный чёрный костюм, держит руки за спиной.
На небольшом квадратном постаменте читается надпись: «Булгаринъ». Перед нами скульптурный портрет Фаддея Венедиктовича Булгарина — писателя, журналиста, издателя и критика XIX века. Булгарин вошёл в историю как основоположник авантюрного и фантастического романов в русской литературе — его перу принадлежат «Иван Выжигин» и «Правдоподобные небылицы, или Странствование по свету в XXIX веке».
Булгарин известен также как издатель нескольких журналов консервативного толка и человек с довольно интересной биографией: он служил капитаном в наполеоновской армии, а позднее сотрудничал с III отделением Собственной Его Императорского Величества канцелярии — высшим органом политической полиции. Деятельность Булгарина нередко подвергалась осуждению и становилась предметом эпиграмм, особенно известно негативное отношение Александра Сергеевича Пушкина к нему. Несколько «закрытая» поза Булгарина, со спрятанными за спиной руками, с серьёзным выражением лица, показывает его человеком скрытным, с недоверием относящимся к людям вокруг.
Другая статуэтка из этой серии знакомит нас с абсолютно иным образом. Перед нами некая вдохновлённая творческая личность: этот человек изображён в шаге навстречу зрителям, одной рукой он придерживает края одежды, другой взмахивает в воздухе. Его голова чуть запрокинута наверх, рот слегка приоткрыт. На постаменте написана только фамилия: «Глинка».
Известный композитор Михаил Иванович Глинка предстаёт перед зрителями личностью, охваченной творческим порывом, «окрылённый» музой. Вероятно, Глинка изображён поющим, так как известно, что он был также певцом и вокальным педагогом. Современник Глинки, генерал-лейтенант и военный писатель П. А. Степанов, оставил описание внешнего вида композитора:
«На правой стороне лба торчал несокрушимый вихор; карие глаза из-под нависших век смотрели приветливо и выразительно; выражали они постоянно доброту, иногда сверкали весёлостью и загорались вдохновением. Голову он держал немного назад, грудь выставлял вперёд; ходил, приподымаясь слегка на носки...» Примечательно, как точно соответствует гипсовая статуэтка письменному описанию — автор скульптуры запечатлел композитора в узнаваемой современниками позе, при этом, вероятно, немного утрировав её.
В серии имеются и образы живописцев, к примеру, портретиста Якова Феодосиевича Яненко. Его портрет заметно отличается от возвышенного облика Глинки — художник изображён коренастым лысеющим мужчиной, в одной руке крепко держащим стакан, а в другой — бутылку. Одна из главных черт Яненко, на которую указывали современники и которую упоминают биографы, — его пристрастие к алкоголю, за что живописец получил прозвище среди знакомых «Пьяненко».
Скульптор не только создал портретно похожий образ Яненко, но и дополнил его атрибутами, напрямую указывающими на зависимость художника от спиртного.
Привлекает внимание ещё одна статуэтка, которая представляет образ крупного литератора первой половины XIX века Нестора Васильевича Кукольника. Писатель изображён ссутулившимся, с чуть согнутыми ногами. Его поза и выражение лица несут в себе налёт грусти. На большинстве портретов Кукольник представлен подобным образом — словно замкнутым в себе и чем-то опечаленным. Возможно, это отражение его застенчивости и нерешительности, о которых упоминали современники.
В одной руке он держит скрученные в рулон бумаги с неким текстом, сочинением — атрибут, указывающий на род деятельности изображённого. К многогранному прозаику, поэту и драматургу, общественному деятелю Нестору Кукольнику отношение современников было противоречивым. Автор этого скульптурного портрета, тем не менее, был близок к Нестору Васильевичу.
Известно, что Кукольник со своими братьями устраивал по средам встречи с другими деятелями культуры. Присутствовали там и Булгарин, и Глинка, и Яненко, и знаменитый художник Карл Брюллов. Завсегдатаем «сред» был и создатель серии статуэток — Николай Александрович Степанов. Один из ведущих карикатуристов той эпохи, Степанов в 1850-е гг. создал скульптурный цикл дружеских шаржей.
Шарж — это разновидность карикатуры. В России становление карикатуры как жанра высмеивающего и обличительного принято отсчитывать с начала XIX века. Главные темы сатирических рисунков в то время — борьба с Наполеоном и политические события в мире. Со временем русская карикатура начала охватывать и современную действительность в самом государстве, демонстрируя негативные явления, обличая чиновников и аппарат власти. Смелые, острые рисунки, распространявшиеся на страницах журналов и пользующиеся интересом у читателей, не могли долго оставаться без правительственного внимания. В эпоху правления Николая I усилились надзор над печатными органами и цензура в отношении карикатуры, но сатирическое искусство несмотря ни на что продолжало существовать.
Уже в XIX столетии сформировались черты карикатурного портрета или портрета-шаржа, которые сохранились в этом жанре искусства по сей день. Подобные образы отличаются гипертрофированностью черт лица: размера носа, формы губ, типичным выражением глаз. Чтобы сделать акцент на этом, художники обычно изображают своих моделей с преувеличенно большими головами. Для передачи поведения и внутреннего мира человека карикатуристы стараются представить модель в полный рост, показав характерную для этого героя одежду, позы, жесты, — всё то, благодаря чему зрители и без подписи могли бы узнать, кто представлен на карикатуре.
Николая Александровича Степанова исследователи считают одним из крупнейших русских карикатуристов середины XIX века. Он работал и как график, создавая сатирические иллюстрации для журналов, и как скульптор. Карикатурные гипсовые статуэтки Степанова ознаменовали собой совершенно новое явление в истории русского сатирического искусства и пользовались большим спросом — они поступали в продажу и раскупались нарасхват.
Как же реагировали сами «модели» карикатурных статуэток Степанова?
В качестве примера можно привести курьёзный случай, связанный с Фаддеем Булгариным. Поначалу Булгарин хорошо отзывался о творчестве Н. А. Степанова:
«Все статуэтки его отличаются редким искусством, не только лицо, но и фигура, походка, даже манера одеваться — всё выдержано и сохранено».
Но как только Булгарин увидел шарж на себя, мнение о карикатуристе Степанове резко поменялось:
«Перед окном, на котором выставлены уродливые статуэтки с размазанными красною краскою рожами, остановилась толпа <...> Карикатура должна смешить, а статуэтки Степанова возбуждают жалость».
Фаддей Булгарин был не единственным, кого обижали статуэтки Степанова, что вполне объяснимо — современники отмечали значительное сходство и острую характеристику, которыми карикатурист насыщал свои работы, и далеко не каждый человек способен легко принять подобное воплощение себя. Поэтому карикатуру можно смело назвать самым откровенным жанром в изобразительном искусстве.
Не только модель оказывается представлена «во всей красе» перед зрителем, но и сам художник, ведь в своих работах, изображая то или иное событие или какого-либо человека определённым образом, карикатуристы довольно неприкрыто выражают своё мнение. Карикатурист должен обладать большой смелостью, что можно видеть на примере Николая Степанова, не побоявшегося создавать шаржи на известных деятелей культуры, писателей, публицистов, которые могли, подобно Булгарину, оставить в прессе резкий критический отзыв.
Сегодня созданные Степановым гипсовые дружеские шаржи, которые представлены в экспозиции Исторического музея, позволяют современному зрителю узнать известных деятелей культуры прошлого с новой стороны — той, которую обычно не отображают на парадных портретах или в биографиях. Благодаря этому изучение творчества и жизни этих людей становится ещё более интересным.